Мысли. Заметки

Для нас довольно здесь заметить, что такое внимание на книги обращает сам апостол Павел!

Для чего довольно?.. Дабы показать, что чтение не грех, что занятие полезными книгами не противно даже апостольскому достоинству, что обхождение с сими мертвыми наставниками не казалось бесполезным даже для того, кто сам был живым наставником для всей вселенной. Довольно сего.

82. На всяко время очи злых приемлют злая: добрии же безмолвствуют присно (Притч. 15; 15)

Первое нисколько не удивительно, ибо так как мир весь лежит во зле, то стоит только, так сказать, открыть окно, чтобы зло тотчас полилось со всех сторон в душу: очи злых, пред всеми прочими чувствами их, суть отверстые окна для зла; мудрено ли, что они на всяко время... приемлют злая?

Но как добрии... безмолвствуют присно? , безмолвствуют, когда вокруг них все мятется? Когда сами они нередко должны участвовать, более или менее, в молве житейской? Добрый как море: оно сильно волнуется, иногда как бы стонет и испускает вопли, но все это на поверхности; несколько сажен вглубь, и море, как уверяют естествоиспытатели, стоит недвижимо в самую сильную бурю. Таков и праведник: несмотря на внешнее движение и страдания человека своего внешнего, он внутренно безмолвствует присно. Закон Бога его в сердце его: и не запнутся стопы его (Пс.36; 31). В нем мир Божий, превосходяй всяк ум (Флп.4; 7).

83. Иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин (Мф. 10; 37)

Так мог сказать только Бог, или Богочеловек. В отношении ко всем другим существам, как бы они ни были велики, могущественны и благотворны, такое требование было бы не по них, превыше их и неприлично им. Но в отношении к Богу такое требование совершенно справедливо и необходимо. Справедливо: ибо Отец Небесный первее и выше всех отцов и матерей земных. Последние сами должны любить Его паче всего, и следовательно, сами же должны требовать от детей своих, чтобы и они любили Его паче всего, и следовательно, паче них. Необходимо: ибо если человек не будет любить Бога паче отца и матери, то у него земной отец и мать будут выше Бога, что совершенно противозаконно.

Но сей же самой любви, какая подобает единому Богу, и в той же самой степени, требует от нас, и требует непременно, Иисус Христос, ибо Он есть Бог истинный и вера в Него, как истинного Бога, есть необходимая обязанность каждого.

84. Бог премудростию основа землю... в чувстве Его бездны разверзошася (Притч. 3; 19-20)

При взгляде на разные стороны и силы природы приходят в движение и деятельность разные стороны и силы нашего духа: при иных - тотчас пробуждается ум и начинает работать воображение самого небогатого смышлением человека; а при иных - в наименее чувствительном возбуждается чувство, а мысль устраняется, даже подавляется.

Так бывает со зрителем природы, очевидно потому, что так устроена сама зримая природа; а почему такова природа, что иною стороною своею возбуждает ум, иною чувство? Глубокий ответ на сие дает в выше приведенных словах Премудрый. По его чистой и святой метафизике в самой природе иное (как небеса с их строгим математическим распорядком) произошло преимущественно под влиянием премудрости Божественной, другое (как бездны вод с их непрестанною движимостью и неопределенностью форм) под особенным влиянием чувства Божественного.

В одном человеке, яко образе Божием, отразилась вся совокупность свойств Божественных, весь Творец.

Итак, человек, познай свое высокое достоинство, и будь тем, для чего был предназначен.

85. Явися Сын Божий, да разрушит дела диаволя (1 Ин. 3; 8)

Какие дела? Те ли, кои учинены диаволом уже по сотворении человека, и коих сущность состоит в погублении человека? Или и те, кои произведены диаволом до сотворения человека и, может быть, всего видимого мира, в круге вещей высшем, в собственной его области? Первее всего, без сомнения, первые, ибо Сын Божий для того явился разрушить дела диавола, чтобы спасти чрез то человека, им погубленного. Но, конечно, спасительное разрушение дел диавола прострется за сим и на прочие ужасные плоды его несчастной деятельности, ибо в мире все связано так, чтобы от того не страдало совершенство целого. Одно только дело диавола останется неразрушенным, то, что он себя из архангела света сделал архистратигом, и увлек в ту же бездну зла других духов. За то он сам, как неисцельное зло, будет со всеми клевретами изгнан вон из вселенной, исключен из круга вещей, составит особенность, ни к чему не принадлежащую и ничего собою не составляющую.

Но дела диавола не таковы ли по своей натуре, что разрушают сами себя? Для чего же нужен такой великий разрушитель? Для того, что надобно было не только разрушить сии ужасные дела, но и воздвигнуть на место их паки дела Божий. Диавол падением своим возмутил порядок вещей, превратил все, что мог, но сущность превращенного осталась неизменною. Из сего нового хаоса паки может быть возвдигнут прекрасный Божий мир. И вот для сей-то великой цели является Сын Божий. Тот, Кем все сотворено, является и для воссоздания всего.

86.

Тело... не блужению, но Господеви, и Господь телу (1 Кор. 6; 13) Апостол Христов желает отвратить Коринфских учеников своих от плотских пороков, к коим так наклонна падшая природа наша, и кои с такою неимоверною силою свирепствовали в древнем мире языческом, несмотря на его возвышенную, по-видимому, образованность, и для сего указывает в сих словах на цель существования нашего человеческого тела. Чувственный человек смотрит на свое тело именно как на орудие чувственных, плотских наслаждений, и в сем поставляет цель его бытия; апостол внушает другое, говорит, что тело наше, хотя плотское, имеет цель не плотскую, а духовную, высокую, святую, некоторым образом - божественную; что оно предназначено окончательно не только для каких-либо плотских, преступных наслаждений, но вообще не для наших наслаждений, даже не для одного нашего духа, а для Виновника всяческих — Бога. Тело...

Господеви, — уже этого одного достаточно было бы, дабы вселить уважение к телу, заставить обращаться с ним, как с сосудом благодати, как с храмом Божества; но апостол сим не довольствуется, открывает достоинство тела человеческого еще„с другой, высшей стороны, такой, которая выходит даже за пределы нашего постижения; он говорит, что и Господь (Сам Господь) телу, то есть как тело принадлежит, подобно некой собственности, Господу, так и Господь благоволит принадлежать телу, как Глава, как жизнь и свет человечества, Ему верного.

Сколько мыслей рождается при сем выражении таких, кои нельзя изобразить языком человеческим!.. И каждая из них должна служить побуждением блюсти свое тело в чистоте и святости.

87. О велице и о мале не неразумевай (Сир. 5; 18)

Почему и о мале? Потому что и великое слагается из малого; потому что самые огромные события начинаются, большею частью, с самых малых вещей; потому что не привыкший обращать внимания и на малое, скоро привыкает пропускать без внимания и большое.

Не неразумевай, то есть не отпускай вовсе из внимания, а не то, чтобы привязываться к малому и дорожить им как великим. В последнем случае выходит другая крайность: задумываются над всякою малостью, как бы от нее зависело все, и чрез то самое не имеют времени обратить надлежащего внимания на большее, на то, что действительно того заслуживает.

Каждому свое: большему большее внимание, меньшему - меньшее; но непременно каждому свое; вот чего хочет от нас Премудрый.

88. Брашна чреву, и чрево брашном: Бог же и сие и сия упразднит (1Кор. 6; 13)

Когда упразднит? Без сомнения тогда, когда будет упраздняться все ветхое - и ветхий мир, и ветхий человек.

Брашна чреву, и чрево брашном не будет - значит, будущее состояние восстановления человека будет еще выше его состояния в земном раю, ибо здесь заповедано: от всякого древа, еже в рай, снедию снеси (Быт. 2; 16), следовательно, брашна были чреву и чрево брашном, а там, в будущем состоянии, не будет ни того, ни другого.

С другой стороны, как чрево для брашен и брашно для чрева упразднятся, когда и на новой земле, под новым небом, побеждающим обещано вкушение от древа животного (Откр. 2; 1) и манны сокровенныя? (Откр. 2; 17).

Это древо животное, сия манна сокровенная есть, без сомнения, не другое что, как то брашно пребывающее в живот вечный (Ин. 6; 27), которое и Сам Спаситель, еще быв на земли, обещал верующим; но сие пренебесное брашно есть - Он Сам!.. Для вкушения сего Божественного Брашна - не чрево, а душа чистая и святая.

Чрево для брашен и брашно для чрева упразднятся!.. Что же будет с теми, для коих, по выражению апостола, чрево есть бог? Что будет с низкими поклонниками студного кумира, когда сам кумир распадется в прах? Да помыслят они, в свободный час, о сем сами!.. Или пусть справятся в Послании апостольском; там ясно указан ужасный конец тех, имже бог чрево, и ихже слава в студе (Флп. 3; 19).