Страница 32 из 54
отражается в словах современного летописца:
"Пришли, -говорит он, - неведомые народы, о которых никто хорошо не
знает, кто они такие, и откуда пришли, и каким языком говорят, и какого
они племени, и какая у них вера; одни говорят, что их зовут татары, а иные
- таурмены, а другие - печенеги". Книжники толковали, что это те самые
народы, о которых говорил Мефодий Патарский: "Гедеон когда-то загнал их в
пустыню Етриевскую, между востоком и севером, и они должны выйти оттуда
перед концом света и попленить много земель".
После несчастия, постигшего Мстислава на Калке, положение его в Галиче
не было прочным; бояре не любили его и строили козни против него, да и он
сам, по своему простодушию, делался не раз жертвою их козней. В следующем
1225 году его чуть было не поссорили с зятем его Данилом. Князь Александр
бельзский, человек коварный, ненавидевший Данила, наговорил Мстиславу,
будто зять хочет убить его и подстрекает на него ляхов. Вспыльчивый
Мстислав поддался клеветнику. Дошло дело до войны. Данило, в отмщение
Александру, опустошил бельзскую землю и разбил отряд Мстислава, посланный
на помощь Александру. Раздраженный Мстислав приглашал уже было половецкого
хана Котяна, но, к счастью, клевета открылась. Подосланный к Мстиславу
Александром какой-то Ян начал пред ним лгать так неискусно, что Мстислав
увидел обман. Тесть и зять помирились, и Мстислав, в знак дружбы, подарил
Данилу редкого жеребца и одарил Данилову жену Анну, свою дочь. С этой поры
он уже не ссорился с Данилом.
Но в Галиче беспокойства не кончались. Во 1226 году один боярин,
Жирослав, наговорил своей братье боярам, будто Мстислав приглашает своего
тестя Котяна с тем, чтобы побить бояр. Бояре поверили и скрылись в
Карпатские горы, откуда известили Мстислава о том, что им сказал Жирослав.
Мстислав послал к ним духовную особу по имени Тимофей. Тимофей поклялся
боярам, что князь ничего не замышляет против них и первый раз слышит об
этом. Он убедил бояр приехать к Мстиславу. Мстислав обличил перед ними
Жирослава и прогнал его от себя.
Наконец, бояре успели-таки выжить Мстислава из Галича. Королевич
Андрей, которому Мстислав обручил свою дочь и отдал Перемышль, по наущению
боярина Семьюнка, бежал к отцу и подстрекал его отнять у Мстислава Галич.
Бояре, со своей стороны, представляли королю, что они не хотят Мстислава,
а желают Андрея.
Король пошел с войском в Галичину. Поляки с воеводою Пакославом
помогали ему.
Взявши Перемышль и Звенигород, король не посмел ехать в Галич: волхвы
предрекли ему, что если он увидит Галич, то не будет жив. Король начал
забирать галицкие пригороды. Ему удалось взять Теребовль, Тихомлю, но под
Кременцом он был отбит и повернул назад к Звенигороду. Здесь вышел против
него Мстислав, вступил в бой и разбил его. Король быстро убежал восвояси.
Мстислав сообразил, что ему не ужиться с боярами, и хотел отдать Галич
Данилу, но бояре Судислав и Глеб Зеремеевич, игравшие тогда главную роль
между боярами, остановили его. "Ни тебя, ни Данила не хотят бояре, -
говорили они, - отдай обрученную дочь твою за королевича Андрея и посади
его в Галич: от него всегда можешь взять его обратно, когда захочешь, а
отдашь Данилу - вовеки не будет тебе Галича!"
Мстислав, всегда уважавший волю земли, поступил так, как желали эти
люди, бывшие тогда, по своей силе, представителями земли. Мстислав отдал
дочь свою Андрею и вместе с нею Галич, а сам удержал за собою Понизье и
уехал в Торческ. Вскоре он раскаялся в своей доверчивости, так как Данила
ненавидели только бояре, а простой галицкий народ желал его. Сознавши это,
Мстислав через посла Данилова Демьяна послал такое слово Данилу: "Сын!
Согрешил я, не дал тебе Галича". Глеб Зеремеевич старался всеми силами не
допустить Мстислава видеться с Данилом и передать в руки его землю, и дом,
и детей.
На следующий после того год (1228) Мстислав скончался: из Торческа
поехал он в Киев, заболел в пути и умер, успевши постричься в схиму по
тогдашнему обычаю благочестивых князей. По известию польского историка,
тело его погребено было в Киеве в церкви Св. Креста, им построенной 3.
1. Бухара, Самарканд, Герат, Балк, Хива и проч.
2. Летописец представляет Мстислава как бы виновником бедствия русских
на Калке, говоря, что он из зависти не известил обоих Mcтиславов о татарах
в то время, когда Даниил схватился с ними, но это обвинение едва ли можно
признать справедливым. Не говорим уже о том, что такая черта противоречит
характеру Мстислава, насколько он нам известен из прежних его деяний,
самый ход событий таков, что поведение Мстислава в этот день легко
объясняется побуждениями.
Мстислав, шедши впереди прочих князей, несколько дней уже не имел с
ними сношений. Перейдя через Калку, он встретил татарские полчища
неожиданно, ему пришлось сразиться с неприятелем так внезапно и его отряд
был так малочислен, что, прежде чем давать знать князьям, нужно было
думать о собственном спасении.
Справедливее можно было бы поставить в упрек Мстиславу излишнюю удаль и
неблагоразумие, при котором он, человек уже немолодой и опытный, пошел
вперед с горячей молодежью, не раздумывая о том, что может встретить на
пути, и наткнулся на силы неприятеля, далеко превосходящие его
собственные.
3. В настоящее время этой церкви нет и могила Мстислава неизвестна.
Первый отдел: Господство дома Св. Владимира.
Выпуск первый: X-XIV столетия.
Глава 7.
КНЯЗЬ ДАНИЛО РОМАНОВИЧ ГАЛИЦКИЙ
В XIII веке весь ход исторических событий в юго-западной Руси долгое
время вращается около личности Даниила Га-лицкого. Чтобы понять значение
этой личности в свое время, необходимо бросить взгляд на предшествовавшие
события в этом крае.
Юго-западная Русь, Галичина, как во внутреннем строе своей жизни, так и
по внешней обстановке, находилась в таких условиях, при которых все более
и более слабела связь, соединявшая ее с остальными русскими землями. Хотя
и здесь не угасало сознание народного сродства с последними; но история
указывала им различные между собой пути: это видно уже в XII веке.
Галицкая земля до 1188 года находилась в княжении рода Ростислава
Владимировича (внука Ярослава I). Володарь, сын Ростислава, по смерти
несчастного Василька, сделался единым князем и передал после себя (1141)
власть сыну своему Владимиру, обыкновенно называемому Владимирком. Ему
наследовал сын Ярослав, названный в полку Игореве "Осмомыслом".
Соединенная в одних руках, галицкая страна была долго избавлена от
внутренних княжеских междоусобий и, благодаря счастливым условиям своей
природы, находилась, сравнительно с другими русскими землями, в цветущем
состоянии. Власть княжеская совсем не имела здесь монархической силы.
Князь был князем по старой славянской идее; видно, что завоевание
русскими князьями этой хорватской земли и присоединение ее к общей системе
русских земель под властью единого княжеского рода не изменили древних
общественных привычек.
Князья, правившие Галичем, были избираемы и зависимы от веча. Но само
вече находилось в руках богатых и сильных владетелей земель - бояр. Они,
как видно, успели до того возвыситься над остальною массою народа, что
исключительно управляли делами страны. Впрочем, есть известия о том, что
люди незнатного происхождения попадали в бояре, из чего надобно полагать,
что галицкая аристократия основывалась не столько на знатности родов,
сколько на удаче и богатстве. Галицкие князья находились в такой
зависимости от веча, что оно судило не только их политическую
деятельность, но и домашнюю жизнь. Таким образом, когда Ярослав, не
взлюбивши своей жены Ольги, взял себе в любовницы какую-то Анастасью,
галичане не стерпели такого соблазна, сожгли Анастасью и принудили князя
жить с законною женою. Все попытки Ярослава удалить своего законного сына
и передать наследство незаконному остались напрасны. Ярослав умер в 1187
году. Галичане, вопреки его завещанию, изгнали этого незаконного сына,
Олега, и поставили князем законного - Владимира. Но и этот князь вскоре
подвергся строгому суду веча за свое соблазнительное поведение; он был
предан пьянству, не любил советников, насиловал чужих жен и дочерей, взял
себе в жены попадью от живого мужа и прижил с нею двоих сыновей. Галичане
так вознегодовали, что некоторые хотели взять князя под стражу и казнить:
но другие потребовали от него развода с попадьею, предлагая ему достать