НАШ КАЛЕНДАРЬ

* Аристотель (384-322 до Р.Х.) - древнегречес­кий философ.

** Цицерон (106-43 до Р.Х.) - римский полити­ческий деятель, писатель и оратор.

*** Филой Александрийский (ок. 25 до Р.Х. - ок. 50 по Р.Х.) - греко-иудейский философ.

**** См., напр.: Платон. Соч.: В 3 т. М., 1968-1972; он же. Диалоги. М, 1986. (Доп. том).

Первыми ин­теллигентами такого рода явились гнос­тики, а затем уж на сцену вышли прямые еретики - такие, как, например, Ориген и Арий*. Но соединить христианство с антич­ной эклектикой не удавалось: эти попыт­ки, как правило, кончались пантеизмом. Зато происходило другое - менялся мен­талитет интеллигенции: всё больше отда­лялись друг от друга два града - град этого мира и град Божий, Церковь.

Интеллигенция с её языческими представ­лениями, с её сократо-платоническим** интеллектуализмом и аристотелевскими кате­гориями осталась за границами Церкви.

* Арий (256-336) - александрийский пресвитер-ересиарх, основатель псевдохристианского учения.

** Сократ (ок. 470-399 до Р.Х.) - древнегречес­кий философ.

Философия пытается заменить собой От­кровение. Наука, оторванная от духовного мира, материализует мысль человека. Искус­ство возбуждает человеческие страсти и стре­мится заменить Божественную красоту тлен­ной и обманчивой земной красотой.

Возникает вопрос: может ли философ, учёный или художник быть христианином?

Нам кажется, и да, и нет. Если человек считает, что посредством усилий своего разума, в системах строгого логизма, он может познать истину без Откровения, то он не христианин. Если он обращается к филосо­фии как к средству для выражения мысли, если он использует философию для уточ­нения терминологии и упорядочения мыш­ления, то он может быть христианином.

Если учёный считает истиной только факт, подтверждаемый в эксперименте, и ищет материальный субстрат как опору для мысли, то он не христианин. Если учёный признает духовный гносис, относящийся к миру сверхреалий, не смешивая при этом метафизику с физикой, то он может быть христианином.

Если художник или поэт смотрит на мир как на высшую ценность, автономную от Бога, и не видит вечности, на фоне кото­рой проходит земная история, если он не понимает, что материальный мир с его кра­сотой - это ступень к духовному миру, если он не видит в конечном отблеск бесконечного, то творчество такого художни­ка будет служить только удовлетворению Душевных страстей. Такой художник не может быть христианином. Если же для него видимый мир - это песня, составлен­ная во славу Божества, и в земной красоте он прозревает следы вечной красоты, то он может быть христианином. Но мы, к сожа­лению, вынуждены констатировать, что интеллигенция не ищет Бога в видимом мире, а только старается удовлетворить свои страсти, притом и плотские, и интел­лектуальные, и душевные. Чаще всего фи­лософ говорит: «Я могу без Бога познать мир». Учёный говорит: «Наука может дать счастье человеку, создав обилие материаль­ных благ на земле. Вечность - гипотеза, а Земля - реалия; давайте жить тем, что мы видим своими глазами и имеем в своих ру­ках». Люди искусства говорят: «Живи мгновением, любуйся мгновением, оно не­повторимо; чем глубже твои страсти, тем полнее и прекраснее твоя жизнь. Зачем ог­раничивать себя?». Конечно, есть и веру­ющие интеллигенты, может быть их даже немало, но им необходимо совершить под­виг души, как мы уже отмечали, своего рода подвиг воли.

Они должны приобрести ис­тинную, духовную, интеллигентность и отказаться от душевной интеллигентности или по крайней мере подчинить её духу. Интеллигенция часто упрекает народ в пред­рассудках и суевериях, но чаще всего эти суеверия относятся к поверхностному слою религии, а «комплексы» интеллиген­ции - интеллектуальные предрассудки - касаются самой сущности религии, поэто­му они намного опаснее, чем «детское» не­вежество. Наивные суеверия могут быть легко разъяснены и затем отброшены, а чтобы избавиться от своих предрассудков, интеллигенту надо подчинить вере свой менталитет, то есть, говоря прямо, изме­нить его.

Кстати сказать, на пути в Церковь интел­лигент встречает несколько своеобразных «та­можен». Первая - это антибиблейская лите­ратура, вроде Давида Фридриха Штрауса*, Бруно Бауэра**, Лео Таксиля и тому подобно­го.

* Штраус Д.-Ф. (1808-1874) - немецкий богоов и философ.

** Бауэр Б. (1809-1892) - немецкий философ.

Но пройти «контроль» на этой «таможне» не трудно. Интеллигент нашего времени обычно не слишком интересуется теориями и гипотезами различных мифологических и сравнительно-исторических школ. Такая литература, громоздкая и неуклюжая, по­хожая на какого-нибудь бронтозавра или библейского бегемота (Иов. 40,10-19), нужна тому, кто хочет оправдать своё не­верие, а тому, кто ищет Бога,- тому эта литература не может ничего ни доказать, ни опровергнуть. Что касается «Забавной Библии» Таксиля* и прочей подобной по­шлятины, то такие книжки скорее вызовут отвращение, чем интерес, так как наша ин­теллигенция в течение десятилетий долж­на была брести по грязи атеистической кле­веты, как по сточным канавам, и у неё уже выработался стойкий иммунитет. Для ин­теллигента более опасен Жозеф Эрнест Ренан**, так как он, с хитростью несостоявше­гося иезуита и вполне состоявшегося масо­на, на одной и той же странице и громко клянется в любви Иисусу, и тишком стара­ется показать Его мечтательным романти­ком и политическим авантюристом. Такую книгу можно назвать «Поцелуй Иуды».

* См., напр.: Таксиль Л. Забавная Библия. М., 1976.

** Ренан Ж.-Э. (1823-1892) - французский писатель и религиовед.

Следующая «таможня» ведет более стро­гую проверку. Интеллигенту надо удосто­верить себя в качестве христианина. Эта «таможня» - литература оккультного, тео­софского* и псевдоиндуистского характе­ра, в которой христианство рассматривается как один из множества радиусов - духов­ных путей, которые ведут от окружности к центру - Божеству. Тут, «на одной полке», и теософки Елена Блаватская** и Анни Безант**, и Рам Мохам Рой**, и «псевдойог» Йоги Рамачарака**, талантливый интерпретатор йогических систем, который переделывал, как бы переодевал, эти системы на европей­ский лад, чтобы скрыть их атеистическую сердцевину. Тут и марксист и коммунист Ромен Роллан**, который описал жизнь Рамакришны*** и Свами Вивекананды**** в аги­ографическом духе и, проповедуя единство религий, обстоятельно изложил учение этих отцов «новоиндуизма».

* Теософия - мистическое псевдобуддистское ре­лигиозно-философское учение.

** Блаватская Е. (1831 - 1891) - русская писатель­ница, основательница теософии.

** Безант А. (1847-1933) - теософка.

** Рой Р.-М. (1772-1833) - реформатор индуизма.

** Рамачарака Й. (Уильям Уокер Аткинсон) (1862-1932) - американский писатель, популяризатор йоги и оккультизма.

** Роллан Р. (1866-1944) - французский писатель и музыковед. Нобелевская премия (1915).

*** Рамакришна (Гададхар Чаттерджи) (1836-1886) - индийский общественный деятель и рели­гиозный проповедник.

**** Вивекананда С. (1863-1902) - индийский об­щественный деятель и философ.

На этой «та­можне» интеллигенту предлагают стать членом сразу всех Церквей и адептом сра­зу всех религиозных учений. Какой со­блазн для мечтательного гигантизма интел­лектуала! Если же он поймёт, что универ­сальной религии не существует и что обещая открыть какие-то «тайны древней мудрости», его просто водят за нос, и уви­дит, что между христианством и остальны­ми религиями лежит непреодолимая про­пасть, тогда-то он пройдёт через эту «та­можню», пройдёт, но... опять на его пути демон воздвигнет новое препятствие.

Очередная «таможня», где досмотр про­изводят с чрезвычайной строгостью и тща­тельностью,- это экуменизм. Человеку го­ворят, что христианство едино, оно заключается в личности Христа и Его учении, что для человека главное - исполнение еван­гельских заветов, а конфессиональные различия представляют собой исторические недоразумения. Его уверяют, что содержа­ние Православия - такое же, как в католи­цизме, протестантизме и различных сектах, и что долг христианской любви в том, что­бы не разделяться, а соединяться, что чело­век духовной культуры должен стать выше конфессиональных различий... Сердцу ин­теллигента особенно трудно устоять перед этим искушением: интеллигент ещё не во­шёл в Церковь, а ему уже предлагают стать над Церковью, он еще не выбрал конфессию, а ему предлагают участвовать в объединён­ной конфессии. Какой соблазн: отцов Цер­кви можно объявить невежественными людьми, которые не поняли хорошо, в чём состоит смысл христианства, а его, как куль­турного, просвещённого человека, следует сделать арбитром в вековых исторических тяжбах,- арбитром, который разъяснил бы представителям Православия, как малым детям, что они ошибаются, что надо почувствовать себя просто христианином, делать людям добро, и этого достаточно, а на всё остальное не стоит обращать внимания.