Страница 204 из 297
Прослужив несколько лет в Бежецком монастыре, о. Николай стал пользоваться большой любовью и уважением прихожан. Несмотря на беспощадные гонения двадцатых годов, в Бежецке при монастыре еще в середине тридцатых годов жили около пятидесяти монахинь. Из монастырских зданий они были изгнаны, жили по частным квартирам, но по–прежнему собирались в храме, отправляли монастырские службы и держались монашеского образа жизни. Когда власти в городе попытались закрыть все храмы, монахини воспротивились этому и начали собирать подписи верующих жителей города под прошением не закрывать храмы.
Отец Николай был арестован сразу же после начала гонений лета–осени 1937 года — 5 августа, и в тот же день был допрошен. Следователь, в поисках обвинения, спрашивал о деталях биографии священника, о его родственниках, о находящемся за границей сыне. Допросы шли каждый день, беспрерывно. Затем был составлен протокол. Следователь спрашивал:
— Расскажите, как вы лично реагировали на закрытие бежецкими властями Введенской церкви.
— Я считал это мероприятие бежецких властей неверным. Хотя церковь и не обслуживалась мною, я все же осуждал священников Введенской церкви и церковный совет за то, что они допустили закрытие властями этой церкви. Я полагал, что они боятся репрессий со стороны советской власти.
— Были ли случаи, когда верующие обращались к вам с жалобами и осуждениями отдельных мероприятий советской власти?
— Нет, таких случаев не было, несмотря на то, что я пользуюсь у них большим доверием и авторитетом. Правда, был случай, когда пятьдесят моих монахинь обратились ко мне с жалобой, что органы власти обложили их большим налогом за кустарную выделку одеял без патента. Я оказал им содействие в обжаловании.
10 августа был составлен очередной протокол допроса:
— Следствию известно, что на созываемых епископом Григорием Козыревым антисоветских собраниях духовенства вы произносили антисоветские речи. Что вы можете показать по существу?
— Я отрицаю, что на указанных выше собраниях духовенства я произносил якобы антисоветские речи.
— Скажите, до приезда Козырева в Бежецк вы собирались на собрания духовенства?
— Нет, до приезда епископа Козырева в Бежецк собраний духовенства никогда не проводилось, они установились как правило лишь с приездом епископа.
— Скажите, в читаемых вами в церкви проповедях вы упоминали о бесах, кого вы понимали под бесами?
— Да, я действительно упоминал в своих проповедях о бесах, призывая верующих не верить бесам, не поддаваться их соблазнам. Под бесами я понимал тех бесов, о коих сказано в Евангелии.
— Скажите, в какой плоскости у вас был разговор с Василием Ливановым об убийстве товарища Кирова?
— Был ли у меня с Ливановым разговор на данную тему, сказать не могу, так как не помню.
— Вы использовали своих монашек в собирании подписей за недопущение закрытия церкви?
— Нет. Я знал, что государство все равно не пойдет навстречу нашему ходатайству о недопущении закрытия церкви.
— Скажите, какого характера у вас был разговор с Иваном Докучаевым по заметке в газете»Знамя коммуны»?
— Незадолго до ареста меня и Докучаева последний пришел ко мне. Я ему показал статью в газете»Знамя коммуны», где священники назывались врагами народа и говорилось об усилении антирелигиозной пропаганды. Мы с Докучаевым возмущались тем, что в печати нас называют врагами народа, и пришли к выводу, что антирелигиозная пропаганда местных властей, по–видимому, должна выразиться в арестах и высылках священников.
14 августа был проведен очередной допрос. Следователь спрашивал:
— Следствию известно, что вы занимались религиозной обработкой молодежи. Что вы можете рассказать по существу?
— Что вовлечением молодежи в церковь я не занимался.
— Признаете ли вы себя виновным в том, что, присутствуя на антисоветских собраниях духовенства, устраиваемых епископом Козыревым, вы произносили антисоветские речи и занимались антисоветской агитацией?
— Присутствуя на всех собраниях духовенства города, созываемых епископом Козыревым, я антисоветских речей не произносил и антисоветской агитацией не занимался.
19 августа состоялся последний допрос:
— Следствию известно, что вы предупреждали всех участников контрреволюционных собраний духовенства о соблюдении ими конспирации в целях избежания подозрений НКВД. Вы подтверждаете это?
— Нет, таких случаев не было.
— Вы признаете себя виновным в том, что являлись участником контрреволюционной группировки духовенства, возглавляемой епископом Григорием Козыревым, и проводили антисоветскую агитацию?
— Нет, не признаю.
13 сентября Тройка НКВД приговорила о. Николая к расстрелу. Священник Николай Сретенский был расстрелян 17 сентября 1937 года.
Причислен к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.
Священномученик Николай (Троицкий) (память 16 ноября по старому стилю)
Священномученик Николай родился 23 июля 1887 года в Тверской губернии в селе Покров, где служил в храме его отец, протоиерей Иоанн Троицкий. По окончании Духовной семинарии Николай Иванович был рукоположен в сан священника ко храму села Покров недалеко от города Удомля. Здесь он прослужил до гонений конца двадцатых — начала тридцатых годов.
В 1930 году власти арестовали священника за то, что он не смог уплатить налог, и приговорили к двум годам заключения в исправительно–трудовой лагерь и пяти годам ссылки. Когда о. Николай в 1932 году вернулся из заключения в Тверь, святой архиепископ Фаддей благословил его служить в храме села Верескунова Удомльского района. Там благочестивый священник прослужил до кровавого гонения 1937 года. 20 ноября 1937 года НКВД арестовал о. Николая, и он был заключен в тюрьму города Бежецка. В тот же день следователь допросил священника.
— Скажите, вы помните, крестили ли вы ребенка гражданина Шелепова Петра Сергеевича из деревни Корякине?
— Да, ребенка Шелепова я крестил, это было летом в 1936 году.
— В этот момент вы были в гостях у Шелепова?
— Да, после крестин я был Шелеповым приглашен в гости.
— Вы не помните, о чем у вас был разговор с Арсением Шелеповым, братом Петра Шелепова?
— О чем у меня был разговор с Арсением Шелеповым, сейчас не помню.
— Следствию известно, что с Шелеповым вы вели антисоветские разговоры, говорили о неизбежности войны и гибели безбожников, как вы выражались. Подтверждаете вы это?
— Антисоветских разговоров с Шелеповым у меня не было, весь мой разговор в беседе с Шелеповым сводился к убеждению последнего в необходимости веры в Бога, и я говорил, что Бог долготерпелив, но настанет тот момент, когда Бог начнет Свои расправы над безбожниками.
— Скажите, в религиозный праздник Покров, 14 октября, после службы в церкви вы были в сторожке?
— Да, в сторожке после службы я был.
— Скажите, к чему сводился ваш разговор с колхозниками относительно отсутствия дождей?
— Я говорил, что Бог начинает наказывать людей за их действия, вот вода вышла вся, и колодцы все высохли, народ может пострадать из–за безбожников от засухи и жажды, и тогда отступившие от Бога будут каяться. Такой разговор с колхозниками с моей стороны сводился исключительно к убеждению в необходимости веры в Бога.
— Такой разговор с колхозниками сводился, Троицкий, к другому, а именно к восстановлению колхозников против советской власти, и следствие требует от вас искреннего признания.
— Стремления восстановить колхозников против советской власти у меня не было.
— Следствие располагает данными, что вы среди колхозников вели агитацию против выставленных кандидатур в Верховный Совет СССР, заявляя:«В Верховный Совет кого задумают, того и выберут, народ спрашивать не будут». Подтверждаете вы это?
— Нет, это не подтверждаю, и такого разговора у меня не было.
— Вы обвиняетесь в проведении антисоветской агитации среди населения, признаете вы себя в этом виновным?
— Виновным себя в проведении антисоветской агитации не признаю.
27 ноября Тройка НКВД приговорила священника к расстрелу. Священник Николай Троицкий был расстрелян 29 ноября 1937 года.
Причислен к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.
Священномученик Николай (Верещагин) (память 4 октября по старому стилю)
Священномученик Николай родился 10 декабря 1893 года в селе Глебово Старицкого уезда Тверской губернии в семье священнослужителя Михаила Верещагина. Образование получил в Тверской Духовной семинарии и был рукоположен в сан священника уже в то время, когда начались послереволюционные гонения. Служил в селе Глебово, где служил и его отец.