Страница 31 из 58
Следовательно, вера объемлет все силы души, она проистекает из глубины нашего существа, приводит в движение ум, волю и чувство, а не есть только холодное признание или даже лишь вероятное предположение, а есть энергичное, горячее и полное, не требующее искусственных доказательств логики, убеждение в истинности Того, в Ком мы живем и движемся и существуем (Деян. 17:28). Может меня очистить - вот выражение существа веры, т.е. непосредственной уверенности в чудодейственной силе Христовой. Но откуда проистекает вера? Где основание уверенности в бытии Бога и в истинности всего открытого нам Богом? Основание веры находится в некоторой таинственной связи нашей души с Богом и вообще с истиной. По слову ап. Иоанна, Сам Дух Божий свидетельствует в нас об истине (1 Ин. 5:6). В силу этой таинственной связи души человеческой с Богом и язычники сильно влекутся к Богу, как к своему первоисточнику. В силу этой же связи души с истиной, вообще, мы при наших научных исследованиях нередко как бы предчувствуем и угадываем истину без лишних рассуждений. Но это чувство существующего и живущего среди нас Бога в начале бывает, естественно, неясным и нетвердым. Оно выясняется и укрепляется в среде языческого мира рассматриванием видимого мира, по указанию ап. Павла (Рим. 1:19-20), а в среде христианского мира - изучением откровенного Слова. Это Слово охотно воспринимается правдивым человеком, т.е.
внемлющим первобытному голосу в глубине своей души. Поэтому Господь Иисус Христос говорит фарисеям: Кто от Бога, тот слушает слова Божии (Ин. 8:47) и Пилату: Всякий, кто от истины, слушает гласа Моего (18:37). Для укрепления веры необходимо и научное исследование истин веры. Апостолы призывают христиан в своих посланиях быть здравыми в вере (Тит. 1:13), не увлекаться всяким ветром учения (Еф. 4:14), всегда быть готовыми всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ (1 Пет. 3:15). Сам Господь отнюдь не требовал слепой, безотчетной веры в Себя; Он постоянно ссылался для доказательства истинности Своего учения на благотворность и высоту Своего учения (Ин.3:17-21), на чудесные дела Свои (Ин. 5:36), на святую жизнь Свою (Ин. 8:46), на свидетельство Бога-Отца о Своем посланничестве (Ин. 5:32,37), на пророчества Ветхого Завета (Ин.5:39,46). Необходимо также для укрепления веры пережить разные события, как печальные, так и радостные, научающие человека чувствовать и сознавать на себе руку невидимого Владыки и Промыслителя нашей жизни.
Но чем более христианин укрепляется в нравственной жизни, чем более освобождает свою душу от оков этого мира и очищает свое сердце и, след., чем он делается достойнее таинственного единения с Богом, тем более становятся для него излишними все посторонние подкрепления его веры, и тем крепче он верит, невзирая на все сопротивления и на все кажущиеся противоречия рассудка. Чистые сердцем уже в этой жизни видят Бога духовным оком. Тогда вера становится крепче познания. Под угрозой пыток и смерти люди отрекались от своих познаний (напр., Галилей); между тем христианских мучеников никакие пытки и никакая смерть не могли вынудить отречься от веры. Если в вере человек действует заодно со всемогущим Богом, если он даже действует силой всемогущего Бога, то отсюда понятно, почему Господь Иисус Христос присвоял вере такую силу, что считал возможным все для верующего: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажите горе сей: перейди отсюда туда, и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас (Мф.17:20). Необычайные действия веры изображает ап. Павел в 11 главе послания к евреям. Древние праведники, говорит он, верою побеждали царства, творили правду, получали обетования, заграждали уста львов, угашали силу огня, избегали острия меча, укреплялись от немощи, были крепки на войне, прогоняли полки чужих. И ап. Иоанн пишет: сия есть победа, победившая мир, вера ваша (1 Ин. 5:4).
А если вера есть настолько живое и крепкое соединение души с Богом, что она становится исходным пунктом, определяющим все мысли и действия человека и направляющим их на Бога и божественные предметы, то отсюда понятно, почему Господь и Его апостолы придавали вере такое важное значение, что ставили в зависимость от нее всю судьбу и всё спасение человека. На вопрос народа: что нам делать, чтобы творить дела Божии? Господь отвечал: вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал (Ин. 6:28-29); верующий в Сына имеет жизнь вечную (Ин.3:36). На вопрос темничного стража: что мне делать, чтобы спастись? - ап. Павел и Сила отвечали: веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой (Деян. 16:30-31). Верующим во имя Иисуса дал власть быть чадами Божиими (Ин. 1:12).
Грех неверия
Уклонения от христианской веры выражаются в формах суеверия, холодности и равнодушия к вере (индифферентизма), сомнения (или скептицизма), богоотступничества и неверия (атеизма). Вера христианина должна быть разумной и иметь достаточное основание. Она может быть выше разума, но не может находиться с ним в противоречии. Если же человек "осуетился в своих помышлениях и объюродился" (Рим. 1:21-22), вера становится суеверием, т.е. тщетной, неразумной верой. Суеверие возникает там, где обыкновенным земным вещам приписывают такие силы и ожидают таких действий, какие можно ожидать только от Бога; или же Богу присваивают и ожидают от Него того, чего ожидать не следует и что унижает имя Божие. Первый вид суеверия выражается в следующих видах: идолопоклонства, когда люди, по слову апостола, заменили истину Божию ложью и поклонялись и служили твари вместо Творца (Рим. 1:25)
Все эти виды суеверий производят весьма вредное влияние на нравственную жизнь, ослепляя ум и сердце, смешивая высокие истины и правила христианской жизни с человеческими вымыслами, и нередко вызывая религиозную ненависть и фанатизм. Поэтому в Ветхом Завете все виды волхования наказывались смертью (Лев.20:27; Втор. 18:9; Мих.5:11; Зах. 10:2; Мал. 3:5; 1 Цар. 28). А второй род суеверия выражается в следующих видах: во-первых, в виде злоупотребления именем Божиим и священными предметами, когда от их простого употребления ожидают особых знамений и чудес, и, во-вторых, в виде чрезмерно чувственного представления о сверхъестественных предметах, когда духовное хотят почти всецело заключить в телесное и измеряют его категориями последнего (т.е. пространства, времени и т.д.). Третья и первая заповеди десятисловия направлены, между прочим, против этих двух видов суеверия. Первое средство к устранению суеверий заключается в здравом образовании с правильным разграничением естественного и сверхъестественного мира, ознакомляющим с подлинными свойствами и явлениями того и другого мира. Но этого одного недостаточно, и образованные люди тоже могут быть суеверными. Необходима еще бескорыстная любовь к Богу и преданность Его святому промыслу.
Равнодушие (индифферентность) к вере - ни холод, ни теплота, - по выражению Апокалипсиса (3:15), есть то нравственное состояние, при котором человек не внимет голосу своей совести и откровенного закона, не углубляется в их требования, и потому этот голос, направляющий наши мысли к Богу, не производит решительного влияния на человеческую жизнь. При таком состоянии определяющим началом в жизни является не мысль о Боге, а земные интересы. Религиозное равнодушие почти всегда есть признак погружения человека в чувственность и чувственные удовольствия. Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше, говорит Господь Спаситель (Матф. 6:21). Типом этого порока может служить евангельский богач (этот эпикуреец и индифферентист), Пилат со своим апатичным отношением к Истине (что есть истина?), люди последних дней мира; о них Господь Иисус Христос пророчествует: ибо как во дни перед потопом ели, пили, женились и выходили замуж до того дня, как вошел Ной в ковчег, и не думали, пока не пришел потоп и не истребил всех, - так будет и пришествие Сына Человеческого (Матф. 24:38-39). Направление мыслей на духовный мир и его вопросы и потребности есть первое и главное средство против индифферентизма. Если равнодушие составляет противоположность живой вере, то скептицизм, или сомнение, - это противоположность вере решительной. Свящ.