Страница 3 из 6
Но что мы говорим? Сам святый Петр лично был судим перед всеми по истине благовествования (Гал.12) и, по свидетельству Писания, оказался зазорен и неправоходящ. - Что после сего надобно подумать о тех, которые величаются и надмеваются обладанием только предполагаемого мнимого престола его? И точно, сам небоявленный Василий Великий, - сей вселенский учитель православия в соборной Церкви, на которого даже и епископы Рима вынуждаются указывать нам (стр.8, ст.31), определенно и ясно высказывал нам выше ( 7), какое мнение мы должны иметь о суждениях неприступного Ватикана: "они истины не знают и знать не желают; с теми, кто возвещает им истину, они спорят, а сами утверждают ересь"; следовательно, те же самые святые Отцы наши, которых, как светильников и учителей самого Запада, с подобающим уважением перечисляет нам Его Блаженство, и которым увещевает нас следовать (там же), научают нас, чтобы мы не по престолу судили о православии, но о самом престоле и сидящем на престоле - по Божественным Писаниям, по Соборным уставам и определениям, и по Вере, всем проповеданной, т.е. по православию непрерывного учения (Церкви). Так судили и осудили Собором Отцы наши и Онория, папу римского, и Диоскора, папу александрийского, и Македония, и Нестория, патриархов константинопольских, и Петра Кнафея, патриарха антиохийского, и проч.
Ибо, по свидетельству Писания, даже мерзость запустения была на месте святе (Дан.9,27 и Мф.24,15), то почему новизны и ересь не могут быть на престоле святом? Отсюда ясно открывается слабость и непрочность и других доказательств (стр.8, ст.9, 11 и 14) в пользу верховного владычества римского епископа. Ибо, если бы Церковь Христова не была основана на незыблемом камне исповедания Петрова: Ты еси Христос Сын Бога Живаго (которое было общим ответом со стороны Апостолов на предложенный им вопрос: вы же кого Мя глоголете быти (Мф.16,15-16), как объясняют нам Божественные Отцы восточные и западные), - то и сам Кифа был бы для нее слабым основанием, тем более папа, который, присвоив себе ключи царствия Небесного, как распорядился ими, известно из Истории. И о значении троекратного: паси овцы Моя, общие наши Божественные Отцы единогласно учат, что это не было каким-либо предпочтением святого Петра перед прочими Апостолами, тем менее его преемников, а просто восстановлением его в сан апостольский, из которого он ниспал чрез троекратное отречение. И сам святый Петр, как видно, точно также понял смысл троекратного вопроса Господа: любиши ли Мя?, и слов: паче сих (Ин.21,15). Ибо вспомнив слова свои: аще и вси соблазнятся о тебе, аз никогдаже соблазнюся ( 12); оскорбе, яко рече ему третие: любиши ли Мя?
Но преемники его, для своих целей, принимают это изречение в смысле, слишком для них благоприятном.
12. Еще Его Блаженство говорит (стр.8, ст.12), что Господь наш сказал Петру (Лк.22,32): Аз же молихся о тебе, да не оскудеет вера твоя, и ты некогда обращся, утверди братию твою. Молитва Господа нашего была не по тому случаю, что сатана просил (там же, ст.31), да попущено будет ему подвергнуть искушению веру всех учеников, - Господь же позволил ему сделать сие только с Петром, потому особенно, что он высказал слова самолюбия и почитал себя выше других: аще и вси соблазнятся о Тебе, аз никогда же соблазнюся (Мф.26,33), но это искушение было временное, когда Петр начат ротитися и клятися, яко не знаю человека (Мф.26,74) - так слаба природа человеческая, оставленная самой себе! дух бо бодр, плоть же немощна (Мф.26,41); - временное, говорим, для того, чтобы потом, пришед в себя и очистившись слезами покаяния, он мол, еще более утвердить братьев своих в исповедании Того, Которому они не изменяли и не отрекались. О премудрые судьбы Господни! Как Божественна и таинственна была на земле последняя ночь Спасителя нашего! Священная та вечеря, - она самая, веруем мы, и ныне совершается ежедневно по слову Господа: сие творите в Мое воспоминание (Лк.22,19), и: елижды бо аще ясте хлеб сей и чашу сию пиете, смерть Господню возвещаете, дондеже приидет (1Кор.11,26).
Братская любовь, с такою попечительностию заповеданная нам общим Учителем: о сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Ин.13,35); любовь, которой рукописание и заветы первые раздрали папы, защищая и принимая еретические нововведения, вопреки тому, что нам благовествовано и что утверждено уставами общих учителей и Отцев наших, - та самая, говорим, любовь действует и ныне в душах христианских народов и особенно в руководствующих ими. Ибо мы дерзновенно исповедуем пред Богом и людьми, что молитва Спасителя нашего (стр.7, ст.33) к Богу и Отцу Своему об общей любви Христиан и совокупления во едину, святую, соборную и Апостольскую Церковь, в которую и веруем мы, да будет едино, якоже и мы едино есьмы (Ин.17,22)
Вот сущность, кратко сказать, всего разноречия и несогласия между нами и ими; вот средостение ограды, которое, по Божественному предречению (там же, 10,16) и ины овцы имам, яже не суть от двора сего: и тыя Ми подобает привести, и глас Мой (истину: "иже от Отца исходит") услышат, при помощи прославляемой мудрости Его Блаженства, надеемся, разрушится во дни его. Скажем еще в третьих: если допустим, согласно с словами Его Блаженства, что молитва Господа нашего о Петре, которому предстояло отречение и клятвопреступление, тесно соединена и связана с престолом Петра, и что она простирает силу свою и на восседающих на нем в разное время, хотя, как выше сказано ( 11), ничто не подтверждает сего мнения (как удостоверяет нас Писание примером самого святого Петра, и притом, после сошествия Святого Духа); то уверяем на основании слов Господа, что придет время, когда сия Божественная, по случаю отречения Петра, молитва да не оскудеет в конец вера его, воздействует и в ком-либо из преемников его, который и восплачет, подобно ему, горько, и обратившись, еще более утвердит нас, братий его, в православном исповедании, которое получили мы от предков. И - о, если бы Его Блаженство был таковым истинным преемником блаженного Петра! Но к сей смиренной молитве нашей, что мешает присоединить такой же и совет, искренний и от чистого сердца, во имя святой, соборной Церкви?
Мы не дерзаем сказать: "без всякого отлагательства", как сказал (стр.10, ст.22) Его Блаженство, но говорим: без поспешности, по зрелом рассуждении, и притом, если будет нужно, по совещании с мудрейшими, благочестивейшими епископами, богословами и учителями, которые, и в настоящее время, по Божественному домостроительству, находятся у каждого из народов западных.
13. Его Блаженство говорит, что епископ лионский, святитель Ириней пишет в похвалу римской Церкви: "необходимо, чтобы вся Церковь, т. е. все повсюду находящиеся верующие, согласовались (с нею) ради главенства сей Церкви, в которой сохранилось Апостольское предание в рассуждении всего, что известно между повсюду находящимися верующими". Хотя сей святый Отец (Ириней) говорить совсем не то, что разумеют ватиканские (епископы); но, предоставив им разуметь и толковать как угодно, скажем только: кто же отвергает, что древняя римская Церковь была Апостольскою и православною? Никто из нас не усумнится назвать ее даже образцом православия, и для большей ее похвалы мы приведем слова историка Созомена (Истор. Созом., кн.II, гл.12) о том, каким образом до известного времени могло сохраниться в ней похваляемое нами православие, о чем Его Блаженство умолчал: "западная Церковь (говорить Созомен), сохраняя в чистоте отеческие догматы, свободна от распрей и суесловия". Кто из Отцев, или из нас самих отвергает, предоставленное ей церковными правилами старейшинство в порядке иерархическом, доколе она "сохраняла в чистоте отеческие догматы", руководствуясь непогрешительным учением священного Писания и св.
Напротив, видим в ней и Евхаристию без причащения от святой чаши, которое, о ужас! почитается излишним, и очень многое другое, что не было известно не только нашим (восточным) святым Отцам, кои всегда именовались вселенским непогрешительным правилом и образцом православия, как говорит из уважения к истине и Его Блаженство (стр.2), но - и древним святым Отцам запада; видим в ней и главенство, о котором всеми силами ревнует ныне и Его Блаженство, также как и его предшественники, и которое превращено ими из братского отношения и преимущества иерархического - в господственное. Что же надобно заключить о неписанных преданиях ее, когда и писанные представляют такое извращение и изменение к худшему? И кто так смел и так доверчив к достоинству Апостольского престола (папского), что дерзнет сказать, что, если бы ныне возвратился к жизни святый отец наш Ириней, то, видя римскую Церковь в столь существенных и вселенских членах христианской Веры отступившею от древнего и первоначального Апостольского учения, - он первый не восстал бы против нововведений и самовольных учреждений этой Церкви, о которой тогда он справедливо отзывался с похвалою, как о соблюдавшей в чистоте отеческие догматы?