Орозий Павел

Этот же Папирий считался тогда у римлян настолько воинственнейшим и деятельнейшим [полководцем], что когда стали поговаривать, будто Александр Великий намеревается, выступив с Востока, силой захватить Африку и оттуда переправиться в Италию, римляне подумывали, что среди прочих известных тогда в их республике полководцев наиболее достойным будет он, поскольку сумел бы остановить наступление Александра. 123

16. 1. Итак, в 426 году от основания Города Александр наследовал во власти отцу Филиппу; 124 первую пробу [319] духу и доблести своей он дал, когда в короткий срок подавил волнения греков, вдохновителем у которых, с тем, чтобы уйти из-под власти македонян, оказался оратор Демосфен, 125 соблазненный золотом персов. 126 2. И вот, он ослабил войну в отношении взмолившихся афинян, которых, кроме того, избавил также от страха наказания; фиванцев он истребил вместе с разрушенным городом, оставшихся в живых продал в рабство; остальные города Ахайи и Фессалии он обложил данью; он покорил иллирийцев и фракийцев, очень скоро перенеся к ним войну. 127 3. Затем, собираясь отправиться в персидский поход, он убил всех своих родственников и близких. 128

В войске его было тридцать две тысячи пехотинцев, четыре тысячи пятьсот конных воинов, сто восемьдесят [320] кораблей. 129 Непонятно, что удивительнее: то, что он со столь малой силой покорил весь круг земель, или то, что дерзнул отправиться [на это завоевание].

4. В первой его стычке с царем Дарием 130 ему противостояло шестьсот тысяч персов, которые обратили спины больше перед превосходящим мастерством Александра, нежели перед доблестью македонян: в итоге произошло великое избиение персов. В войске Александра недоставало всего лишь ста двадцати всадников и девяти пехотинцев. 131

5. Затем он захватил осажденный и подвергнутый штурму Гордиен, 132 город Фригии, который теперь именуется [321] Сарды, 133 и отдал его на разграбление. После этого, когда к нему пришло сообщение о наступлении Дария с крупными силами, он, боясь теснин, 134 в которых находился, с удивительной быстротой переправился через гору Тавр и, пройдя маршем в течение одного дня пятьсот стадий, прибыл в Таре 135 и там, когда вступил разгоряченным в очень холодные воды Кидна, 136 окоченел и в результате судороги мышц оказался близок к смерти.

6. Между тем Дарий с тремястами тысячами пехотинцами и со ста тысячами конных воинов устремляется к битве; 137 и это множество врагов весьма потрясло Александра, взиравшего на небольшое количество своих войск, несмотря на то, что, одолев уже прежде шестьсот тысяч врагов тем же малым количеством войск, он научился не только не бояться сражения, но и уповать на победу. [322]

7. И вот, когда оба войска остановились на расстоянии броска дротика [друг от друга] и когда бегающие туда-сюда руководители распалили различными побуждениями народы, в напряжении ожидавшие сигнала к битве, с великой страстью и тех и других завязывается битва: 138 8. в ней оба царя — и Александр, и Дарий — получают ранение, и столь долго не ясен был исход сражения, пока Дарий не обратился в бегство; за этим последовала резня персов. 9. Тогда там было убито восемьдесят тысяч пехотинцев, десять тысяч всадников, захвачено же было сорок тысяч. Из македонян же погибло сто тридцать пехотинцев, сто десять всадников. 139 В лагере персов было обнаружено большое количество золота и других богатств. Среди захваченных в лагере оказались мать Дария, жена, она же и сестра его, и две дочери; 140 10. когда Дарий не смог добиться их выкупа, даже обещая отдать половину царства, он, собрав все возможные силы персов и вспомогательные войска союзников, в третий раз возобновил войну. 141 [323] 11. Однако пока это совершал Дарий, Александр отправил с войсками Пармениона 142 для захвата персидского флота, сам же направился в Сирию.

143 Там из многих царей, прибывших к нему по доброй воле в священных повязках, одних принял, других отверг, третьих предал смерти; Тир, 144 древнейший и великолепнейший город, [324] оказавший ему сопротивление при поддержке карфагенян, своих родственников, 145 он подверг нападению и захватил. 12. После этого он проходит с ожесточенным неистовством по Киликии, Родосу и Египту. 146

Затем он направляется к храму Юпитера-Аммона, чтобы обманом, выдуманным по случаю, смыть с себя позор сомнительного отца и срам распутной матери. 147 13. Ибо он втайне, как сообщают его историки, указал призванному к нему главному жрецу этого святилища, что следовало бы ему [Александру], как бы вопрошающему, отвечать. 148 Таким образом, Александр был убежден и нам показал, что, поскольку сами боги безмолвны и глухи, во власти святителя сочинить то, что бы он [Александр] ни потребовал, и в воле вопрошающего услышать то, что бы он ни пожелал. 14. Возвращаясь от Аммона на третью персидскую войну, он основал в Египте Александрию. 149 [325]

17. 1. Дарий же, утратив надежду на получение мира, выставляет у Тарса для войны с возвратившимся из Египта Александром четыреста четыре тысячи пехотинцев и сто тысяч конных воинов; и немедленно к битве; 150 2. все в слепой ярости бросаются к оружию: македоняне весьма часто были горды собой, побеждая врагов, персы, если не побеждали, предпочитали умереть. 3. Редко в какой битве проливалось столь много крови. Но Дарий, когда увидел, что его войска терпят поражение, готовый принять смерть в бою, по уговору своих вынужден был обратиться в бегство. 151 4. В этом сражении иссякли силы и [пали] царства Азии, и весь Восток перешел под власть Македонской империи, и настолько персами была утрачена всякая уверенность в этой войне, что никто после нее не дерзнул сопротивляться, и персы после власти стольких лет безропотно приняли ярмо рабства. 5. Александр на протяжении тридцати четырех беспрерывных дней обозревал добычу из [захваченного] лагеря. Он захватил [326] Персеполь, 152 столицу Персидского царства, блистательнейший и переполненный богатствами всего круга [земель] город.

6. Дария же, узнав, что тот, побежденный, удерживается своими родственниками в золотых оковах, 153 он решил преследовать. И вот, приказав войску, чтобы двигалось вслед, сам, отправившись с шестью тысячами всадников, нашел Дария оставленного одного на дороге, многократно израненного и испускающего через раны последние дуновения жизни. 7. Он, движимый пустым милосердием, приказал перенести умершего Дария в усыпальницу предков и похоронить там; я не говорю о его [Дария] матери или жене, но Александр удерживал также в безжалостном плену маленьких дочерей [персидского царя]. 154 [327] 8. Среди такого множества злодеяний не легко поверить словам: в трех битвах и в течение такого количества лет, как сообщают, было истреблено пятнадцать сот тысяч пехотинцев и всадников, 155 и это [потери] того царства и того народа, где еще раньше в течение немногим большего срока погибло девятнадцать сот тысяч. 156 9. Впрочем, кроме этих лишений в течение этих самых трех лет были уничтожены и многие города Азии, и опустошена вся Сирия, разрушен Тир, разорена Киликия, покорена Каппадокия, порабощен Египет; остров же Родос, приведенный в ужас, по собственной воле принял на себя рабство, кроме того многие прилегающие к Тавру провинции, а также сама гора Тавр, укрощенная и побежденная, приняли долгое время отвергаемое иго.

18. 1. И не случайно никто тогда не считал, что Восток был истерзан только войсками Александра и что Италия страдала исключительно от римского недуга: тогда же шла война Агиса, царя спартанцев, в Греции, Александра, царя Эпира, — в Лукании, префекта Зопириона — в Сирии. 157 2. Из них лакедемонянин Агис, в то время как пробудилась и восстала вместе с ним вся Греция, когда он столкнулся с сильнейшими войсками Антипатра, среди великой и обоюдной резни и сам был сражен; 158 3. Александр [328] же [Эпирский], стремясь в Италии добиться власти над Западом, соперничая с Александром Великим, после бесчисленных и тяжелых войн там же был побежден в бою бруттийцами и луканцами, и тело его было продано для погребения; 159 4. Зопирион же, префект Понта, собрав тридцать тысяч войск, дерзнул пойти войной на скифов и, разбитый наголову, был полностью уничтожен со всеми своими войсками. 160