Страница 20 из 46
В продолжительной молитве ум не привыкшего к ней человека не может долго предстоять пред Богом, но обычно, побежденный немощью непостоянства, увлекается внешним, и теплота духа у него поэтому вскоре остывает. Такая молитва — это уже не молитва, но одно смущение ума вследствие уклонения мыслей туда и сюда, что бывает как во время церковных соборных пений, так и во время долго читаемых келейных правил.
Краткая же, но частая молитва более устойчива, ибо ум, углубившийся в Бога на короткое время, может совершать ее с большей теплотой. Потому и Господь говорит: «Молясь, не говорите лишнего» (Мф.6,7), ибо не ради многословия будете услышаны. И святой Иоанн Лествичник поучает: «Не пытайся многословить, чтобы не рассеялся ум в поисках слов.
Одно только слово мытаря умилостивило Бога, и одно же слово веры спасло разбойника. Многословие в молитве рассеивает ум в мечтаниях, тогда как немногословие помогает собрать ум». Но кто-либо скажет: почему апостол в Послании к фессалоникийцам говорит так: «Непрестанно молитесь» (1 Фес. 5, 17)? Для Писания обычно часто творимое дело называть «всегда творимым», например: «В первую скинию всегда входят священники совершать богослужение» (Евр.9, 6)
, — то есть во все установленные на то часы, а не непрестанно, днем и ночью, часто, а не безвыходно. Если же священники и были безвыходно в церкви, оберегая сошедший с неба огонь, подкладывая в него топливо, чтобы он не погас, однако делали это не все вместе, но меняясь чередами, как пишется и о святом Захарии: «Однажды, когда он в порядке своей чреды служил пред Богом» (Лк. 1, 8).
Подобно этому нужно думать и о молитве, которую апостол повелевает творить непрестанно, ибо невозможно человеку пребывать в молитве так, чтобы не прерывать ее ни днем, ни ночью. Ведь нужно время и на иные дела, на необходимые заботы по управлению своим домом, как-то: время работы, время беседы, время еды и питья, время покоя и сна.
Как же можно понимать непрестанную молитву иначе, как только частую молитву? А часто творимая молитва вменяется как бы в непрестанно творимую молитву. Итак, пусть твоя частая, но краткая молитва не умножается лишними словами, как об этом учат и Святые Отцы. Блаженный Феофилакт в Толковании на Евангелие от Матфея написал так: «Не подобает удлинять молитвы, а лучше мало, но часто молиться».
У Златоуста же в Беседах на Послания апостола Павла пишется так: «Кто лишнее говорит в молитве, тот не молится, но празднословит» (Беседа 24 на Послание к ефесянам, 6). Кроме того, блж. Феофилакт говорит в Толковании на то же вышеуказанное евангельское место так: «Лишние слова — это празднословие». Хорошо сказал апостол: «Хочу лучше пять слов сказать умом моим, нежели тьму слов на языке» (1Кор. 14, 19)
, то есть лучше мне сотворить краткую молитву к Богу, но со вниманием, нежели произносить бесчисленные слова без внимания и только напрасно наполнять воздух своими словами и голосом. Кроме того, вышесказанные апостольские слова: «Непрестанно молитесь» (1 Фес. 5, 17), нужно относить к молитве, творимой умом, ибо ум может быть всегда направлен к Богу и может молиться Ему непрестанно.
Итак, начни теперь, о душа, понемногу браться за намеченное тебе обучение, начни во имя Господа, согласно увещанию апостола, говорящего так: «И все, что вы делаете, словом или делом, все делайте во имя Господа Иисуса Христа» (Кол.3, 17), — т.е. творите все, как бы говорит он, с добрым намерением и не столько из-за своей корысти, хотя бы и духовной, сколько для славы Божией, чтобы во всех ваших словах, делах и помышлениях прославлялось имя Господа Иисуса Христа, Спасителя нашего.
Прежде всего изъясни себе кратким толкованием, что такое молитва? Молитва — это обращение ума и мыслей к Богу; молиться — значит предстоять своим умом Богу, неуклонно мыслью смотреть на Него и беседовать с Ним в благоговейном страхе и уповании. Итак, собери все мысли твои и, отложив все внешние житейские попечения, устреми ум твой к Богу. 9.
Молитва повседневного исповедания человека, вступающего на путь спасения Найдя уединенное место и оставаясь один, сядь, размышляя о своей жизни, и приводи на ум все содеянные тобой от юности грехи,— как исповеданные, так и неисповеданные. Вспомнив же все, воздохни из глубины сердца, бей себя в грудь, если это будет возможно, и плачь.
Встав же, пади на колена и вознеси ум твой от земли к Божиему Престолу, окруженному Херувимами и Серафимами. Там, узрев умными очами Бога, «сидящего на высоком и превознесенном Престоле» (Ис.6, 1), смотрящего на твое обращение, провидящего все пути твои и внимающего тому, что ты хочешь сказать, пади у ног Его премилосердных и со страхом начни говорить Ему так: «Боже Преблагий, благости источниче, милости бездно!
Создателю, Искупителю и Спасителю мой! Тебе, ведущему сокровенная тайная и испытующему сердца и утробы, исповедую грехи моя и приношу пред всевидящее Око в слух всех Твоих Ангел и Архангел беззакония моя. Согреших, Господи мой и Творче (в томто и томто). Се язвы и струпы, и гноения моя, о Всемилостивый Врачу! Се тяжкая моя бремена, о Благий Господи!
Се студ мой и нагота моя, о Долготерпеливый Судие! Сими деянии моими опечалих, прогневах и раздражих Твою благость; сими образ Твой оскверних, Духа Святаго Твоего оскорбих и Ангела, Хранителя моего, от себе отгнах; сими Кровь Твою дражайшую, за мя излиянную, попрах и ни во что же вмених; сими погубих красоту душевную, обнажихся благодати Твоея и сотворихся вертеп разбойников, жилище бесов и страстей; сими растлих Церковь, Твоею Кровию искупленную, скверня все тело мое, уды моя творя уды блудничи, оскверняя душу помышлении скверными, хульными, гордыми, мерзкими, блудными; сим соизволяя и в них услаждаяся, сими радость бых бесом, плачь же Ангелом, и умерла ми есть душа, лежит же, аки во гробе, зло в обычаи, перстию нечувствия присыпана и каменем ожесточения привалена.
Се, Господи, моя беззакония, превозшедшая главу мою, умножившаяся паче влас главы моея и паче числа песка морскаго. Сия исповедал, сам себе обличаю, осуждаю и винна себе творю, не точию же сия, яже вспомянух, но ихже не помню, и ихже не разумею, яко греси суть, и ихже исповести не умею, вся сия в превеликое милосердие Твое влагаю, Всемилостивый и Незлобивый Боже.
По толиких же и толико многих делех моих студных, по толико великом ума моего помрачения и безумии, по толико лютых падениих и нечувствии едва в себе пришед и из глубины отчаяния моего на великое Твое всеми грехами людскими не преодоленное милосердие воззрех и уведех, яко не хощеши смерти грешника, но милостиво обращения его ждеши, и единых ради грешников Кровь Свою нещадно излиял еси, да призовеши их на покаяние.
Се уразумев, аз, окаянный, аз, грешный, превозшедый всего мира грехи, вторый злыми делы диавол, подражатель Иудин, распинателем общник, аз, окаянный и беззаконный, всяких мерзостей неопределимое море, всех нечистот бездонная пропасть, аз, скверный, всего зла делатель безстудный, прибегаю и припадаю к Тебе, Всемилостивому и Всещедрому, в болезни сердца моего с покаянием вопия: согреших, Отче, на небо и пред Тобою, согреших и беззаконновах, бых преступник заповедей Твоих, согреших, яко ин никтоже когда; несмь достоин нарещися сын Твой; несмь достоин воззрети и видети высоту небесную, несмь достоин отверсти уст моих пред Тобою, доселе быв враг Твой.
Но молю Твою благость и мольбу приношу Твоему незлобию: помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по многим щедротам Твоим очисти беззакония моя. Помилуй, прости и очисти, яко от Тебе очищение есть. Господи, аще хощеши, можеши мя очистити. Вем, яко хощеши всем спастися: спаси убо и мене, можеши бо, елика хощеши; преклонися, Господи, на милость, помяни древния милости и щедроты Твоя и прости моя согрешения; не помяни моих злых деяний, не вниди в суд с рабом Твоим, не воздаждь ми по делом моим, ни яростию Твоею обличи мене, ни гневом Твоим накажи мене.
Отверзи ми двери благости Твоея, отверзи ми двери покаяния, в покаяние мя приими и в разум призови, возстави падшаго, взыщи заблудшаго, обрящи погибшаго, исцели язвеннаго, воскреси мертваго. Господи Боже Сил! Обрати мя, яви Лице Твое, и спасен буду; Лице Твое просвети на раба Твоего. Доколе, Господи, забудиши мя до конца? Доколе отвращаеши Лице Твое от мене?