Страница 2 из 2
Святитель Василий Великий говорит о сщмч. Дионисии Александрийском (память 5 октября ст. ст.) так: "Я не восхищаюсь всем тем, что написано сим мужем; а есть нечто, что и совершенно не одобряю. Ибо, быть может, это был он,… кто первый дал семена … нечестию аномейскому. Причина же сего, думаю, не дурная направленность души, но – горячее желание противостать Савеллию." (Архим. Амвросий (Погодин), указ. соч., стр. 128).
Святой мученик Иустин Философ говорит, что "ангелы… впали в совокупление с женами и родили сынов, так называемых демонов" (2-я Апология, 5). Современное богословие объясняет Быт.6,2 иным образом.
Более того, ошибались даже Соборы, чьи решения признаны каноническими. Так, например, 16-е правило Шестого Вселенского Собора исправляет ошибку, допущенную в 15-м правиле Святого Поместного Неокесарийского Собора. Отцы Неокесарийского Собора постановили, что в любом, даже очень большом городе, не должно быть более семи диаконов, ссылаясь при этом на книгу Деяний Апостольских. Отцы же Шестого Вселенского Собора поправили их, говоря, что служение тех диаконов относилось к потребностям трапез, а не к Таинствам, и поэтому к диаконам-священнослужителям не должно применяться численное ограничение. (См. Книгу Правил, а также указ. соч. архим. Амвросия, стр.28).
Таким образом, учение Церкви по этому вопросу говорит вполне однозначно, что мы должны сверять наши взгляды не с мнением одного или даже нескольких уважаемых Отцов, но с соборным преданием всей Церкви.
Ведь Св. Отцы использовали научные данные своего времени не ради того, чтобы подтвердить или опровергнуть их, но чтобы с их помощью привести людей к размышлению о Боге, о Его свойствах и действиях в мире, и тем дать им духовную пользу. ("У меня одна цель – все обращать в назидание Церкви," – свт. Василий Великий, Беседы на Шестоднев, т.1, стр. 132, "Исследование о сущности каждого существа, или подпадающего нашему умозрению, или подлежащего нашим чувствам,… ни мало не послужит к назиданию Церкви,"- там же, стр.13-14.). Поэтому они, конечно же, не молились Богу, чтобы Тот открыл им истинность или ложность тех или иных научных положений (см. выше слова преп. Варсануфия Великого), а просто брали те утверждения, которые в их время казались несомненными. Например, тот же свт. Василий Великий в своих "Беседах на Шестоднев" говорит: "Некоторые заметили даже, что срубленные и обожженные сосны превращались в дубы" (стр. 88); "Кто же сомневается об эфире, что он не огнен, и не в раскаленном состоянии?" (стр. 53); "Что воспрепятствовало бы Чермному (Красному) морю наводнить собою весь Египет, который в сравнении с ним составляет впадину?… Египет ниже Чермного моря…" (стр. 65-66); "Огонь… совокупно занял все надземное пространство" (стр. 67-68); "Каждая стихия, вследствие общего качества, соединяется со смежной к ней стихией, а вследствие общения в сродном, соединяется и с противоположной.
Например, земля, будучи суха и холодна, соединяется с водой по сродству холодности, а чрез воду соединяется с воздухом, потому что вода,поставленная в средине между землей и воздухом,… прикасается… холодностью к земле, а влажностью к воздуху" (стр. 71). Преподобный Иоанн Дамаскин, описывая в "Точном изложении Православной веры" научные данные, обычно предваряет их словами "говорят, что…". Однако же и он утверждает, что "кометы – некоторые знамения, объявляющие о смерти царей" (стр. 62 [134] ); "всех ветров – двенадцать" (стр. 66 [138] ). Также он принимает и учение Аристотеля о четырех стихиях. Естественно, ни один человек в настоящее время этих мнений не разделяет.
Блаженный Феофилакт Болгарский в своем "Толковании на Евангелие от Иоанна", изъясняя 13-й стих 1-ой главы, утверждает также неприемлемое с точки зрения современной медицины положение, что слова Евангелиста "которые не от крови… родились" означают рождение от "месячных, ибо ими питается и растет дитя во чреве" (Бл. Феофилакт Болгарский, Толкование на Евангелие, т.2, Скит, 1993, стр. 278).
Объяснение свт. Григорием Нисским физиологии сна тоже является устаревшим. Никто теперь всерьез не будет говорить, что "когда внутри от естественной теплоты воскипает пища, пары… собираются в объемах головы наподобие дыма, просачивающегося в стенные щели. Потому, испаряясь оттуда через каналы чувственных способностей, расходятся по телу, причем неизбежно останавливается чувство, оттесненное проходом этих паров". (Св. Григорий Нисский. Об устроении человека. СПб., 1995, стр. 40).
И, безусловно нельзя требовать от христианина, почитающего Св. Отцов, признания реальности существования птицы Феникс, о которой повествует выдающийся Отец Церкви рубежа I-II вв. сщмч. Климент Римский: "Около Аравии есть… птица, которая называется Феникс.Она рождается только одна и живет по пяти сот лет. Приближаясь к своему разрушению смертному, она… делает себе гнездо, в которое, по исполнении своего времени, входит и умирает. Из согнивающего же тела рождается червь, который, питаясь влагою умершего животного, оперяется." (I Посл. к Коринфянам, гл.XXV. Писания мужей апостольских, Рига, 1994, стр.128). О той же птице говорит и Тертуллиан.
Можно привести и еще не один десяток подобных цитат, но цель данной работы – не поразить читателя их количеством, а лишь подтвердить необходимость трезвого подхода к изучению святоотеческого наследия. Каждый христианин обязан уметь отделять в творениях Отцов пшеницу горнего знания от плевел дольнего мира. Это ни в коей мере не умаляет нашего благоговения перед самими Отцами, ибо наша Церковь устами великого восточного богослова свт. Фотия Константинопольского призывает "не принимать как учение то, в чем они заблуждались, но лобызать человеков." (В. М. Лурье. Послесловие к книге св. Григория Нисского "Об устроении человека", стр. 174).