Осипов А.И.

Осипов А.И.

КУМРАНИТЫ (ЕССЕИ) И

ПЕРВОХРИСТИАНСТВО

Post hoc, non ergo propter hoc.

Не являются той духовной и социальной средой, в которой могло, как считают некоторые атеистические исследователи, возникнуть христианство, и кумраниты (ессеи) . Об этом однозначно говорят как прежде известные исторические источники, так и найденные в 1947 г. кумранские рукописи.

В 1947 году в одной из пещер северо-западного побережья Мертвого моря в пустынной местности Вади-Кумран (Иордания) один бедуин случайно обнаружил кожаные свитки, исписанные древнееврейским письмом. Последовавшие затем поиски и раскопки привели к открытию новых кладов рукописей и на других диалектах и языках. Всего было найдено около 40 тысяч фрагментов различной величины, представляющих остатки около 600 книг. Весь этот рукописный материал охватывает время от 3 в. до н.э. до 8 в. н.э. Было выяснено, что большинство кумранских рукописей принадлежало иудейской секте, прожившей в Иудейской пустыне со второго века до н.э. по 68 г. н.э. и именуемой теперь кумранской общиной. Большинство ученых отождествляет эту общину с ессеями, о которых было известно из описаний Иосифа Флавия, Филона Александрийского и других древних авторов..

Кумранские рукописи условно можно разделить на две большие группы: 1) рукописи библейских книг и 2) небиблейские литературные и религиозные памятники.

Относительно первой группы. "В числе уже разобранных, обработанных и отождествленных отрывков представлены все книги иудейского ветхозаветного канона, за исключением одной лишь книги Эсфири, т.е. 38 из 39 книг канона" (они "датируются промежутком времени от конца 3 в. до н.э. до начала 2 в. н.э.1), а также книги Товита, Иисуса, сына Сирахова и Послания Иеремии.

Ко второй группе относятся комментарии на книги пророков Аввакума, Наума, Михея, Исайи, Софонии, Осии и на книги Бытия и Псалмов; также текст, условно названный “Устав общины”, дающий наиболее полное представление об устройстве и воззрениях кумранской общины; текст "Двух колонок", отражающий эсхатологические воззрения кумранитов; "Война сынов света против сынов тьмы"(о борьбе между добром и злом); "Дамасский документ", о "Новом союзе", гимны; апокрифы; деловые документы; псалмы благодарения и другие менее значительные литературные памятники.

В результате открытия кумранских рукописей, в числе многих проблем встал и вопрос о взаимосвязи ессеев (кумранитов) с первохристианством: в частности, не явилось ли христианство порождением ессейства?

Вызвавшим первоначально значительный интерес явился вопрос об упоминаемом в некоторых рукописях учителе праведности, которого отдельные исследователи пытались отождествить с Господом Иисусом Христом.

Решающую роль сыграли библейские тексты Кумрана и в разрешении спорного вопроса, имеющего почти двухтысячелетнюю историю, о сравнительном достоинстве Септуагинты и масоретского (еврейского) текста. Таковы лишь некоторые из проблем, теперь уже, можно сказать, полностью разрешенные в связи с сенсационными находками у Мертвого моря.

1. Первохристианство и кумранитство.

Вопрос о возникновении христианства без признания свидетельств новозаветных священных книг является неразрешимой проблемой для отрицательной критики. Энгельс, например, писал: "Христианство, как и всякое крупное революционное движение, было порождено массами. Оно возникло в Палестине, причем совершенно не известно, каким образом".2 Неудивительно потому, что с открытием кумранских общин, отделившихся от ортодоксального иудейства и ведущих совершенно замкнутый образ жизни, с их переживанием наступающих "последних дней" и надеждой на вот-вот грядущего Мессию, - отдельные исследователи и популяризаторы предприняли очередную попытку вывести на сей раз христианство из кумранитства. Принципиально эта попытка не явилась чем-то новым. Ирландский профессор богословия Кевин Смит в связи с этим писал: "Не очень давно "Золотая ветвь"3 объявила, что христианство не что иное, как амальгама или отклик на все мифы от Полинезии до самоедов. Несколько позднее "эсхатологисты" сказали нам, что Иисус не что иное, как апокалиптический призрак или видение "апокрифической" школы. Д-р Бультман возвестил недавно, что христианство представляет собою экзистенциализм плюс смесь восточных гностических мифов. Лишь несколько лет тому назад Би-Би-Си сообщало по радио, что христианство не что иное, как эллинистический миф об умирающем Боге.

А теперь оказывается, что христианство - не что иное, как иудаизм кумранской секты. Все это весьма просто, потому что при большом желании и при малой доле научной методики Новый Завет или по крайней мере часть его можно истолковать и свести к большинству религиозных чаяний человечества. Тем не менее исключительность христианства во всей его целостности, вся его сущность и сила воздействия были предвидены лишь израильскими пророками. И даже они только страстно стремились узреть христианство, но так и не увидели его".4 Известный исследователь кумранских рукописей Бэрроуз следующим образом характеризует отношение к новым находкам: "Существует мнение, что история Христа и Его спасительный подвиг является просто повторени-ем того примера, который можно найти в рукописях Мертвого моря. Насколько мне известно, ни один компетентный ученый не высказал это в такой именно категорической форме, но это можно заключить на основании отдельных утверждений. Именно эта мысль в наибольшей мере привела в смущение верующих и восхитила неверующих".5 Однако, заключает Бэрроуз, "нет оснований приходить из-за этого в смятение, как будто бы оригинальность Иисуса и божественный авторитет христианства подвергаются опасности таким признанием".6

Что выдвигается в качестве аргументов для сопоставления христианства с кумранитством? "Основаниями для сопоставления, - пишет советский исследователь И.Д. Амусин, - являются прежде всего хронологическая близость и совпадение территории кумранской общины и нарождавшихся раннехристианских общин, этническое тождество, близость социальных принципов, организационной структуры и внутренней жизни, сходство ряда теологических доктрин. Обращает на себя внимание также совпадение многих специфических терминов и целых фраз, которым и выражаются сходные принципы религиозной системы".7 Крупный исследователь кумранских документов И.Р. Тантлевский решительно заявляет: “Для непредвзятого исследователя очевидны параллели между кумранской мессианской концепцией и рядом основополагающих доктрин первоначального христианства.”8 Посмотрим, так ли это?[????1]

Черты сходства между первохристианством и кумранитами усматривают в следующих основных пунктах:

1) общность имущества у тех и других;

2) баптизм (погружение, омовение) кумранитов и крещение у христиан;

3) благословение хлеба и вина за общей кумранской трапезой и христианская Евхаристия;

4) эсхатологические чаяния;

5) отдельные терминологичсекие и фразеологические совпадения.

Насколько в действительности указанные мотивы являются тождественными в обеих религиях и позволяют ли они идентифицировать первохристианство с кумранитством?

1. "Как нам известно, и для ессеев, описанных Филоном и Флавием, характерны не только общность имущества и трапез, но и обязательный совместный труд, этот совместный труд был в значительной мере обусловлен изолированным, "монастырским" образом жизни. Что касается раннехристианских общин, то в дошедших до нас источниках нет никаких указаний на обязательный совместный труд, дополнявший общность имущества".9

2. В кумранской общине ритуальные омовения были постоянными и повседневными обрядовыми действиями, не имеющими значения таинства и нисколько не связанными с личностью и делом Мессии, к которым к тому же допускались лишь полноправные члены общины. В христианстве же, с самого его возникновения, крещение - это не только акт однократный в жизни каждого уверовавшего, но и понимается оно как единение с умершим и воскресшим Христом Спасителем.

3. "Для кумранской общины совместные трапезы, как об этом свидетельствуют и археологические данные и Устав, были повседневным явлением, характерной чертой быта, естественно вытекающей из общности имущества и труда... Однако, по существу, хотя кумранская трапеза с ее обрядом благословения и отличается от повседневного иудейского обычая, еще в большей мере она отличается от будущего христианского таинства Евхаристии... Само собой разумеется, что в кумранском обряде благословения хлеба и вина нет еще намека на мотив "искупления кровью", столь характерный для христианской Евхаристии",10 нет и мысли о их преложении.