Страница 5 из 19
4. 1. За 1300 лет до основания Города Нин, царь ассирийцев (как полагают те историки — "первый царь" 236 ), [170] ради расширения владычества вынес войны за пределы своей страны и в течение пятидесяти наполненных войнами лет 237 обагрил кровью всю Азию; 2. выступив с юга, [171] от Красного моря, он покорил, опустошая, Понт Эвксинский до крайнего севера и, победив варварскую Скифию, до того времени невоинственную и незлобивую, заставил ее пробудить в себе дремавшую свирепость, познать свои силы и питаться не молоком животных, а человеческой кровью.
3. Наконец, он убил поверженного в битве бактрийского царя Зороастра, 238 того самого создателя магического искусства. После этого, во время штурма осажденного им города, он, раненный стрелой, погиб.
4. Этому умершему царю наследовала супруга Семирамида, 239 представлявшая по духу мужа, [правившая] от имени сына; 240 она народы, которые уже по привычке [172] жаждали крови, в течение сорока двух лет обращала на истребления племен. 5. Женщина, не удовлетворившаяся границами, которые она приняла от своего мужа, единственного в то время воителя, раздвинувшимися в течение пятидесяти лет, захватила Эфиопию, покоренную войной и орошенную кровью. Также принесла она войну индийцам, куда кроме нее и Александра Великого никто не проникал. 241 6. В то время преследование и разорение народов, живущих в мире, было более безжалостным и более ужасным, нежели теперь, ибо тогда ни по соседству от них не пылали никакие военные пожарища, ни дома у них не было такого множества честолюбивых умыслов. 7. Эта царица, испепеляемая страстью, жаждущая крови, когда среди непрестанных убийств и разврата лишила жизни всех, кого она царственно пригласила, кем она, подобно распутной женщине, обладала и кого она усладила совокуплением, когда зачала, наконец, постыдным образом сына, преступно подкинула его, а затем греховно вступила с ним в половую связь, придала она тогда частному позору вид общего бесчестия. 8. Ведь повелела же она, чтобы не существовало между родителями и сыновьями никакого уважения природы по вопросу поиска брака, чтобы, чего кому хотелось, то и было ему дозволено. 242 [173]
5. 1. За 1160 лет до основания Города сопредельная Аравии область, которая тогда называлась Пентаполис, 243 была целиком выжжена небесным огнем, о чем среди других сообщает также Корнелий Тацит, который так говорит: 2. "Недалеко от тех мест, как передают, лежат некогда плодородные и населенные великим множеством народа равнины, которые были выжжены огнем молний; сохранились лишь развалины, а земля сама, обуглившаяся, утратила все плодородие". 244 3. И хотя в том месте он ничего не говорит о сожжении городов из-за человеческих грехов, будто бы не ведает этого, несколько позже, как бы изменив замысел, он возражает и говорит: 4. "Я признаю, что славные некогда города были сожжены небесным огнем, но земля, я думаю, испортилась и заразилась от испарений озера". 5. Признав сказанным, хотя и против воли, что он знал и принимал [в качестве достоверной историю] о сгоревших городах, которые, без сомнения, сгорели в наказание за грехи, историк открыто продемонстрировал, что ему не хватало не достоверных сведений, но — желания изобразить верно. Теперь же это будет более обстоятельно рассмотрено мной.
6. На границе Аравии и Палестины, где оставшиеся по ту сторону горы переходят в просторные равнины, находились пять городов: Содом, Гоморра, Адама, Себин и [174] Сегор; 7. однако Сегор невелик по сравнению с остальными, те же — большие и величественные города, которые обладают плодородной землей и для увеличения плодородия используют реку Иордан, разливающуюся по равнинам и, по временам, разделяющуюся [на рукава]. 8. Для всей той области, скверно пользовавшейся благами, изобилие богатств стало причиной всех зол. От изобилия проистекла нега, из неги родились сладострастия, настолько гнусные, что мужчины творили постыдство в отношении мужчин, не разбирая при этом ни места, ни времени. 9. И вот, Бог, полный гнева, обрушил на ту землю огонь и серу, и всю область, сожженную вместе с жителями и городами, свидетельницу Своего будущего суда, Он осудил на вечную гибель, 10. так что, хотя и теперь та область существует, однако она представляет собой пепелище, а центральную долину, которую орошал Иордан, теперь покрывает море. 11.
И вот, [человеческое] исступление настолько усилилось из оснований, казалось бы, незначительных для божественного негодования, что из-за того, что те люди, скверно пользуясь благами, превратили плоды милосердия в пищу страстей, также сама земля, которая имела те города, сначала выжженная огнем, а потом затопленная водами, пропала от взоров людей, осужденная навек.
6. 1. И вот теперь, если угодно, те, кто плевки, какие только могут, изрыгают на Христа, Которого мы выставляем Судьей веков, между Содомом и Римом различают случаи и сближают страдания, к которым мне не следует вновь обращаться прежде всего потому, что они всем известны. 2. И все же с какой бы охотой я принял бы их мнения, если бы они честно признавали то, что думают, 3. впрочем, я полагаю, что не следовало бы столь тягостно воспринимать все то, что немногие, да и то по углам, не нашептывали бы о христианских временах, при том, [175] что мысль и речь всего римского народа были уже известны благодаря согласному голосу и единому мнению; 4. несомненнейшим же образом было засвидетельствовано, что в результате какой-то ничтожной и незначительной превратности в короткое время он до такой степени пришел в недоумение по поводу обычного своего удовольствия, что открыто восклицал: "Если бы был возвращен обратно цирк, ничего бы с нами не случилось", то есть, ничего бы мечи готов не совершили в отношении Рима, если бы римлянам дозволялось бы смотреть цирковые игры. 5. Разве только, как это происходит у большинства, особенно в это время, [людей], которые после продолжительного покоя даже незначительное возникшее беспокойство считают невыносимой тягостью, они те предостережения, мягчайшие из всех, которые всех когда-либо касаются, ставят выше других, когда-либо виденных и слышанных. 6.
Я, по крайней мере, напоминаю им о том самом конце содомитов и гоморрцев, чтобы они могли знать и даже понимать, как Бог пожелал покарать грешников, как мог бы покарать, как намерен наказывать впредь.
7. 1. За 1070 лет до основания Города телкисы 245и карсаты 246 вели упорную войну против Форонея, 247 [176] царя аргивян, 248 а также против паррасиев, 249 надеясь на двойной успех, но так и не обрели победу. 2. Те же самые телкисы чуть позже, 250 когда война уже была проиграна, изгнанные из родины и неведающие действительности, надеясь полностью порвать связь с местообитанием всего человечества, захватили без особой крови остров Родос, который прежде назывался Оффиусса.
3. За 1040 лет до основания Города в Ахайе случился ужасный потоп, страшно опустошивший почти всю провинцию; поскольку это наводнение произошло во времена Огига, 251 основателя и царя Элевсины, 252 то месту и времени было дано его имя.
8. 1. За 1008 лет до основания Города был у египтян сначала необыкновенный, рождающий высокомерие урожаи, а потом наступил долгий, невыносимый голод, 253 от [177] которого помог избавиться благодаря божественному предвидению Иосиф, муж праведный и мудрый, о чем сообщают историк Помпеи 254 и вкратце изложивший его "Историю" Юстин, 255 который среди прочего так говорит: 2. "Самый младший по возрасту из братьев был Иосиф; братья, страшась его удивительных дарований, продали его, схваченного, чужеземным торговцам, 3. которыми он был увезен в Египет; когда он овладел там благодаря замечательному таланту магическими искусствами, он полюбился даже самому царю. Ведь он и в чудесных явлениях был проницательнейшим, и первым основал толкование сновидений; и ничего не казалось ему неведомым ни в божественном, ни в человеческом законе, 4. причем настолько, что, предвидя за много лет грядущее неплодородие [178] земли, он собирал запасы плодов; поступки же его были таковы, что казались совершаемыми не по человеческому, но по божественному наитию. 5. Сыном Иосифа был Моисей, который был наделен не только наследством отеческой мудрости, но и красотой облика. Однако египтяне, когда они подверглись парше и сыпи, вооруженные ответом оракула, дабы зараза не распространилась на большинство из них, изгнали его вместе с больными за пределы Египта". Это рассказ Юстина. 256