Страница 49 из 316
Книгорезки рябые - тем, у которых седины пробиваются; красные - красавицам, прочие кавалерам - блондину и брюнету.
Товарищи наши отходят, придет и за нами череда. А пока мы будем молиться о них, а они помолятся о нас. Преосв. Алексей совсем было оправился; но простудился, ездивши в синод, контору.
Глаз мой преуспевает. Еще видит свечу, наприм., так, как она видится в самом густом пару. Ему определен конец; но нет боли. Засаривается хрусталик.
Спасайтесь! Прошу молитв.
Ваш богомолец Е. Феофан. 15 марта 1880 года.
235. Посылая книжки, уведомляет о плохом состоянии правого глаза
Милость Божия буди с вами! Достопочтеннейший отец протоиерей!
Сколько уже раз собирался послать вам книжки. Насилу собрал. Прошу принять.
Глаз почти закрылся; но все еще не отказывается от своего дела, но делает его очень неумело, только левому глазу мешает. Если все так будет, то можно и не писать элегии на потерю глаза. Желаю вам всего доброго.
Ваш богомолец Е. Феофан. 13 июня 1880 г.
236. Тоже, при посылке подарков своего рукоделия
Милость Божия буди с вами! Достопочтеннейший отец протоиерей!
С праздниками прошедшими и наступившим новым годом поздравляю.
Виноват, что долго не отвечал. Леность обуяла. А тут пришла охота сработать что-нибудь.
Из работ - все точенье - маленький подсвечник тому, кто должен больше всех молиться; солонка кормилице - матушке; свеча неугасимая (скрывающая игольник) и открытый игольник красавицам, которых долг работать без просыпу. Кавалерам ничего не придумал сработать. Вложу две небольшие книгорезки.
Глаз мой - вот эту страницу исписанную видит почти белою. А левый пока в порядке.
Книжек новеньких нет. Может быть к посту будут.
Прошу ваших молитв. Кажется, силы уже слабеют, а много бы еще надо написать.
Благослови Господи всех вас.
Ваш богомолец Е. Феофан. 17 января 1881 г.
237. Уведомление о здоровье и о текущих делах
Милость Божия буди с вами! Достопочтеннейший отец протоиерей!
С благополучною поездкою в Москву поздравляю. Не скрою однако ж сожаления о том, что матушке не удалось поговорить с тамошними врачами. Да подаст ей Господь облегчение и утешение в ее болезни.
Благодарю вас и всех ваших за добрую память, свидетельницу о добром ко мне расположении, не заслуженном. Я здоров, и глаза мои преуспевают на горшее. Как один из них еще работает, то и не вижу большого понуждения докучать докторам, и отложил это до того времени, когда и второй глаз помутится порядком. Слышу, что в этой болезни перезренье не уместно.
Посылаю вам брошюру и книгу. То и другое афонское издание. Слова - старые. Но некоторых нет в книге, что у вас.
Я точно очень занят. Но из этих занятий едва ли выйдет что-либо.
Между сим идет тихоходно и сборник Добротолюбие 2 т. Уж на кончике.
Дел то бы и много предлежало, да кабы не леность. Вы хвалитесь своею леностью. Куда вам за мною гнаться? Если по этой части меня поставить в первый разряд; то вам придется попасть разве в 25-й и то к кончику.
Всем вам всякого добра желаю. Спасайтесь!
Ваш богомолец Е. Феофан. 1 октября 1881 года.
238. Ревность Святителя о противодействии молоканам и просьба о доставлении изложения молоканского учения
Письмо к **
Милость Божия буди с вами, Достопочтениейший отец протоиерей!
Докучаю вам покорнейшею просьбою. Дело такое.
В Епарх. Тамбов. Ведом. в 84 г. с №15 начаты ответы на письменное изложение учения молокан села Рыбного, - продолжены в 85 г., но так лениво, что дано всего 4 ответа. В 86 г. не дано ни одного ответа.
Скоро или не скоро пишутся ответы, это уж дело отвечающих, но мне желательно знать:
1) Как сделалось, что молокане дали письменное изложение, ибо в Ведом. начаты ответы без всякого предисловия.
2) Не можете ли вы достать сие письменное изложение во всей его полноте?
Верно оно есть у отвечающих. И если вы знаете, кто сии, то вам не трудно, думаю, достать их. Господа ради достаньте и поскорее пришлите.
Нужда некая заставила меня просмотреть молоканство вдоль и поперек, т.е. его историю и учение. История не совсем важное дело, а учение очень важное. Между тем, пункты их учения, как следует, нигде не изложены. Пишутся только мысли, и большею частью своим, а не молоканским словом.
Книжка, Пр. Арсением составленная, дает, может быть, все пункты, но не подробно.
Учение Уклеина изложено в истории молоканства в Правосл. Собеседнике; но то изложение уже теперь не во всех пунктах применимо к молоканам: иное изменилось.
Помещаемые в Ведомостях известия о молоканстве в разных селах сказывают только - того, и того, и того, не принимают. Очень голословно.
Вот мне и дорого кажется изложение молокан рыбинских, хоть оно, может быть, не всеобще в некоторых пунктах.
Господа ради достаньте, и то узнайте, по какому поводу дано это изложение молоканами. Превеликое будет одолжение.
Полные мои примите благожелания - и вам, и деткам вашим, и делам вашим, и всему городу вашему. Благослови вас, Господи!
Ваш доброхот Е. Феофан. 31 января 1887 г.
239. Благодарность за хлопоты для монахов. Укор обвиняющему монахов в тунеядстве. Сон о преосвященном Игнатии и о спиритах
Милость Божия буди с вами!
Воротились наконец монахи. Слава Богу, слава Богу! Вот и враг ничего не сделал, когда Бог покрывает. Премного вам благодарен и особенно N.N., хлопотавшему. Спаси его Царица Небесная. Будет монах теперь молиться о нем по гроб; хоть и волк монах. Но монах волк особого покроя и особой цены.
Присланное вами все получил. Премного благодарю. Спаси Господи! И сулик и полотенце уже были в деле в неделю православия.
Кому что выточить, с удовольствием приготовлю. Выбор N.N. мудреный. Как угадать ручку? Ведь, она приноравливается к печати. Сделаю однако ж. Пусть сам прилаживает. Терпужком можно подточить.
И пост! Слава Богу! Скоро чай таять станет и ходить вам трудно. Дома сидите и молитесь. Поклонами отделываться можно.
У нас уж теперь разливанная. Завывают монахи. Кстати. Токарев говорит: тунеядцы. Возразить ему надо, что ядцы слово не идет. Надо другое какое. Потому что целую неделю у нас - столовую заперли, в кухне огонь залили, и только и знают, что дон-дон... Где тут ядцы? Так и последняя неделя. Да и весь пост не разъешься. Капуста, да редька и подобное. Этакий сумасшедший нигилист-фанатик. Вразуми его, Господи.
Сон о Преосвящ. Игнатии - мудреный. Что Преосвящ. угодил Богу, в этом нет сомнения. Но сон то сей от Бога ли? Лукавый может привиться сюда. Особенно то сомнительно, что советует сочинения свои читать; а там ложь есть. Спириты письмо от него пустили в ход. И это недобре. У спиритов бесенята действуют. Не даром рекомендуют они писания сии. Но чтобы смерть скоро для видевшей, не следует, ибо прибавлено: тысяча лет. Готовься умирать: это ко всякому идет.
Всем вашим поклон и благословение. Всех вам благ от Господа желаю. Молите Бога о мне грешном.
Ваш богомолец Еп. Феофан. 22 февраля.
240. Общее наставление о должном монастырском житии и разъяснение об умной молитве и умном делании
К Саровскому послушнику Феодору
К Саровскому послушнику Александру.
Будь чадом церкви искренним и содержи все содержимое ею.
Будь чист и непорочен в жизни, и не допускай, чтоб совесть обличала тебя в чем либо, большом или малом; коль же скоро погрешишь в чем, очищай себя покаянием.
Монастырские порядки все исполняй добросовестно, почитая всякое дело, которое предлежит тебе делать по сим порядкам, как бы лично тебе посланным от Самого Бога, и труд дел монастырских посвящай Господу, как бы Он Сам стоял пред тобою и смотрел на тебя.
Все сие составит твою деятельную жизнь. Если все указанное будешь исполнять, как должно, то жизнь твоя никак не может остаться одною внешнею, но всегда будет и внутреннею; внутреннее будет проникать внешнее; но возможно, что внутреннего при сем не будет, и жизнь твоя останется бездушною. Как избежать сего? Надо во всякое дело влагать сердце, и сердце богобоязненное. Чтобы сердце было в состоянии богобоязненности, надобно, чтобы его непрестанно осеняло помышление о Боге. Помышление о Боге будет дверь, чрез которую входить будет душа в деятельную жизнь. Весь труд теперь должен быть обращен на то, чтобы непрестанно помышлять о Боге, или в присутствии Божием. (Взыщите Бога... Взыщите лицо Его выну). Вот где стоит трезвение и умная молитва. Бог везде есть: делай, чтобы и мысль твоя всюду была с Богом. Как же сделать? Мысли толкутся как комары в своих столбиках, а над мыслями и чувства сердца. Чтобы прилепить мысль к единому, старцы имели обычай навыкать непрерывному произношению коротенькой молитовки, от навыка и частого повторения молитовка эта так навязывалась на язык, что он сам собою повторял ее. Чрез это и мысль прилеплялась к молитве, а чрез нее и к помышлению о Боге, непрестанному. После навыка молитва связывала память о Боге, а память о Боге молитву; и они взаимно себя поддерживали. Вот и хождение пред Богом.