По благословению

Один из главных секретов успеха в воспитании был прост, и мы уже упоминали о нем: отец и мать принимали своих четырех столь непохожих друг на друга дочерей такими, какими их сотворил Бог, не пытаясь «уравнять» детей или в чем-то переломить их нравы. Все в юных царевнах воспринималось родителями как данное, начиная... с пола. Да, именно так, потому что горячее желание иметь сына у их величеств было связано прежде всего с проблемами престолонаследия. Но императрица Александра Феодоровна даже в том, что определяется единственно Богом, оказалась «виноватой» перед родственниками своего царственного супруга! Иные из Романовых не понимали, что их ропот против ни в чем не повинной царицы, у которой поначалу рождались одни дочери, был направлен в первую очередь против Господа Бога, Который Сам определил, кто должен послужить Ему в святом семействе. Но самое главное лицо, заинтересованное в наследнике, — император Николай никогда не переставал быть чутким и любящим супругом. «Когда три девочки родились одна за другой, молва упрекала в этом государыню. Государь, естественно, тоже мечтал о наследнике, но он никогда этого не показывал» (С. К. Бухсгевден).

Можно представить себе, с каким трепетом и надеждой ждали царь и царица сына, особенно мечтая о нем во время третьей и тем более четвертой беременности государыни. «При рождении четвертой дочери, великой княжны Анастасии, по рассказам графа Бенкендорфа, когда государю сообщили о рождении девочки, он долго гулял в одиночестве и был грустным. Но, вернувшись, он совсем переменился, с улыбкой вошел в комнату императрицы и поцеловал новорожденного ребенка (С. К Бухсгевден)».

Да, о неприятии пола не могло быть и речи — и это в семье, где просто необходим был мальчик, наследник. Что же сказать о некоторых родителях, которые подспудно, а иногда и явно отвергают новорожденного малыша, если ему не посчастливилось родиться того пола, о котором мечтали взрослые?! Некоторые из-за этого начинают иногда воспитывать мальчика как девочку, а девочку — как мальчика.

Подруга всех четырех великих княжон Юлия Ден — Лили, как называли ее вслед за матерью царевны, также свидетельствует, что ее величество страстно желала сына и появление на свет четырех дочерей было для нее в известной степени разочарованием. Однако государыня любила своих дочек, они были ее друзьями, преданными помощницами, а простое, но довольно строгое воспитание отнюдь не превращало их в золушек.

Воспитание дочерей в царской семье действительно было строгим, поскольку так была воспитана сама Александра Феодоровна, да и государя Николая в детстве не баловал отец — император Александр III. Царевны спали на походных кроватях, мало покрытые, каждое утро принимали холодную ванну. Государыня, сама очень скромная в одежде, в выборе причесок, не позволяла и дочерям много наряжаться. Великая княжна Ольга Николаевна полностью восприняла это отношение к роскоши и, по воспоминаниям, одевалась очень скромно, постоянно одергивая в этом отношении других сестер.

Мы знаем, что каждый рубль, сэкономленный на каком-нибудь роскошном платье, шел на благотворительность. Может быть, Александра Феодоровна, будь она обычной матерью, и побаловала бы дочерей, но она чувствовала постоянную ответственность за своих подданных: когда началась Первая мировая война, новые платья вообще перестали шиться. Великим княжнам приходилось самим аккуратно чинить свою одежду. Получилось точь-в-точь по апостолу Павлу: не плетением волос украшались царские дочери, но добрым и смиренным нравом.

Кажется, царевны в силу своего особого положения должны были получить какое-то необычное воспитание. Однако умная и строгая мать воспитывала прежде всего будущих женщин, христианок и просто достойных людей, но ни в коем случае не изнеженных принцесс, недоступных простым смертным. Все вспоминают о том, что дочери царя, кроме, пожалуй, Татьяны Николаевны, мало думали о своем высоком положении, да и Татьяну обязывала к этому лишь ее высокая общественная активность.

Еще раз обратим внимание на то, что государыня занималась детьми сама — ведь постоянный контакт с матерью особенно важен для девочек По воспоминаниям Софи Бухсгевден, императрица в самом деле воспитывала дочерей сама, и делала это прекрасно. Она проявляла свой авторитет только при необходимости, и это не нарушало той атмосферы абсолютного доверия, которая царила между нею и дочерьми. Александра Феодоровна понимала жизнерадостность юности и никогда не сдерживала девочек, если они шалили и смеялись.

По словам Жильяра, обстоятельства рано приучили всех четырех сестер довольствоваться самими собой и своей природной веселостью: «Как мало молодых девушек без ропота удовольствовались бы таким образом жизни, лишенным всяких внешних развлечений. Единственную отраду его представляла прелесть тесной семейной жизни, вызывающей в наши дни такое пренебрежение». Девушки чувствовали разобщенность с окружающими, но при этом были всегда веселы, жизнерадостны, неизменно добры и приветливы ко всем. «Все они, не исключая и Татьяны Николаевны, были очень милыми, симпатичными, простыми, чистыми, невинными девушками; они в своих помыслах были куда чище очень многих современных девиц и гимназисток, даже младших классов гимназии» (полковник Кобылинский).

Что побуждало царственную чету фактически изолировать дочерей от света? Дело не только в том, что болезнь наследника вынуждала семью ограничить внешнее общение. Государыня знала так называемый свет, естественно, не понаслышке, больше всех страдая от клеветы, наблюдая развращенность нравов и торжество гордыни. Зная, что дворцовое окружение будет тлетворно влиять на юных девушек, Александра Феодоровна резко ограничивала их общение с придворной знатью, заслужив еще больше упреков и оскорблений этой знати. Ольге Николаевне лишь один раз довелось танцевать на взрослом балу. Танеева писала: «Императрица боялась дурного влияния светских барышень и даже не любила, когда ее дети виделись с двоюродной сестрой — Ириной Александровной. Впрочем, они не страдали от скуки; когда они выросли, они постоянно увлекались и мечтали то о том, то о другом. Летом они играли в теннис, гуляли, гребли с офицерами яхты или охраны. Эти детские наивные увлечения забавляли родителей, которые постоянно подтрунивали над ними. Великая княгиня Ольга Александровна (сестра императора. — М. К) устраивала для них собрания молодежи. Иногда и у нее пили чай со своими друзьями. Портнихой была у них M-m Brisac; одевались они просто, но со вкусом, летом — почти всегда в белом. Золотых вещей у них было немного. В двенадцать лет они получали первый золотой браслет, который никогда не снимали».

Родители считали своей наиважнейшей задачей хранение целомудрия дочерей. Судя по переписке с матерью, и Ольга, и Татьяна были увлечены кем-то, особенно Ольга. Со стороны Александры Феодоровны они встретили сочувствие и мудрое понимание женщины, достаточно много прожившей на свете. Государыня, зная, что ее дочери слишком молоды, что для великих княжон в силу их особого положения выбор друга сердца достаточно затруднителен, мягко наставляла дочерей учиться управлять своими сердечными желаниями. Резкость по отношению к детям вообще не была ей свойственна, тем более в таких предметах, где необходимо проявлять особенную чуткость.

Не было и речи в этой воистину православной семье о каких-то странных принципах воспитания дочерей, которые почему-то пропагандируются в некоторых современных православных брошюрах, — например, что девочкам нельзя преподавать иностранные языки, да и лучше бы им вообще поменьше учиться, а заниматься только домашним хозяйством. Некоторые не в меру ревностные в благочестии родители не разрешают дочерям заниматься физическими упражнениями. А дочери императора Николая учились, изучали иностранные языки, играли в теннис и ездили верхом. При этом не представляли себе жизни без Церкви. И не было в их образе жизни ни малейшего намека на эмансипацию.

А ведь женский вопрос был весьма актуален в дореволюционной России. Он же породил встречный вопрос в православной среде: как воспитывать девочку? Протоиерей Димитрий Соколов в книге «Назначение женщины по учению слова Божия» писал: «Естественно встает вопрос: должно ли готовить ее (девицу. — М. К.) к общечеловеческому назначению или к частному — к супружеству? Все писавшие о воспитании девиц не соглашаются между собой в этом отношении. На этот вопрос мы отвечаем на основании Священного Писания, что подготовка к тому или другому назначению, взятая отдельно, не достигает цели. Нет сомнения, что девица должна быть подготовлена к общечеловеческому назначению, которое состоит в прославлении и исполнении дел Бога, сотворившего человека по образу Своему. Но независимо от главного назначения, какое женщина разделяет с мужчиной, она имеет еще назначение частное, как помощница мужа, — назначение, к которому и должна быть подготовлена. Только и эта подготовка к частному назначению не должна быть исключительной: не всякая женщина бывает призвана к супружеству, а потому воспитание, данное единственно в этом виде, не достигло бы своей цели».