Страница 84 из 122
Цель подвижничества
Восстание плоти бывает от нерадения о молитве, воздержании и добром безмолвии. Страсть блудная восстает в человеке от многоядения, от многого сна, от превозношения и величания, когда думает кто о себе, что он лучше других, что благоговейно служит Богу, что проводит целомудренную жизнь, когда осуждает других и считает их грешными. Как гееннского огня надо бояться сладострастных влечений к кому бы то ни было. Необходимо убегать и не говорить с теми, к кому ощущаешь страсть, а также бояться каких-либо и собственных страстных услаждений. Всякую мысль о сем гнать от себя в самом ее начале как порождение диавольское, как смертоносный змеиный яд, который, разливаясь по всем составам человеческого тела, умерщвляет и тело и душу. Кто не удерживается от этого греха, гибель того неизбежна. Блудная страсть более всего убивает в человеке страх Божий и делает безбожником. Склонные к сладострастному греху бывают сострадательны, ласковы и скоры на слезы, но все это действие бесовское, чтобы обманом чувств глубже утопить несчастных. Также враг внушает им излишнее упование на милосердие Божие. Господь действительно милосерд, но и правосуден. У человека нечистого и страстного и вещи его заражены страстями; не прикасайся к ним, не употребляй их.
Невольно вовлекаемый в грех сладострастия должен знать о себе, что им обладает другой, предшествовавший грех, которому он добровольно служит, и чрез него он впадает и в другие грехи, в какие бы не хотел впадать. Следует удаляться от предмета соблазна, ибо чего не видит глаз, то не приходит на мысль, а чего нет в мысли, то не трогает воображения и не возбуждает страсти. Плотская любовь, пьянство, ревность и бес - равны между собой. К кому пришли сии, у того погублены ум и сердце. Над умерщвлением нечистой похоти надо потрудиться, ибо она имеет свою основу в естестве человека, потому и живуча очень. Пост сильный, власяница, всенощное стояние, жажда палящая, а паче всего смирение и отец духовный - скорый помощник, которому должно открывать дела и помыслы, ибо почитаю за чудо, чтобы кто-нибудь мог один, сам собою спасти корабль свой от сей пучины,- вот главное в противоборстве с этой страстью! Нужно чаще повторять слова ирмоса 8-го гласа: «Вскую мя отринул еси от лица Твоего, Свете незаходимый, и покрыла мя есть чуждая тьма окаянного, но обрати мя и к свету заповедей Твоих, пути моя направи молюся». Погашение страстных помышлений и движений, до совершенного их исчезновения, и есть цель подвижничества. Движения и увлечения плотские, как уже прошедшие, слегка вспоминайте вообще, без подробностей, только для того, чтобы смирять свой помысл, а то они тотчас оживут.
На человека смотри как на ангела. Прочитайте житие прп. Марии Египетской, прп. Мартиниана, Иоанна Многострадального, Моисея Угрина, Моисея Шурина, сщмч. Философа, мц. Фомаиды, за целомудрие пострадавшей, и призывайте их на помощь в молитвах ваших. Чего стоило святым Божиим побороть эту греховную склонность?! Но чем труднее борьба, чем выше подвиг, тем ближе к человеку всемогущая благодать Божия. Вот что рассказывает о себе семидесятилетний старец-подвижник прп. Пахомий в утешение брату, боримому похотью блудной: «Ты видишь, что я уже стар и хил, сорок лет я прожил в одной этой келлии, но и в самой старости не совсем еще оставил меня демон; а в твои годы мысли и страсти, подобные твоим, до того меня обуревали, до того обессиливали, что я приходил в отчаяние. Даже думал, что Бог меня совсем оставил. В течение 10 лет страдал я так днем и ночью. При всем том я лучше решился умереть, чем растлить чистоту моего девства. Дело до того доходило, что раз я бросился из келлии и убежал в самую глушь пустыни. Там мне попалась пещера. Я спустился в нее в надежде найти диких зверей, которые бы разорвали меня и тем прекратили мои страдания. Я не обманулся. Пещера была занята зверями.
Я бросился на них, дразнил, сердил их, стараясь привести их в ярость и бешенство, но они, вместо того чтобы разорвать меня, валялись при ногах моих, играли, как ягнята, облизывали мои руки и ноги, наконец удалились из пещеры. Это меня удивило. «Верно,- подумал я,- Бог помнит и хранит меня!» Мне сделалось тогда же легко: страсти утихли, и я весело возвратился в свою келлию. Я был спокоен, мысль моя была невозмутима, страсти спали, но демон не дремал. Немного прошло времени, как брань упорнее прежней возникла на меня от демона в движениях моей собственной плоти. Он пустился на хитрости и, видя, что я не сдаюсь на влечение мысли, предстал предо мной в виде девицы, которую знал я и с которой был во взаимности чувств во дни моей беспечной юности, без всякой, впрочем, преступной связи с ней. Это видение, признаюсь, меня очаровало, минувшее воскресло предо мной; я совершенно растерялся, сам был не свой и близок был к падению… Едва мог я наконец прийти в себя, хотел вырваться от искусительницы, но она прильнула ко мне… В досаде я замахнулся и так ударил ее по щеке, что она как дым исчезла предо мною. Не поверишь, от руки, которой нанес я демону пощечину, такой гадкий, такой мерзкий происходил запах, что я в течение двух лет не мог его заглушить. Но и этим не отделался я от демона.
Он снова довел меня до того, что я, как помешанный, бросился в пустыню и искал дикого зверя, чтобы идти к нему навстречу и сделаться жертвою лютости его. Долго бродил я по пустыне; нестерпимый жар солнца палил меня. Случайно наткнулся я на аспида (змея), схватил его, положил на мое тело в чаянии его угрызения и ждал последних минут жизни. Но и здесь совершилось чудо благодати! Аспид издох прежде, нежели успел повредить или уязвить меня. Это поразило меня до крайности, и я с чувством благодарности заплакал пред Богом, так дивно сохранившим меня от язвительных, самых ядовитых Его творений. Тогда-то послышался мне таинственный голос свыше: «Мир тебе, Пахомий! Мужайся и крепись -Я с тобой! Ты был силен в подвигах, если бы не оставить тебя на борьбу с плотскими страстьми, ты мог бы погубить себя гордостью, которая ненавистна Мне. Твое смирение, твои слезы и страдальческий подвиг привлекли на тебя благодать Мою - Я с тобой!» Действительно, с той поры я спокоен и не чувствую уже в плоти моей действия прежних дурных страстей, но демон все-таки не спит в некоторых случаях, да без этого нельзя и обойтись истинному подвижнику, т. е. без демонских, в большей или меньшей мере, искушений…» Вот как боролись с своими похотениями святые подвижники! Боролись и, при помощи благодати Христовой, побеждали! У кого же, как не у них, учиться и нам сей великой науке - побеждать страсти свои?!
Когда стужают тебя блудные помыслы, говорит прп. Нил Сорский. тогда наиболее ограждай себя страхом Божиим и напоминай себе, что от Бога ничего нельзя утаить, даже самого сокровенного помышления, что Он есть Судия и истязатель всех тайн сердечных. Помни, что истинно целомудрен тот, кто чист бывает от скверны помыслов,- вот что пред Богом многоценно и вселюбезно! А кто предается нечистым помыслам, тот любодействует в сердце своем, как сказали свв. отцы. Таковый от помыслов легко доходит до дела. А как тяжек грех блудный, сие видно уже из того, что никакой другой грех у святых отцов не называется падением, кроме сего греха. И то потому, что впавший в сей грех лишается дерзновения пред Богом и сильно влечется к отчаянию. Наблюдай за главой змия - гони от себя прочь самые первые блудные помыслы, и гони их прежде всего прилежнее сердечною молитвою. Полезно в этом случае призывать на помощь тех святых, которые подвизались особенно за целомудрие и чистоту. Чаще вспоминай то, что говорил Лествичник от лица плоти нашей. «Если познаешь,- говорит она,- глубокую твою и мою немощь, то тем свяжешь мне руки. Если гортань умучишь постом и воздержанием, то свяжешь мне ноги; если отречешься от своей воли в деле спасения, то освободишься от меня; а если приобретешь смирение, то отсечешь мне голову».
Трезвение духовное
Всякую страсть побеждай силою Христовою немедленно, как только зародилась она! Исцелить, изгнать совершенно мы ее не можем сразу, но можем все время загонять ее «на дно», чтобы там страсть умирала под действием вод благодати, а душа наша всегда была бы мирная, кристальная, любящая, благожелательная, бодрственная, духовно-трезвенная. Если на какой-либо стороне души намечается или происходит «прорыв» - сейчас же все внимание сердца надо обращать туда и усилием («Царствие Божие берется усилием»,- сказал Спаситель, указывая именно это Царствие Божие, которое на земле приобретается или теряется внутри человека), то есть молитвенной борьбой, надо восстановить мир сердца, души. Это есть трезвение духовное. Для духовно трезвого человека враг не страшен. «Се даю вам власть наступать на змий, и на скорпионов, и на всю силу вражию, и ничто не повредит вам» (Лк. 10, 19). Враг страшен и опасен лишь для сонливого, ленивого, расслабленного душой. Такого человека никакая праведность не может спасти. Можно сделать множество подвигов на войне, но если все они закончатся изменой - ничего они не будут значить. «Претерпевый до конца, тот спасен будет».