Страница 29 из 33
Так поступали и святые в экономиях, так и великий Кирилл в настоящем случае. Он немного снисходил к медлительности восточных в рассуждениях и к их склонности не признавать еретиком того, кто на самом деле еретик. Ибо как иначе мог бы он поступить, когда они исповедовали православную веру и этим самым анафематствовали того, кто был ими поминаем? Ибо каждый, православный во всем, своей деятельностью, если не словом, анафематствует всякого еретика. А потом, когда у них пробудился совершенный ум, тогда святой, может быть, во всем был согласен с ними.
Разве не то же самое и мы делаем явно? Случается, что некоторые единодушные с нами, отличаются от нас в чем-нибудь таком, от чего не много вреда или отступления от точности. Однако, мы имеем общение с ними, чтобы из-за малого, что спустя немного времени может быть исправлено, нам не потерять всего; это было бы свойственно людям неопытным, а не строителям Тайн Божиих.
Таково временное приспособление к словам и нравам в суде, истине и законе, а отнюдь не в беззаконии и лжи. Пусть же прелюбодеи не злоупотребляют здесь выражениями, пусть не называют руководителем того, кто сбрасывает в пропасть, и кормчим того, кто топит, и врачом того, кто причиняет болезни, которому они сами уподобились, будучи вместе с прелюбодеем, сочетав прелюбодеев вместе с сочетавшим их, клеветав на Бога вместе с клеветавшим на Бога, нарушив Евангелие вместе с нарушившим Евангелие, по-собачьи (так можно выразиться точнее). Диоскора же, александрийского еретика, где и каким образом принимал божественный Кирилл, как говорят прелюбодеи, пребывающие во мраке возле света и клевещущие на святых? Это неслыханно, и их ложь неправдоподобна, ибо он жил позднее божественного Кирилла. Как же того, кто оказался еретиком после кончине святого во время разбойничьего собора в Ефесе, после третьего святого Собора, сам святой принимал, будучи уже выше мира? Так они лгут, сочиняя басни, чтобы уловить души простых людей.
Поэтому будьте искусны и сведущи во всем, чтобы вам избежать змея и говорящих змеиным голосом, от которых погибли очень многие из рода в род.
О других вопросах. Если епископ не находился на прелюбодейном соборе и называет его лжесборищем, но поминает бывшего на нем своего митрополита, то следует ли иметь общение с пресвитером такого православного епископа? На это я отвечал в другом письме к Еводию, что следует по экономии, если только он не служил вместе с еретиками. Ибо когда епископ, который поминается, православен, то ничего не значит, если он поминает своего митрополита-еретика из страха перед ним. Когда такой пресвитер приглашает на всенощную, нужно идти, и когда он предоставляет церковь, надо принимать, и когда сам входит в нее отслужить, надо позволять, или - чтобы помянуть покойника (только православного), надо дозволить, и когда берется служить в ней, не надо препятствовать. Если же он поминает епископа-еретика, то, хотя бы он ублажал, хотя бы сам мыслил православно, нужно воздерживаться от Божественного приобщения вместе с ним и от общей трапезы, если при этом надлежит помянуть того. Можно принимать его в общение при благословении и псалмопении только в том случае, если он не совершает священнослужения с еретиком, - своим ли епископом, или каким-либо другим, или не имеет с ним общения сознательно.
Если кто вкушает пищу вместе с сочетавшим прелюбодеев или с другим еретиком, безразлично, то не надо принимать пищи вместе с таковыми, хотя бы они и притворялись православными. Ибо они не соблюдают заповеди апостола, повелевающего с таковыми даже и не есть (1Кор.5:11). Далее, не нужно исследовать или узнавать, не пиршествовал ли он с тем, кто пиршествовал вместе с еретиком, а тот с другим, и таким образом уводить речь с прямого пути и уклоняться от всех. Это дело произвольное, а не святых. Ибо сказано: доселе дойдешь и не перейдешь (Иов.38:11). Разве они не могли исследовать этого и передать нам? Но нет. Поэтому не хорошо преступать пределы, которые положили отцы наши (Прит.22:28). А с кем мы не вкушаем пищи, от того не нужно и принимать дара, если он, получив внушение раз и два, не обращает внимания и не слушается нас. Не знаю, следует ли от стражей принимать подаваемое - не как благословение, но как потребность, если только ввиду экономии. И от других, только бы они избегали того, чтобы безразлично пиршествовать вместе с еретиками, если случится какая-нибудь необходимость, не знаю, не следует ли также и принимать, и вкушать пищу вместе с ними. А давать таким стражам пищу и питье нужно без сомнения, потому что всякому человеку нужно подавать.
А чтобы наш пресвитер служил в церкви господина Григоры, нашего сына, не смею сказать, потому что она открыта после прелюбодейного собора и освящена первым из прелюбодеев, служащим и служившим вместе с сочетавшим таковых.
Примечания
1. Написано в 809 г.
Послание 50. К нему же
Ты, возлюбленный сын, горишь желанием спрашивать и узнавать о полезном, и это - похвальное дело, но я не в состоянии разрешить твоего недоумения. Впрочем, для общей пользы сделаю, что смогу. Ты спрашиваешь о второбрачных. Есть относительно них сомнение: следует ли венчать их так, как первобрачных, или нет? И если принять последнее, каковым может быть их бракосочетание, когда они не будут сочетаться священником? Носится молва, что обычай венчания второбрачных получил силу со времен нечестивого Константина [1], в связи с его третьим браком, ибо прежде него этого не было. Я не отвергаю достоверности этой молвы, но любителям истины должно заимствовать суждение о предметах не из молвы или обычая человеческого, но из самого Богодухновенного Писания и из отеческого и канонического предания. Известно, что второй брак позволен святым апостолом и через него - Христом, но это не закон, как говорит святой Григорий Богослов, а позволение [2]. Позволение же может быть дано не относительно того, что безукоризненно и безгрешно, - ибо иначе зачем оно было бы нужно - но относительно некоего падения и предосудительного поступка. Это выразил и божественный апостол, сказав: если не могут удержаться, пусть вступают в брак (1Кор.7:9). А невоздержание, потерявшее силу мужества, сродни падению и прегрешению.
Руководствуясь этим, божественные Отцы подвергли второбрачных епитимьи, например, Отцы Лаодикийского собора - неопределенно сказали: "По непродолжительном времени и упражнении в молитвах и посте, мы определили даровать им общение по снисхождению" [3].
Святой Василий Великий говорит определенно: "О троебрачных и многобрачных Отцы постановили то же правило, что и о второбрачных; ибо второбрачным назначили епитимью на год, а иные на два года" [4]. Таким образом, из сказанного видно, что второй брак подвергался епитимьи как падение. Поэтому и Святые Отцы Неокесарийского собора запретили пресвитеру пиршествовать на свадьбе второбрачного [5]. Если, говорят они, второбрачный имеет нужду в покаянии, то как пресвитер станет сочувствовать этому браку, участвуя в пиршестве на нем?
Что же необходимо следует из этого? То, что первый брак, как собственно законный, справедливо венчается священниками как нескверный, чистый, свободный от блудной страсти, и поэтому увенчиваемый как победитель над грехом. Потому при нем бывает и приобщение Святыни, на нем присутствует и венчавший, и любой другой священник.
Так и Господь и Бог наш благоволил разделить трапезу на браке в Кане Галилейской, благословив Своим участием в нем всякое брачное пиршество. Также и наложение венцов Он издревле благословил, даровав их прародителю нашему Адаму. Каким образом? И сотворил Бог человека, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал: "Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею" (Быт.1:27-28). Вот благословение брачного союза, от которого произошло всякое благословение однобрачного сочетания; ибо и Адам был однобрачным. Надобно заметить, что отсюда произошло и возглашение при наложении венцов, которое напоминает о создании первого человека и сочетании с женой, произошедшей из ребра его.
А второй брак, хотя и позволен, но подлежит епитимьи.
Он и не завещан нам, а допускается тогда, когда будет исполнена какая-либо епитимья, наложенная по определению священника, после чего второбрачные могут приобщаться Божественных Даров, получая благословение через это, как бы при венчании, второстепенным образом, по снисхождению.
Ибо благословение есть дар и вместе с тем знаю сочетания от священника. И с того времени не воспрещается ему разделять пиршество с второбрачными, как и с однобрачными. Таким образом второй брак пользуется законом снисхождения, по апостолу, сознавая, что он занимает второе место после однобрачия, и не домогаясь безрассудно прав первого брака, которых уже прежде вкусил.