Страница 14 из 14
**Примечание первых списателей: святой сказал сие Феофану в лето от Рождества Христова - 1817; от сотворения же мира - 7325. Поэтому святой говорит: когда пройдет четыре двадцатипятилетия, т. е. сто лет, и наступит 7425 год, то что тогда станет с монашеской жизнию? Если же минут еще другие три двадцатипятилетия, то есть 75 лет, и наступит 7500 год, «число седьмое лет и пять», т. е. семь тысяч лет и пятьсот лет, «восходящим на полпути к восьмерым», то есть, когда достигнем половины восьмого века (тысячелетия), то там на «середине пятерых», т. е. пятого столетия, «какое смущение будет (от четвертого до пятого)?» Мы полагаем, что от четвертого до пятого, как говорит (святой), есть от 7400 до 7500, сие мы полагаем, кто может истолковать лучше, пусть да запишет здесь. (По этим подсчетам 1992 = 7500)
Глава 32: Монашество - благое дело спасения, но кто воистину спасается?
Эй, благое дело есть спасение, т. е. посвящение себя монашеству; но ты, омрачившийся земными попечениями, подвизающийся, но осуетившийся и в то же время самодовольно мнящий о себе, что спасаешься, полный забот о стяжаниях, объятый и омраченный ими, ты не ведаешь, что такое дело спасения, ходишь во тьме беззакония. Ты утешаешь себя, что идешь путем спасения, любишь богослужение, совершаешь церковные службы в точности и по уставу... Да, правду ты говоришь; но спрошу я тебя: когда читаешь ты последование (канон или акафист) твое, удерживаешь ли помысл свой, чтобы не осудить никакого человека? Удерживаешься ли от празднословия? Ибо вместе с празднословием влечешь за собой и осуждение.
Удерживаешь ли помысл свой (т. е. имеешь ли твердую решимость), чтобы не исходить наружу, т. е. мысленно и на самом деле до окончания богослужения, ибо кто оставляет богослужение и выходит наружу, бывает подобен рыбе, которая выйдет из воды; я уподобляю его Иуде, который покинул Тайную вечерю и впал в предательство. Так и человек, если выйдет от богослужения раньше окончания, впадает (в грех осуждения с празднословием).
Имеешь ли мысль оказывать милосердие любому человеку и всякому созданию Божьему, говорим: животным, - ибо и их сотворил Бог, чтобы они жили между людьми в помощь им?!
Держишь ли в мысли хранить чистоту девства твоего? Держишь ли в мысли своей очищать себя постом и воздержанием?
Держишь ли в мысли (слушаться) совета духовника твоего? Исполняешь ли то, что он говорит тебе?
Держишь ли в мысли быть милостивым, давать милостыню требующим от тебя помощи (словом или делом)?
Держишь ли в мысли, чтобы не возноситься над другим и не нанести ему какой-либо печали? Держишь ли в мысли твоей кротость, и заключаешь ли ее в смирение? Держишь ли в мысли не расстраиваться, говорим: не смущаться, что бы тебе не делали? Держишь ли в мысли не осуждать, когда тебя осуждают?
Удерживаешь ли сии пять державных чувств воли твоей: а) видеть и не глядеть; б) слышать и не внимать; в) на то, что говорят, не возражать; г) будучи соблазняемым, не соблазняться; д) будучи расстраиваемым, не расстраиваться и будучи оклеветаемым, не клеветать?
Вы скажете, что держите это (все), но ошибаетесь, ибо немного было и теперь живет таких людей в Горе сей; ими одними славится Гора сия. Горе, если исчезнут таковые! Горе тогда Горе сей! Ибо великую неблагодарность показывали вы, и великую неблагодарность покажут следующие поколения людей на Горе сей. (Неблагодарностию Царице Небесной св. Нил называет оставление монашеского подвига и предание себя суетным стяжаниям и попечениям).
Вы скажете: откуда ты знаешь об этом (т. е. что последующие роды будут таковы)? Не буду вам говорить о сем, но я знаю, каковы обретаетесь вы ныне в Уделе Богоматери, Госпожи нашей Богородицы, и каковы бывали здесь иноки тому назад семь и трижды восемьдесят (т. е. 247 лет тому, именно, около 1570 г., когда подвизался здесь прп. Нил). Сравнивая, какими мы тогда были здесь, взирая на жизнь бывших отцов и жизнь нынешних отцов, я недоумеваю о них, ибо они живут на погибель душ своих, а не на спасение*.
_______________
*Разумеются, конечно, не все афонцы, а лишь недостойные.