Посох духовный

Одоление смуты, с. 314

Евхаристия

Готовясь к великому искупительному подвигу, Господь установил величайшее таинство Евхаристии. Установил для того, чтобы люди, которые уверуют в Него, могли теснейшим образом иметь единение с Богом и получать Божественное оживотворение.

Голос вечности, с. 192

Епископ

Восточные патриархи различают три весьма важных значения епископа в Церкви: первое - Церковь без епископа не может существовать; второе - епископ есть непосредственный преемник апостольской благодати и, следовательно, он, в собственном смысле слова, всецело имеет власть вязать и решить, и только ему принадлежит церковное управление; третье - он обладает полнотою апостольской благодати, и потому епископ, в строгом смысле слова, является источником всех таинств Вселенской Церкви, или, иначе, он есть совершитель всех церковных таинств.

Пою Богу моему, с. 47

Отдели епископство от Церкви - и Церковь потеряет значение, потеряет даже свое наименование «Церковь». Равным образом если отделить Церковь от епископства, то последнее также потеряет значение, ибо само по себе не будет уже составлять Церкви и не будет получать оживотворение. Поистине, в союзе Церкви и епископства мы видим нечто таинственное и чудное, что приводит нас в благоговение и вызывает любовь, как к Церкви, так и к епископству.

Пою Богу моему, с. 48

Епископ... является в Церкви главным учителем веры и нравственности и правителем церковных дел. Ему принадлежит право учить паству с пастырями и наблюдать за чистотою церковного вероучения, являясь в данном случае хранителем животворных источников Христовой Церкви. Вокруг него концентрируется все церковное управление. На епископа возлагается очень большая обязанность - быть образцом и хранителем веры Христовой и нравственности в Церкви.

Пою Богу моему, с. 51

Епископ должен быть непорочен. Непорочен, конечно, не в том смысле, чтобы не имел никакого греха, ибо это невозможно для человека, безгрешен один только Господь, но в том смысле, чтобы епископ не имел собственно пороков, т.е. страстных навыков, влекущих человека ко греху. Это качество характеризует епископа с внутренней стороны и показывает в нем полное преобладание духа над плотью. Непорочность необходима епископу в связи с его высоким положением, занимаемым в Церкви, как служителю тайн Христовых и как руководителю вверенной ему паствы. Всякий порок прежде всего будет бросаться в глаза пасомым и подрывать авторитет епископа. Между тем епископ должен быть светильником и солью земли для верующих.

Пою Богу моему, с. 58

Епископ должен быть неусыпным стражем дома Божьего. Ему необходимо зорко следить за жизнью своей паствы - худое исправлять, а доброе насаждать; следить, чтобы стадо не было расхищено злыми волками. Таково должно быть трезвение епископа.

Пою Богу моему, с. 59

Внешнее благочиние епископа должно быть не чем иным как обнаружением его внутреннего достоинства, в противном же случае это будет являться только ханжеством и лицемерием.

Пою Богу моему, с. 60

Как служителю алтаря Господня, епископу принадлежит право пользоваться материальными приношениями от верующих, но в этом праве он не должен доходить до корыстолюбия или, по славянскому выражению, до мшелоимства, т.е. он не должен допускать не только излишеств в приобретении земных благ, но, главным образом, избегать употребления неправильных средств к стяжанию. Другими словами, епископ не должен быть слишком привязанным к земным благам, но, довольствуясь малым и законным, устремляться к высшему званию на небо.

Пою Богу моему, с. 61

Чтобы епископ не был корыстолюбивым, то есть не стремился к неправедному приобретению материальных благ, он, прежде всего, не должен быть сребролюбивым. Другими словами, епископ должен быть свободным от привязанности к деньгам и вообще от всего земного.

Пою Богу моему, с. 62

Епископ должен отличаться внутренним спокойствием духа, чтобы при всякой неприятности, или обиде, или неудаче не приходить в раздражение или гнев. Конечно, кротость не должна переходить в слабость, так, чтобы это служило уничижению сана или потворству людским слабостям. В тех случаях, когда дело будет касаться не личной обиды, а Церкви или достоинства епископа, - необходимо применять строгость. От кротости зависит и миролюбие. Будет епископ кротким, т.е. тихим, спокойным, не раздражительным, - он будет и миролюбивым.

Пою Богу моему, сс. 61-62

Епископ не должен управлять Церковью по своему личному произволу, как бы господствуя над верующими, отвергая всякий благой совет пасомых, ибо в таком случае он, считая мирян безотчетно покорными себе, сделает свое управление насильственным - деспотичным.

Пою Богу моему, с. 62

Епископ... должен иметь в сердце - именно в сердце! - укоренившуюся любовь ко всему святому, благому, чтобы всякое доброе дело совершалось им не вынужденно или сухо, но с горячим и искренним желанием. Только в таком случае он сможет и сам благотворить, и научить тому же своих пасомых.

Пою Богу моему, с. 63

Епископ, чтобы он мог исполнить две главные обязанности учительства: утверждать пасомых в вере и обличать противляющихся ей, - должен держаться истинного слова, т.е. учения, преподанного Христом и апостолами, а не своего мудрования. Таким образом епископ должен быть праведным как в жизни, так и в догматах веры.

Пою Богу моему, с. 64

Господь всегда долготерпит нашим грехам и не наказывает так, как бы следовало нас наказывать по нашим делам. Так же и епископ должен снисходить ко всем, то есть не слишком многого требовать от своих пасомых. Этого он может достигнуть в том случае, если, с одной стороны, будет иметь терпение и любовь, а с другой - будет непрестанно молиться и носить немощи всех.

Пою Богу моему, с. 75

Епископ, глубоко проникаясь архипастырским самосознанием, то есть сознавая высоту своего сана, со всею ревностью духовною и телесною оберегает свою душу от всего греховного, порочащего. Через духовное бодрствование он приобретает неусыпный дух, внутреннюю духовную неутомимость. Епископ непрестанно пребывает в молитве, всецело вознося свой ум и сердце к Богу. В личном подвиге духовного преуспеяния он является совершенным подвижником. Он так глубоко проникается любовию к Богу, что готов душу свою положить за имя Божие. Он твердо и непоколебимо стоит в вере, ибо имеет во всем естестве своем внутреннюю, несокрушимую духовную силу. Любовь к Богу возжигает в нем и любовь к вверенной ему пастве. Епископ миролюбив и стремится к единению со всеми призывающими во истине имя Божие. Он так полон любви к ближним, что любит всех, как добрых, так и худых; ко всем долготерпит в любви, снисходит к немощам каждого. Научая пасомых истинному спасению во Христе Иисусе, епископ не только учит, но и умоляет, упрашивает каждого со слезами, чтобы они спасались, подражая в данном случае св. апостолам. Во имя спасения он носит немощи немощных. Как отец, он с глубоким состраданием относится к вдовицам и униженным миром людям; заботится о них, снабжая их всем необходимым, как материальным, так и духовным. Епископ полон мудрости духовной и человеческой.

Он правильно оценивает ход вещей в мире, учитывая все обстоятельства времени, и, как мудрый кормчий, проводит безопасно свой духовный корабль сквозь подводные камни, разбросанные от лукавого. И, наконец, как архипастырь, заботящийся о своей пастве, он все творит согласно с волей Божией.

Пою Богу моему, сс. 76-77

Сила церковной молитвы Русского Архиерея была очень велика. Она, как и келейная молитва, отличалась необычайной действенностью. Ею Русский Святитель ограждал свое родное отечество от нападения иноплеменников, приводя их в неописуемый страх и трепет (Иоанн, арх. Новгород-ский, Киприан и Иона, митрополиты Киево-Московские); исцелял больных и недужных (Иоанн, еп. Суздальский), приостанавливал моры, уничтожавшие целые семьи, угашал пожары (Василий и Серапион, архиепископы Новгородские); прекращал междоусобицы (Симеон, арх. Новгород-ский) и, самое главное, через нее он приводил свою паству к Богу.

Пою Богу моему, с. 320

Святитель был, прежде всего, печальником русской земли. Любое событие, причинявшее бедствие русскому народу, так или иначе отзывалось в сердце епископа. Он переживал, как мать за ребенка, каждое уродливое явление на Руси. Появлялась ли брань между удельными князьями или происходила ссора между людьми, он печалился и скорбел (Симеон, арх. Новгородский), орошая свои святительские одежды горячими слезами. Ему было больно смотреть, как проливалась в междо-усобице русская кровь, и он старался каким-либо образом пресечь кровопролитие. Распространялась ли зараза греха в пастырях - епископ переживал, что грех через них может проникнуть и в пасомых и принести большие бедствия русскому народу (Иоанн-Илия, арх. Новгородский). Страдала ли Русь под тяжелым бременем монгольского ига - Русский Архиерей вместе с народом переносил все тяжести порабощения и указывал средства освобождения (Серапион, еп. Владимирский). В то время, когда отечеству угрожала опасность со стороны Золотой Орды, Святитель не раз и не два предпринимал далекие и опасные для его жизни путешествия в стан монголов и там укрощал гнев ханов. Отечество было для него столь дорого, что он не жалел для него себя и в трудные минуты самоотверженно защищал его вотчины (Максим, митр. Киевский, Петр и Алексий, митр. Киево-Московские).