Страница 3 из 3
О окаянный Иуда! Ты следуешь за Христом, а с последователями Христовыми не согласуешься. Все Господа своего называют Господом, ты же один называешь его только учителем, а не Господом: "Не я ли, Равви?" Ну, Иуда, скажи, как и прочие апостолы: "Не я ли, Господи?" Но не может Иуда произнести одного этого словца — "Господи", не может Господа назвать своим Господом, но только тем названием, которым намеревался предать Его, сказав: "Радуйся, Равви!
" Прежде чем сказать это, льстиво целуя Его, он уже на Тайной вечере проявил то, что держал в уме, говоря: "Не я ли, Равви?" В обоих лукавых Иудиных фразах одно обращение: "Радуйся, Равви!" и: "Не я ли, Равви?"
Почему же Иуда не мог произнести слова "Господь" и исповедать Господа своего именно Господом?
Причину того впоследствии объяснил апостол Павел, говоря: "Никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым" (1 Кор. 12, 3). То слово "Господи" не иначе кто-либо может произнести, как только действием Святого Духа. Поскольку же Иуда не был сосудом Духа Святого, но сосудом дьявола, то и слово "Господи" произнести не мог, ибо он уже был не из числа рабов Господних, но из числа рабов сатанинских.
Усматривая это, Иероним говорит: "Начавший отпадать от лика апостольского не мог иметь своим Господом Иисуса, ибо уже не Христос Господь был ему Господь, но дьявол — господь. И когда хотел Иуда открыть свои уста и вместе с прочими апостолами Господа назвать Господом: "Не я ли, Господи?" — то дьявол, сидевший в Иуде и владевший его сердцем, сказал ему: "Послушай, раб мой Иуда, отселе ты меня одного знай как господина твоего; не называй же первого твоего Господа Господом, но одного только меня".
Потому-то Иуда и назвал Христа только "Равви", то есть учителем, а не Господом.
Теперь я приступлю к ответу на прежний вопрос: почему святой Петр, видя Божественную силу Христову и слыша Его учение, смиренно исповедуя себя грешником, не назвал Христа Иисуса ни Богом, ни Сыном Божиим, ни Равви — Учителем, но только Господом, а Христос Иисус всем этим был, есть и будет в бесконечные века? Он и Сын Божий, и Бог, Он и Учитель, Он и Господь.
Здесь необходимо понимать различие между этими наименованиями: иное есть Бог и Сын Божий, иное — Учитель, иное — Господь. Бог и Сын Божий весь мир содержит и устраивает. Учитель всю подсолнечную учит, Господь же промышляет и печется о Своих истинных и верных рабах. Бог смотрит за всеми злыми и добрыми, подобно тому как солнце сияет для добрых и злых.
Учитель всем желающим предлагает учение. Господь же знает только Своих рабов, всегда служащих Ему, а не кому иному, согласно слову апостольскому: Познал Господь Своих (2 Тим. 2, 19). Бога и бесы называют Богом, как говорит святой Иаков: "И бесы веруют и трепещут" Сына Божия (Иак. 2, 19), и бывшие в бесноватых нечистые духи исповедали: "Что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий?
Пришел Ты сюда прежде времени мучить нас" (Мф. 8, 29). Учителем лицемерно называют Его и фарисеи: Один из них, искушая Его, спросил, говоря: "Учитель! Какая наибольшая заповедь в законе?" (Мф. 22, 35-36).
Господом же называют Его только одни, как было сказано, истинные и верные Его рабы, служащие Ему со всем усердием, со всей любовью и всей ревностью. Ведь во всех четырех евангельских благовестиях мы не находим, чтобы какой-либо бес или фарисей, или кто-либо из начальников иудейских сборищ назвал Его Господом, но только одни апостолы. Бесы исповедуют Сына Божия, евреи удивляются учению, которое Он раскрывал со властью, и чудесам, ученики же называют Его своим Господом: "Вы называете Меня Учителем и Господом", — говорит Христос апостолам (во-первых Господом, а потом Учителем)
, — "и правильно говорите, ибо Я точно то" (Ин. 13, 13).
Итак, когда святой Петр сказал Господу: "Выйди от меня, Господи", — то в последнем слове "Господи" он проявил ту внутреннюю тайну своего сердца, что он есть раб Господень истинный, а не лицемерный, никогда не хотящий оставить Его, но готовый идти с Ним даже и на смерть. Проявилось же и то, что он уже начинал соделываться сосудом Духа Святого и Духом Святым назвал Иисуса Господом.
Мы же здесь из этого примера позаимствуем таинственное учение о том, чтобы поистине служить одному Господу нашему Иисусу Христу, а не мамоне, через что могли бы неосужденно и дерзновенно сказать Господу: "Господи". Когда же мы будем служить иному, то есть миру, плоти и дьяволу, а Господа нашего мы только напрасно будем называть Господом, то окажемся бесстыдными, дерзкими и лицемерными фарисеями.
Слушатель мой! Вот я по силе моей защитил моими грешными словами святые слова святого Петра, и при этом не сам от себя, но на основании Божественного Писания. Те слова Петра: "Выйди от меня, Господи!" — были не словами неведения, но словами страха и великого разума, таинства и силы. Ты же, святой Петр, и говорившему о твоих словах, и слушавшим исходатайствуй вечное, непрестанное пребывание со Христом, как здесь, на земле, так и вовеки в небесном царстве, ключи которого ты имеешь.
Аминь.