Страница 54 из 208
Один сказал: "Когда я во время исповеди позволил себе что-то сказать, как бы прося разъяснения или не соглашаясь с замечаниями духовника, то он меня строго и властно оборвал, сказав: "Раз ты пришел на исповедь, то и кайся во смирении, не время тут рассуждать". Это произвело на меня впечатление. Это было сказано со властью". Надо заметить, что времени было с излишком и нельзя было заподозрить духовника в том, что он не нашелся что сказать, - видимо, это был его взгляд на исповедь (преп. Никон).
Кто в простоте сердца скажет свои согрешения с сокрушением и смиренным чувством, с желанием исправиться, тот получит прощение грехов и мир совести своей силою благодати Божией, действующей в таинстве (преп. Никон).
Из воспоминаний духовной дочери>: на мое признание - "во всем грешна", старец> спросил: "А лошадей крала?" Я ответила: "Нет". - "Ну вот, видишь, и не во всем", - сказал старец, улыбнувшись. На мои слова, что совсем не умею исповедоваться, батюшка заметил: "От исповеди выходишь, как святая" (преп. Амвросий).
В чем по немощи увлечешься, не малодушествуй и не смущайся, а старайся поправить это самоукорением и исповеданием сперва Сердцеведцу Богу, а по времени и духовному отцу. Случающиеся увлечения да научат тебя уклонению и осторожности и охранению себя, чрез страх Божий. Предайся воле Божией и ожидай с терпением решения своей участи (преп. Амвросий).
Исправление
Пишете, что еще собою недовольны: ничего не исправляетесь, бывают вспышки; мы не можем исправиться, когда хотим видеть, что мы исправились; это льстит нашему самолюбию и приводит в гордость, а от оной и падения бывают. Нам надобно видеть свои согрешения, т. е. помнить, ежели какие были прежде, и настоящие, хотя и малые. Святой Пророк в молитве своей к Богу вопиял: "беззакония мои аз знаю, и грех мой предо мною есть выну" (Пс. 50, 5)... (преп. Макарий).
Сколько могу заметить, враг борет тебя, чтобы отлучить от места, на коем можешь иметь успеяние; но ты хочешь оное и видеть в себе. Полезно ли это будет для тебя? Не паче ли должна ты видеть свои немощи и страсти и чрез оные смиряться. И святые отцы, чем ближе были к Богу, тем больше себя смиряли, взирая на высоту совершенства, и имели себя под всею тварию (преп. Макарий).
Ну, так и быть, забудем прошлое. С нового лета начнем жить снова по-евангельски, по-монашески. Что поленилась - Бог простит, ибо ты покаялась и зазрела (осудила) и уничижила себя. Но теперь надо начинать. Будем хоть понемножку готовить вено (приданое) Жениху своему. Он невзыскателен и долготерпелив: пока мы с тобою по ниточке будем собирать и украшать брачное одеяние для встречи Его, Он все будет ждать, все будет толкать в двери сердца нашего, когда мы отверзем Ему, Святому и Чистому, храмину сердца нашего (преп. Анатолий).
Но только помни, не забывай, что теперь ты едва-едва вырвалась от бесовских рук, а то и не вырвешься. Внимай себе. Время заняться собой, обуздывать свой язык и характер (преп. Анатолий).
Смиримся! Вот и спасемся!.. Погибнуть же ты не погибнешь. А только здесь пострадаешь за упрямство и самолюбие. Но все, Бог поможет, обделается. Мы ведь пришли учиться духовной жизни: что ж удивительного, если погрешаем? Будем исправляться! А исправит нас Сам Бог! (преп. Анатолий).
Верую, что все это постараешься исполнить. То есть будешь с завтрашнего дня жить и Бога благодарить, творя всегда молитву Иисусову, а не роптать, тяжб не поднимать и считать себя худою, нехорошею, чтоб у Бога быть хорошею и со временем сделаться святою, невестою, достойною Жениха Небесного Христа. В этом и будет и моя и твоя радость. Спасайся! (преп. Анатолий).
Вижу твое сожаление о своих душевных немощах и недостатках и остаюсь в благонадежии. Потому что, кто внимает себе, и жалеет о слабой жизни, и ищет помощи от Бога, тот поневоле пойдет путем мытаря, похваленного в Евангелии (преп. Анатолий).
...Прими к сердцу искренний мой совет: зазри себя и постарайся исправлять себя. А исправлять мы себя не можем, если не начнем с самоукорения (а не с укорения других) и с посильного послушания старшим (преп. Анатолий).
Однако ты, видно, не знаешь, что говорит святой Златоуст, что здешнее земное, тяжкое самое и нестерпимое, не может даже и сравниться с тамошним самым легким. Спасайся! Мир тебе! А во всех исповеданных тобою грехах и немощах да простит тебя Господь. И да поможет Он, Всемилостивый Спас наш, и Его Пречистая Матерь тебе положить исправление. А исправление наше есть смирение, т. е. сознание своих немощей. И помни слово, что Богу любезнее грешник, кающийся и смиряющийся, чем праведник, сознающий свою правду. А ты вот мне и Богу каешься, и уничижаешь себя, и стыдишься за свои немощи: то Господь и помилует тя, и спасет тя. И узриши благая Иерусалима! (преп. Анатолий).
Матушка ты моя, сестра Е. Ты в отчаяние приходишь, что не исправляешься, т. е. что подражаешь мне? Что мне-то остается делать? "Смирился, и спасе мя Господь" (Пс. 114, 5) - сказал Давид. Давай сделаем и мы так, вот и спасемся (преп. Анатолий).
Что упала чересчур низко - не унывай. Все же не ниже Ионы-пророка. И ты, если подобно ему, воззовешь ко Господу, и услышит тя. И изблюет тя кит уныния на твердый камень упования, и будешь, аки новый Петр, познавая свою немощь и снисходя чужим немощам. Будь же мирна! Восстани, берись за свое дело, посильно тяни лямку и неспешно, но смиренно шествуя, обрящешься с первыми (преп. Анатолий).
Если и духовную жизнь оставила - и этим страшить себя не следует, а постараемся исправиться, а не сможем, постараемся укорить себя и смириться. Я сам живу неисправно, ну что ж, и ахать? Никогда! До последнего вздоха не теряй надежды на исправление и на спасение! Разбойник в этом нам грешным порукою и ободрением. Представь: такие великие Божии угодники - Ной, Авраам, Даниил, Моисей, Давид-царь и великое множество других великих - были еще в аду, а разбойник был уже в раю! (преп. Анатолий).
Бог да простит тя во всем содеянном. Но простит в надежде исправления; твердил тебе и повторяю: не будь лжива и лукава. Раскаешься, да поздно. "Лукавнующие потребятся" (Пс, 36, 9), пишет слово Божие (преп. Анатолий).
Вышел как-то старец в хибарку, чтобы преподать благословение, и говорит: "У хозяина были гуси, - он и ласкает их: те-жа, те-жа, а они все те же" (преп. Амвросий).
Кто имеет дурное сердце, не должен отчаиваться, потому что с помощью Божиею человек может исправить свое сердце. Нужно только внимательно следить за собою и не упускать случая быть полезным ближним, часто открываться старцу и творить посильную милостыню. Этого, конечно, нельзя сделать вдруг, но Господь долготерпит (преп. Амвросий).
Покажете вы силу свою, то и мое попечение оправдается. Когда вы возлагаете на меня свое исправление, то помните мое вам напоминовение и послушайте его, без вас я вам не могу помочь, а паче без помощи Божией (преп. Макарий).
...Надобно, чтобы и с твоей стороны было благое произволение и старание к лучшему... Сердечно сожалею о несчастной твоей слабости, которой ты добровольно поработился. Ты жалуешься, что тебя оная одолела, и просишь меня помолиться Господу, да пошлет Он тебе крепость к одолению оной страсти... Сколько могу, смиренно умоляю Господа даровать тебе помощь избавиться от несчастной сей страсти, но ведь мы самовластны, то и надобно, чтобы ты, преклонив волю свою, приложил к тому старание, дабы противляться пагубному сему навыку: проси Божией помощи и кайся в грехах твоих, смири свои помыслы, и Бог пошлет тебе Свою помощь, ибо Он на смиренныя призирает, а гордым противляется... От Бога все возможно, но надобно, чтобы и с нашей стороны было старание... (преп. Макарий).
Чтобы человеку исправить себя, не надо вдруг налегать, а как тянуть барку: тяни-тяни-тяни, отдай-отдай! - Не все вдруг, а понемногу. - Знаешь рожон на корабле. Это такой шест, к которому привязаны все веревки корабля, и если тянут за него, то потихоньку и все тянется, а если взять сразу, то все испортишь от потрясения (преп. Амвросий).
Испытания
...Какие бы ни были огорчения, они подобны малейшей искре, т. е. если плюнешь - потушишь. Если же эту малейшую искру будешь раздувать, то произойдет пламень и все доброе устроение в человеке истребит, а раздуванье это составляется от многомыслия, например: "сердце мое под тяжелым крестом; истинно горькая жизнь монашеская: все сердце изорвалось"... (преп. Антоний).