Страница 84 из 208
У Игнатия Брянчанинова> все на одном и том же, на молитве Иисусовой. Какая ширина! Теперь вы видите это. А прежде, может быть, видели в монашестве, как и большинство мирских, одну редьку, квас и глубочайшее невежество. Да и понятно. "Чашу жизни вкусите и видите, яко благ Господь". Да, надо вкусить, и тогда уже увидишь, какое блаженство... (преп. Варсонофий).
Святой Иоанн Лествичник говорит: "Ангелы - свет монахам, монахи - свет миру". Вспомните, что мы должны быть светом миру, что наше грядущее назначение - быть царями и священниками. Вспомните, как милостив Господь, призвавший нас в эту святую обитель. Сами посудите, какие дела мы творили, как жили до призвания нашего сюда, в эту святую обитель... (преп. Варсонофий).
.Монашество... есть блаженство, какое только возможно для человека на земле, выше этого блаженства нет ничего. И это потому, что монашество дает ключ ко внутренней жизни. Блаженство внутри нас, надо только открыть его. Полное блаженство на небе, в будущей жизни оно только продолжается... (преп. Варсонофий).
Не все монашество заключается в подряснике да каше. Надел подрясник, стал есть кашу - и думает: я теперь стал монахом. Нет! Одно внешнее не принесет никакой пользы. Правда, нужно и носить монашескую одежду, и поститься, но это не все! Лампа, пока не горит, не оправдывает своего назначения - светить. Пожалуй, ее кто-либо и толкнет, и разобьет в темноте. Чего же не достает? - Огонька! Правда, необходимы и фитиль, и керосин, но раз нет огня, если она не зажжена, она не принесет никому пользы. Когда же она зажжена, сразу польется свет. Так в монашестве: одна внешность не приносит пользы, не обходим внутренний огонек. Отец Анатолий говорил, что монашество есть сокровенный сердца человек... (преп. Варсонофий).
Что такое монах? Монах есть исполнитель всех заповедей Божиих. А все заповеди сводятся к двум: 1. Возлюби Бога всем сердцем твоим, всею душою и всею крепостью твоею и 2. Ближнего твоего, яко сам себя. Эти две заповеди совмещают в себе весь закон и заповеди Божий. Ангелы на небесах преуспевают в любви. Вся жизнь монаха должна быть - любовь. Наши великие старцы: о. Лев, о. Макарий, о. Амвросий, о. Анатолий действительно и имели эту любовь (преп. Варсонофий).
...Всегда надейтесь только на Бога, но никак не на человека. Тогда всякое зло будет отпадать от вас, как отрубленная ветка... (преп. Варсонофий).
Есть два монашества: внешнее и внутреннее..., внешнее, так называемое клобуковое монашество, приобрести легко, как святой Иоанн Лествичник пишет: сделать внешнего монаха легко, но трудно сделаться внутренним монахом. Это внутреннее монашество может быть даже в миру, хотя именно "только может". И об этом-то внутреннем монашестве теперь так редко говорят, почти не имеют никакого понятия... (преп. Варсонофий).
С юных лет Господь привел тебя в лик избранниц своих, монастырь Он указал тебе самый удобный ко спасению, не лишил тебя близости к старцам, и все тебе мало грустно. Обратись к Божией Матери и говори Ей: "Ты, Владычице, привела меня в избранное Твое стадо, Ты и упаси мя. Ты могла Марию Египетскую спасти, ужели меня не сможешь?" (преп. Анатолий).
.Монашеская жизнь трудная - это всем известно, а что она самая высокая, самая чистая, самая прекрасная и даже самая легкая - что говорю легкая - неизъяснимо привлекающая, сладостнейшая, отрадная, светлая, радостью вечною сияющая - это малым известно. Но истина на стороне малых, а не многих. Потому Господь и сказал возлюбленным ученикам: не бойся, малое мое стадо! Яко изволи Бог даровать вам - что? - думаешь, отраду? богатство? наслаждение? Нет! - Царство! (Лк. 12, 32). И какое Царство! Где не только все блага, все возможные сокровища, и красота, и слава, свет, радость, горящая любовь, Божеская жизнь и веселие вечное. Царство это - Царство всех веков, перед которым все величайшие царства мира сего - дым, смрад! И в том-то Царстве света и веселия тебе уготовано, и всем возлюбившим Господа Иисуса, царское место. Приведутся Царю девы - в след Ея - Царицы Небесной (преп. Анатолий).
Я - монах, а монах есть исполнитель всех заповедей Божиих. Ни прельщения, ни угрозы, ни даже смерть не должны заставить монаха презреть заповедь Божию. Умиляют мое грешное сердце слова псаломские: "Твой есмь аз, спаси мя, яко оправданий Твоих взысках" (Пс. 118, 94). Говорю их Господу, когда грозят мне люди или помыслы мои при исполнении долга моего священноиноческого. Буди воля Господня!. (преп. Никон).
Если монах пребывает в мирском доме, то на него смотрят как на мирянина. Нельзя монаху долго пребывать в миру. Как рыба без воды, так и монах вне монастыря (преп. Никон).
Монах должен быть весь в Боге (преп. Никон).
Если монах живет в миру, не несет никаких подвигов и даже одежды монашеской не носит, чем он отличается от мирянина? - Своею любовью к монашеству. Можно жить в монастыре, по видимости быть исправным монахом, но не любить монашества. Такой человек уже не есть монах (преп. Никон).
Хотя теперь монастырей нет, но обет монашеский в душе должен остаться, ибо он дан Богу, ибо монашество было, есть и будет (преп. Никон).
Монашеское дело наше: смириться, да поклониться, да попросить прощение - тем и оправдан (преп. Иларион).
Сестра! Кайся, смиряйся, сестрам уступай - что можно, и не осуждай других - все с немощами (преп. Амвросий).
Надо понимать дух времени и не увлекаться прежними понятиями и впечатлениями, которые в настоящее время осуществить невозможно. Важность в христианстве, а не в монашестве. Монашество в той степени важно, в какой оно приводит к совершенному христианству (преп. Никон).
Такой был случай: на одного брата нашло искушение, задумал купить водки и выпить, пошел в шинок, стоят покупатели. Женщина-продавщица, увидев в монашеской одежде, спросила: "Что вам, батюшка, угодно?" Таким вопросом устыдила брата, и он ответил: "Полфунта изюму". Таким образом, монашеская одежда спасла от искушения (преп. Никон).
...Монашество, построенное по духу Святого Евангелия, на любви к Богу и отказе от мирской жизни, всегда являлось камнем преткновения для людей мира сего, всегда было ими ненавидимо, непонимаемо, как совершение чуждого им. Рабы же Христовы, хотя бы они были в миру, любили монашество и любят, видя в нем идеал христианской жизни, не чуждый им по духу. Говоря здесь о монашестве, имею в виду не отдельных людей, а самый образ жития, и говоря о людях мира сего, также имею в виду не живущих в мире, а душою своею преданных мирской жизни (преп. Никон).
"Отчего это, батюшка, - спросила одна особа, - игуменье дано право распоряжаться монахинями, как крепостными?" Старец ответил: "Более, чем крепостными. Крепостные могли хоть за глаза поворчать на своих господ и побранить их, а у монахинь и это право отнято, - монахиня сама добровольно отдает себя в крепостное право" (преп. Амвросий).
Монашество произошло от желания жить в точности по евангельскому учению. Потому что среди молвы городской и в заботах житейских представляется большое неудобство жить в точности по евангельскому учению, хотя и все обязаны исполнять оное. Монахи от мирян различаются тем, что последним дозволена жизнь в супружестве, а первые избирают жизнь (безбрачную) безсупружную. И ты хотя живешь только при монастыре, а все-таки избрала жизнь безсупружную. Почаще читай Евангелие от Матфея 5 от начала 5-й главы до конца 10-й и старайся жить по сказанному там. Тогда и найдешь порядок в своей жизни, и стяжешь успокоение души твоей (преп. Амвросий).
...О монашестве должно разуметь, что оно есть таинство, покрывающее прежние грехи, подобно крещению. Крещаемый прежде крещения не может чувствовать того, что после получает, т. е. силу внутреннюю исполнять заповеди Божии (преп. Амвросий).
Чадце мое неблагодарное и неразумное. Да весть малодушие твое, что никто из человек не имеет права дозволять кому бы то ни было оставить воспринятый им путь благочестивой жизни. Потому что воспринявшие монашество и оставившие оное уподобляются Иуде предателю, который ни у кого не просил на это дозволения, а самоизвольно предал, и сам терпит горькую участь свою во аде. У кого есть еще сколько-нибудь смысла, тот не должен решаться подражать такому жалкому и злополучному человеку, а лучше пусть потерпит временные неудобства и временную малую скорбь, чтобы получить вечную милость Божию велику (преп. Амвросий).