Страница 32 из 59
Сегодня для большинства людей жить свободно — это значит жить так, как хочется, добиваться исполнения всех своих желаний. Этим людям в принципе непонятно, когда кто-то свободным же произволением берет на себя какие-то самоограничения. А то, что мир не понимает, он не хочет и принимать.
Но человек так устроен, что без самоограничения он не достигнет не только духовных высот, но и вообще каких-то результатов в духовной жизни. Поэтому созидание в себе дома душевных добродетелей, о котором мы только что говорили, невозможно без утеснения себя в чем-то. В этом смысле жизнь христианская — по заповедям Божиим, по Евангелию — всегда является подвигом.
Вообще, говоря о том, что есть христианская жизнь, невозможно составить какой-то четкий свод ее правил и признаков. Мы всё всегда пытаемся систематизировать — так устроено человеческое сознание. Нам очень хотелось бы создать для себя некое подобие ветхозаветных заповедей: «Вот это можно, а вот этого нельзя». В этом, кстати, психологическое преимущество многих религиозных систем, в том числе ислама, иудаизма, в которых жизнь человека регламентирована, буквально расписана от рождения до смерти. Человеку в каком-то смысле так легче жить.
В христианстве же этого нет принципиально. Человек свободен, и он волен выбрать для себя или свободу жизни во грехе, или свободу жизни в Боге. Поэтому мы видим: сколько личностей, столько и путей к Богу и столько вариантов христианской жизни существует, потому что даже при всей схожести обстоятельств то, что происходит в сердце кконкретного человека, неповторимо. Поэтому пытаться давать какие-то рецепты раз и навсегда, я думаю, бессмысленно.
Очень часто для современного человека, начинающего христианскую жизнь, как раз это отсутствие готовых рецептов и является «камнем претыкания». Он ищет подробных инструкций. Например, прочитал человек в какой-то хорошей книжке описание чьей-то жизни, чьего-то подвига христианского и хочет во что бы то ни стало этот подвиг повторить. И он начинает следовать этой книжке буквально, как инструкции при пользовании стиральной машиной, и думает: «А почему же у меня не выходит? Я это сделал, вот эти кнопки нажал, а получается не так, как здесь написано». — Да потому, что невозможно повторить все в точности. Ты другой человек, у тебя другие жизненные обстоятельства, ты по-другому чувствуешь, по-другому думаешь, по-другому воспринимаешь мир, поэтому не можешь брать за основу жизнь другого человека, как матрицу. Но вот взять ее в качестве образца, зная, что жизнь по заповедям возможна, не только можно, но и необходимо.
И вот что еще очень важно: в своей жизни надо дать место и Промыслу Божию. Господь Сам определит крест, который для человека спасителен и по силам. Например, в семейной жизни кого-то Он благословляет многочадием, а кого-то нет.
— Что значит известное выражение: «Креста не ищи, от креста не беги»?
— Да, есть такое. «Креста не ищут и с него не сходят». Это значит, что человек должен нести с благодарностью все, что ему посылает Господь в этой жизни. Крест — символ страданий, испытаний, скорбей.
«Креста не ищут» — это относится к достаточно горячим людям, как правило, неофитам, которым хочется поскорее сделать что-то героическое, выдающееся. Знаете, бывает, что человек молится: «Господи, пошли мне болезнь», или: «Господи, дай мне пострадать»; и я встречал таких людей. Но дело в том, что горячность — вещь недолгая, она быстро проходит, и все становится сложным: «Караул, я этого понести не могу…». Как правило, за этим следует какое-то внутреннее крушение.
И, с другой стороны, за этим предупреждением, что креста не ищут, стоит уверение, что, если Господь Сам посылает какой-то крест, он всегда по силам человеку. Пусть даже он кажется сверх меры тяжелым и еле переносимым, но тем не менее надо понимать, что если Господь дает что-то, то, значит, человек сможет это вынести. Надо только искать возможности и просить у Него сил перетерпеть, пережить.
— В житейских ситуациях часто приходится искать компромисс. Как в этом определить меру?
— И здесь тоже приходится сказать, что меру компромиссов каждый человек должен устанавливать для себя самостоятельно. Вот где эта мера? До какого момента это компромисс и с какого начинается предательство? Трудно дать совет. Но надо понимать, что когда-то с компромиссами придется заканчивать. Один компромисс, второй, третий, четвертый… а потом —отступление от веры. Рано или поздно нужно остановиться.
— В чем причина расслабленности, которая так часто овладевает верующими людьми? Опасен ли для христианской жизни комфорт, к которому мы так привыкли?
— Безусловно, это одна из основных причин того, воля человека и его решимость ослабевают. Конечно же, современный человек привык к комфорту, привык к тому, чтобы все и всегда в его жизни было хорошо, удобно, и хочет, чтобы такой же комфортной, удобной была и его духовная жизнь. Тогда он приходит на исповедь и, вместо того чтобы обличать себя, начинает жаловаться, что у него это вот не так и это не эдак… Сегодня очень многие люди, может быть, не отдавая себе в этом отчета, считают, что вера — это то, что должно помочь им комфортно себя чувствовать в нашем мире.
А должно быть наоборот. Вера — это то, что взламывает чувство комфорта, успокоенности. У старца Паисия есть замечательное выражение, которое, как мне кажется, удачно переведено на русский язык,— «добрая обеспокоенность». Вот вера — это то, что рождает в сердце добрую обеспокоенность, неудовлетворенность собой и своим сегодняшним положением, греховным состоянием своей души, память о том, что ничто нечистое не войдет в Царство Небесное (см.: Откр. 21, 27). А если человек успокаивается, он обрастает мхом, в том числе — в духовном смысле.
Мне хотелось бы посоветовать сегодняшним христианам только одно — иметь добрую обеспокоенность. Эти слова старца Паисия как нельзя больше подходят для нашего времени. Иметь добрую обеспокоенность и понимать, что до конца жизни надо трудиться над собой. Это «скучные» слова, и, наверное, прочитав их, большая часть людей не захочет в них вдумываться… И все же жизнь христианина — это ежедневная, постоянная, может быть, не очень интересная, потому что негероическая, работа над самим собой, над своим сердцем. Другого пути нет.
Беседовала Наталья Горенок
Газета «Православная вера», № 20 (400), 2009 г.
Ответы на вопросы
Ответы Епископа Саратовского и Вольского Лонгина на вопросы посетителей портала «Православие и современность» и корреспондентов разных изданий: информационных агентств «Интерфакс», «СаратовБизнесКонсалтинг», «Взгляд-инфо», федеральных и региональных выпусков газет «Известия», «Российская газета», «Московский комсомолец», «Аргументы и факты», журналов «Альфа и Омега», «Фома», «Нескучный сад», «Православие и современность».
Церковь, общество, государство
Как сегодня должны строиться отношения между государством и Русской Православной Церковью, Ваше мнение?
Отношения должны носить партнерский характер, основываться на принципе невмешательства в дела друг друга, то есть Церковь в государстве должна быть по-настоящему независимой, хотя независимость в современном мире — понятие условное.
Естественно, что отношения государства и Церкви, Церкви и общества сложно переплетены. Почему? Мне запомнился ответ Патриарха Пимена на вопрос одного иностранного корреспондента. На недоумение журналиста, каким образом высшее духовное лицо Русской Православной Церкви может давать пресс-конференцию в посольстве той страны, где Церковь отделена от государства, Его Святейшество ответил примерно так: «Действительно, в нашей стране Церковь отделена от государства, но ни в Советском Союзе, ни в какой-либо другой стране она не может быть отделена от народа».
При решении многих проблем государство просто не может обойтись без взаимодействия с Церковью. И здесь открывается широкое поле для совместной деятельности: выполнение различных социальных, образовательных программ, программ по сохранению культурного и духовного наследия. Ведь практически все культурное наследие России, да и других православных государств, так или иначе связано с Православной Церковью. И здесь не нужно стесняться диалога и сотрудничества. Так уж сложилось, что наше государство часто бросается в крайности. Сначала нас считают абсолютным злом, потом начинается слишком поспешное «братание» и заключение Церкви в объятия, потом власти спохватываются и заявляют, что у нас светское государство и такие отношения с Церковью «несовременны», после чего вновь начинается период отчуждения. А нужно на самом деле совсем немного — выработать нормы взаимоотношений, которые есть во всех странах, называющих себя цивилизованными. И не стоит бояться упоминания в Конституции или других основополагающих государственных документах исторической роли Русской Православной Церкви.