Страница 27 из 60
Наконец, Моисей доводит свой народ до земли обетованной, которая в символическом и духовном смысле является Царством Небесным. Здесь, на вершине горы Нево, Моисей умирает, и, по воле Божией, могила его остается неизвестной, останков его израильтяне не находят. Христос воскрес, и гроб Христа был пуст, когда пришли к нему жены-мироносицы и ученики.
Итак, братия и сестры, в Ветхом Завете, в прообразах, в «тенях», уже усматриваются и угадываются таинства Нового Завета. Моисей говорит своему народу, что приведет его в землю, где текут мед и млеко. В ветхозаветной Пасхе людям заповедовалось есть опресноки, то есть пресный хлеб, в знак того, что они должны спешить уйти из Египта. Здесь же мы едим Пасху, которая должна быть приготовлена на молоке и меде в знак того, что Царство Небесное открыто для нас! Сегодня мы будем раздавать христианам артос – освященный хлеб. Он знаменует собой манну Ветхого Завета, которой народ Израильский чудесно питался в пустыне, – небесный хлеб. А также и другое – Иисус Христос обычно вкушал трапезу вместе со Своими учениками; и после того, когда Он вознесся на небо, апостолы, собираясь вместе, полагали на столе в том месте, где обычно возлежал Иисус Христос, хлеб в знак Его незримого присутствия. А после трапезы поднимали этот хлеб и говорили: «Иисусе, помогай нам». Затем делили его между собой. И когда вы вкушаете артос, вы должны знать, что Христос невидимо присутствует с вами, что вы едите от одного хлеба с Иисусом Христом.
На Пасху также есть обычай обмениваться покрашенными в красный цвет яйцами. В видимом мире мы имеем образы Воскресения. Это – расцветающее весной, после холодной снежной зимы, растение, это – превращающийся в прекрасную бабочку невзрачный червячок. Это – рождение птенца, появившегося на свет из яйца, на вид мертвого, как камень. А красный цвет означает, что мы искуплены кровью Христа Спасителя.
Да, братия и сестры, Пасха Христова – это величайший праздник, это победа над демоном, адом и смертью. Однако вы скажете: «Как же? Демон побежден, но мы беспрерывно чувствуем его искушения, мы беспрерывно ощущаем страшный гипноз греха. Как же побежден демон?» Но до пришествия Христа на землю, до Воскресения Его из мертвых демон властвовал над человечеством, как тиран. А теперь сила его сломлена, он может только лишь искушать, обольщать и лгать.
Есть в южных странах особый род летучих мышей, вампиры. Когда вампир видит спящего человека, то бесшумно, тихонько опускается к нему и вонзает в его тело свое жало с наркотическим ядом, от которого человек засыпает еще крепче, и затем сосет его кровь.
Так и демон имеет над нами власть тогда, когда мы духовно спим, когда мы оставляем молитву, когда мы не бдим над своим сердцем. Тогда демон, как вампир, высасывает из нас силы нашего духа и оставляет еле живыми. Но человек, который исполняет заповеди Божии, защищен от сил сатанинских, а тот, кто стяжал смирение, сам страшен для них.
Господь победил смерть, но мы опять спросим: ведь смерть властвует над землей? Мы видим беспрерывно, как поколения сменяются поколениями и уходят в черное жерло могилы. Как же Господь победил смерть? Братия и сестры, Господь победил духовную смерть, но оставил смерть телесную, ибо долгая жизнь для праведников в этом грешном мире явилась бы страданием для них. А бесконечная жизнь людей преступных, злых явилась бы проклятием для всего человечества.
Господь оставил телесную смерть для того, чтобы через нее даровать нам жизнь вечную. Св. Иоанн Златоуст пишет: «Если мастер увидит, что золотая чаша повреждена и в ней трещины, то он бросает ее в огонь, расплавляет и из золота выливает вновь другую чашу. Так и сделал Господь: Он не уничтожил смерть на земле, но превратил смерть в рождение, в новую жизнь». Теперь смерть для нас – это уже не страшная черная бездна, не небытие, не та картина тления и разложения, даже мысль о которой леденит кровь, а тихое упокоение, сладкий сон до Воскресения из мертвых. Поэтому Господь победил ад!
Но мы знаем, что многие все равно становятся добычей ада. Что же это такое? Как же повержен ад?
Братия и сестры, до Воскресения Христа из мертвых даже праведники и пророки сходили в преисподнюю, а теперь кающиеся грешники получают Царство Небесное.
Христос Воскресе! Воистину Воскресе!
Аминь.
О беседе с самарянкой
Христос Воскресе! Воистину Воскресе!
Братья и сестры, Евангелие едино, но мы можем различить в нем заповеди Христа Спасителя, притчи, беседы, чудеса и пророчества. Евангельские заповеди – это условия нового союза человека с Богом, они сосредоточены в Нагорной проповеди Спасителя. Господь показывает нам два пути: путь жизни и путь смерти. Он указывает и на различие и внутреннее единство заповедей Ветхого и Нового Заветов. Если сравнить Священное Писание со скалой, устремленной ввысь, то Ветхий Завет – подножие этой скалы, а Новый Завет – ее вершина. Притчи – это мудрые иносказания. Если заповеди обращены прежде всего к воле человека, его совести, то притча открывает перед нами море Божественной премудрости. Она обращена к человеческому уму. Чудеса – это надежда. В чудесах открывается всемогущество Божие, которому покорны небо и земля. Чудеса свидетельствуют: Слово Божие – всемогуще. Оно может создать Вселенную, исцелить смертельно больного, оживить мертвого и восставить падшего.
Братия и сестры, сегодня в Евангелии мы слышали одну из бесед Иисуса Христа – Его беседу с женщиной-самарянкой. Когда мы слушаем это Евангельское повествование, наша душа как бы замирает в безмолвии, в трепетном благоговении перед некой великой тайной. Это Евангелие обращено не только к уму и воле, но к самой глубине человеческого сердца. Самарянка была грешница из народа, презираемого и отвергнутого иудеями. Но эта женщина сохранила духовную чистоту. Как это понять: в грехе сохранила чистоту? Она понимала свое падение, стыдилась сама себя, и этот стыд уже был залогом ее духовного возрождения. А мы, братия и сестры, пребывая в грехе, не стыдимся ни себя, ни людей. Если самарянка старалась выходить из дома, когда на улицах было мало народу, и шла, потупя взор, то мы смотрим в глаза другим, смотрим гордо, как праведники, совершенно не стыдясь своих грехов. Мы нагло обличаем друг друга, может быть, в значительно меньших прегрешениях, нежели наши собственные. И поэтому мы становимся недостойными понимать Евангелие...
Итак, самарянка-грешница удостоилась быть собеседницей Самого Господа. В беседе с самарянкой Господь открывает ей и нам великую тайну. Какая же это тайна? Сердце человека – нерукотворенный и вечный храм Божий. Наш ум должен приносить в глубине сердца, как в духовном алтаре, молитвы Богу. В Иерусалимском храме священник закалал жертву острым стальным ножом, а затем эта жертва сжигалась во дворе храма. Пылающий жертвенник назывался огненным львом. В храме сердца своего мы должны закалать, как животных, греховные и нечистые помыслы именем Господа Иисуса Христа, сжигать все нечистое в горении любви к Богу. Священники разделялись на 24 чреды по числу часов дня. Символически это означает, что молитва в нашем сердце должна быть непрестанной. Один раз в год первосвященник входил во Святое Святых, чтобы помолиться там о своих грехах и о грехах всего народа. Это место было отделено от храма. Во Святое Святых царили сумрак и безмолвие. Братия и сестры, когда Дух Святой коснется человеческого сердца, оно станет Святое Святых. Шум этого мира, шум наших страстей и греховных помыслов замрет, и в сердце нашем будет великая тишина. Мирские образы исчезнут, и в сердце воцарится таинственный полумрак, в котором является Господь.
Спаситель открыл самарянке великую, неведомую нам тайну: в нас самих есть дивный храм, более прекрасный, чем вся вселенная. Это – сердце, очищенное от греха и освященное именем Иисуса Христа. Христиане, которые очистились путем подвигов в духовных, невидимых миру страданиях, и как бы кровью своей омыли этот невидимый храм, изумлялись его красоте. Пораженные красотой Божественного Света, они уже не хотели видеть красоту этого внешнего мира. Имя Иисуса Христа превращается в незримый Свет, и этот дивный Свет озаряет и сердце, и душу, и иногда даже тело человека. В книге об афонском подвижнике, преподобном Силуане, рассказывается, как однажды на всенощной перед праздником, когда духовник исповедовал монаха, он нечаянно взглянул ему в лицо и был потрясен: оно было похоже на лик Иисуса Христа, казалось, Сам Христос стоял в храме. Так преобразила, осияла человека духовным Светом Иисусова молитва. Имя Иисуса Христа превращается в потоки живой воды, в потоки благодати. И если человек очистил себя от скверны страстей и греха, то беседа, соприкосновение с этим человеком, запоминается на всю жизнь. Кажется, что в общении с ним мы почерпнули какую-то особую силу. Иисусова молитва дает глубокое понимание Священного Писания. Иисусова молитва делает человека прозорливым. В Притчах Соломона сказано: праведники прозорливостью спасаются (Притч. 11, 9).