Страница 6 из 27
если бы только мы были непричастны!
Сейчас мы совершаем тот период жизни, который мы называем духовной весной. Если земледелец опоздает с посевом, — то не будет всхода и не будет хлеба, а если человек запоздает с приобретением трезвения, внимания к своему внутреннему человеку, к сердцу, — то он останется без питания духовного, в духовном голоде. И если в его сердце есть какая-нибудь страсть, и он осознает это, то он также поймет, что никто не сможет изгнать эту страсть, как только Тот, Кто создал человека. Но для этого нужна подготовка. А эта подготовка есть пост и молитва. Вот с какими чувствами мы должны были остаться в прошлую неделю. И если мы были бы в том состоянии, в котором должен был быть христианин, то в эту неделю, пятую, когда Церковь взывала: "Господи, прежде даже до конца не погибну, спаси мя"! когда читался канон Андрея Критского, который разрывал, разворачивал сердце человека, и раскрывал ему вот эти состояния страсти, для того, чтобы он смог подойти ко Господу и сказать: "Прости меня, Боже, исцели меня, дай же мне Твой свет присносущный, дай жизнь, потому что мне может быть только год осталось жизни, а может быть и того нет... Может быть я уже иду вот теперь к Тебе". Мы все идем туда, в вечность, и Церковь нам дает это время для подготовки, для того, чтобы увидеть себя, чтобы приобрести силы, для того, чтобы уйти в вечное бытие.
Она говорила нам в прошлом Евангелие о том, что род сей изгоняется постом и молитвою. Мы думаем, что пост это, когда стоит на столе масло постное. Да, конечно, ограничение в пище это тоже есть пост. Но не в этом только заключается пост, это только часть поста. А пост это то, когда человек раскрывает свое сердце так, что он видит все то ненужное и отметает его, и берет только нужное, чтобы сохранить свое сердце. А молитва? Молитва... это то состояние, когда душа, ощущая божественный мир, непрерывно взывает ко Господу: помоги, недопусти... Недопусти, чтобы совершилось во мне убийство самого главного чувства: совести. И вот, в конце этой недели, не знаю, как Вы, но я все таки чувствую состояние недостоинства. И вот для меня сегодняшний день является большим утешением. В каком смысле? А вот перед нами, перед нашими духовными очами стоит Мария Египетская. Эта грешница, которая стала классическим ликом, классическим образом христианской женщины. Она была страшная куртизанка Александрии, Египта. Она была блудница. Она была публичная женщина. Она была красавица. И она не знала предела своего разврата. И вот она случайно увидела, как толпа садилась на корабль. И она, не для того, чтобы ехать в Палестину, а для того, чтобы устраивать свои дела куртизанки среди богомольцев, тоже села на этот корабль. Так и приплыла она в Иерусалим.
Она пошла с тою толпой, которая шла поклониться Кресту Господню. От чего бы нет? Вся толпа шла, и она пошла. И вот, когда толпа вошла уже в притвор, то тут, что ни делала уже Мария — она никак не могла войти в храм. Уже почти все вошли, а ее как-будто к месту приковало. Как бы ветром или волною что-то отгоняло ее. Как она ни трепетала, как она ни хотела войти, но она не могла, ее не пускало. Наконец она поняла, что ее не допускала какаято страшная сила. И тут она взглянула: перед нею стоял лик, икона Богоматери с Младенцем. И сразу для нее вскрылась эта пелена, закрывавшая ее совесть. Слыхала она о Христе, и слыхала она, что Христос звал к целомудрию. И тут совесть раскрыла ей весь ее грех, и тут упала она перед Царицей Небесной с этим воплем: Прости! Помоги! И тут она сама не увидела и не поняла, что случилось. Она вдруг сразу, будто бы ветром поднята, была внесена в храм и упала перед Крестом Господним. И тут с ней совершилось чудо: у ней появилась жажда чистоты, целомудрия. Ей захотелось этой легкости, совести чистой. И когда она почувствовала прощенье, она уже ни на кого не смотря, без всего, бросилась к Иордану, прошла через Иордан и вот скрылась в этой пустыне. И так семнадцать лет она жила в состоянии трезвения, и вот, как говорила, грызла землю, чтобы уничтожить вот эти похоти, эти плотские стремления, — эти вражьи "рода сего" движения тела.
А потом 17 лет она была в славословии Божественной Благодати. Она была как ангел. И вот, я говорю, что для нас сегодняшний день, который ставит перед нами Св. Церковь, есть утешение. Нет грешника, которого Господь бы не простил. Братья и сестры! Ведь каждый из нас, безусловно, покроется гробовой доской. Ведь каждый из нас скроется в могиле. А душа пойдет в вечность. Что же будет там? Думаем ли мы хоть иногда о том, что там будет? Церковь все зовет и зовет нас к покаянию. Но как начать это? Вот тут и обратите внимание: Мария не могла войти в храм, кто-то не пускал. Просмотрите себя, свою совесть. И у вас то же самое: кто-то не пускает к полной преданности Христу. Прервите это. Но как? А вот так, как Мария. Бросьтесь к Богоматери. Вот об этом я вас и прошу. Это самая большая радость. И ко Господу бросьтесь: Господи помоги, чтобы быть христианином. Помоги, чтобы систула и диастула выбивала бы только одно чувство: преданности Господу, исполнение Его заповедей. И тогда... тогда наступит ясная, яркая весна. И приблизившись к празднику Пасхи, мы услышим Христово слово: мир вам! И этот мир да почиет в нас.
Благословение Господне на Вас...
Лазарева Суббота
"Тем же и мы Тебе, Победителю смерти, вопием: Осанна в вышних, благословен Грядый во имя Господне!" Великий это Праздник, братья и сестры! Вдумайтесь только: "Победитель смерти!" Много победителей в истории человечества: многие талантливые врачи победили многие болезни, многие полководцы побеждали огромные армии, целые государства. Есть победители пространства, как изобретатели автомобилей, аэропланов, победители расстояния — изобретатели телефона, телеграфа... и т.д. Но "победителя смерти" весь мир не знает никого, кроме Иисуса Христа. Он Один. Даже, так называемый "неверующий мир" не может назвать другого имени. Никто из самых выдающихся людей никогда даже не претендовал на это. А Он есть, был и будет — наш Спаситель и Господь. За Свою историческую евангельскую жизнь Он доказал это в трех случаях: воскресение дочери Иаира, воскресение сына Наинской вдовы, и вот в сегодняшнем евангелии: воскресение Лазаря. Смерть дочери Иаира была как бы свежая, недавняя смерть. Она умерла, пока Христос и отец ее шли к ней. Даже Христос назвал это "сном", но люди смеялись над Ним, зная, что она умерла. Он же, выслав всех вон и взяв ее за руку, возгласил: Девица, встань! И возвратился дух ее, она встала, и Он велел дать ей есть.
У сына вдовы Наинской смерть как-бы крепче вступила в свои права: умершего положили уже на одр, его вынесли не только из дома, но уже выносили из городских ворот. Господу, чтобы прикоснуться к одру, надо было остановить несших. И только тогда Он сказал: "Юноша, тебе говорю, встань!" Мертвый, поднявшись, сел и стал говорить. И отдал его Иисус матери его.
И вот теперь Лазарь. Победа смерти здесь была окончательная, стопроцентная. Лазарь был уже четыре дня во гробе. Был плач, но надежды на моментальное воскресение не было ни у кого никакой. Даже одна из сестер покойного сказала Господу: знаю, что воскреснет в Воскресение, в Последний День. Даже Сам Господь, когда увидел ее плачущую и пришедших с нею иудеев плачущих, Сам восскорбел духом, возмутился и прослезился. Наконец Он сказал: "отнимите камень". Тут даже сестра умершего не выдержала и говорит Ему: "Господи! уже смердит, ибо четыре дня, как он во гробе". Итак, отняли камень от пещеры, где лежал умерший. И Христос возвал громким голосом: "Лазарь! иди вон". И вышел умерший, обвитый по рукам и ногам погребальными пеленами, и лице его обвязано платком. Иисус говорит им: "Развяжите его, пусть идет".
Кроме смерти телесной, есть еще смерть душевная. Телесная смерть всем видна, душевная же смерть обычно незаметна для людей. Ее чувствует только сам умерший. Много говорит об этом Владыка Феофан Затворник. Бывает так: набежит греховная мысль и возбудит греховное чувство, но душа спохватится, воззовет ко Господу с покаянием, и Господь, как у дочери Иаира, как бы возьмет протянет руку и скажет: Душа, встань! И жизнь опять потечет радостно. Но бывает и так, что мы не спохватимся вовремя и грех глубже войдет в душу, как бы выйдет из дому, получится полное сочувствие к нему, начнется бурление... Но и тут, по молитве нашей общей Матери Церкви Христовой, которая плачет пред Господом за своих чад, мы можем встрепенуться, и Господь скажет нам, как сыну вдовы Наинской: Душа, тебе говорю, встань! Вот и спасение. Ну а что же делать, если грех совсем поработит душу, как бы камнем гробовым покроет ее, и так будут идти дни за днями, и страсти начнут издавать свой греховный смрад... вот как у Лазаря? Что тогда делать? Вот тогда нам необходима исповедь, то таинство, которое установил Христос после Своего Воскресения, когда сказал ученикам: "Примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся". Смотрите, как все это отражено в воскресении Лазаря. Ведь Лазарь сам не мог выйти из гробовой пещеры — она была завалена камнем. Он и идти то не мог: т. к.