Страница 19 из 34
Вспомнишь меня потом, через несколько лет, когда все это сбудется. И тогда ты скажешь: "Прав был Батюшка...".
Пророческие слова!
Да сподобит нас Господь убедиться в этом!
"СКОРАЯ ПОМОЩЬ" ОТЦА ПОРФИРИЯ
Я очень хорошо помню, как 27 июля (к сожалению, не помню, какого года) город Афины оплакивал сотни и даже тысячи людей, погибших от ужасной жары. В этот день к моей жене - врачу-педиатру - срочно обратились с просьбой, чтобы она помогла одному ребенку, жизнь которого находилась в опасности, возможно, из-за сильной жары.
Поскольку профессия врача - это фактически служение, выбора у нас не было. Мы не имели права отказать в помощи. Поэтому, пренебрегая опасностью, грозившей нам самим, и не считаясь со строгими предупреждениями со стороны средств массовой информации, настаивавших на том, чтобы люди по возможности не выходили на улицу и чаще принимали душ, мы немедленно отправились по указанному адресу.
Когда мы приехали, моя жена вошла в многоэтажный дом и скрылась в одной из многочисленных квартир. Я в поисках парковки неимоверно страдал от прямых солнечных лучей (было два-три часа дня). Сидеть в машине я просто не мог, так как это было опасно для жизни. Поэтому я вышел из нее и спрятался в тени дерева. Однако воздух так раскалился, что нечем было дышать. Он буквально обжигал лицо и неприкрытые части тела. В поисках спасения я вернулся в машину. Посмотрев в зеркало, я увидел, что мои лицо и уши были явно обожжены, и очень испугался.
В это время по радио передавали тревожные вести о том, что количество умерших от жары установить пока не удается. Во всяком случае, народу погибло столько, что, по словам диктора, на одном лишь кладбище в районе Перистери из-за недостатка места остались незахороненными сотни трупов и что возникает опасность эпидемии. Не могу сказать, что эти известия оставили меня равнодушным.
Между тем ужасающая жара еще больше усиливалась в машине, стоявшей на солнце, и превращала ее в раскаленную печь. Мне сделалось совсем плохо, так плохо, что я перестал контролировать свои действия.
Огромным усилием воли я заставил себя встать и попытался найти кого-нибудь поблизости, кто мог бы оказать помощь. К несчастью, на всем проспекте не было ни души, а окна и двери многоэтажных домов были плотно закрыты. Такое чувство, что город совершенно вымер!
Я с ужасом осознал, что положение мое безнадежно. Оказавшись в такой критической ситуации, я воззвал о помощи к отцу Порфирию, моля его горячо и страстно - ведь опасность была так велика!
И чудо произошло!!!
Быть может, впервые Батюшка вмешался так непосредственно и так решительно.
Я не знал ни в какой квартире, ни на каком этаже находилась тогда моя жена, но вдруг услышал ее голос. Она меня звала с веранды какой-то квартиры и спрашивала, не случилось ли чего со мной и не нужна ли мне помощь.
И я ей ответил, что все в порядке, потому что на самом деле помощь уже пришла, и пришла она от Батюшки. Я почувствовал себя вдруг окрепшим и сильным как никогда! Невероятно! На меня произвело особое впечатление то, что одновременно вмешались и Батюшка, и моя жена, а такой сверхъестественной чуткости с ее стороны я не припомню за всю нашу двадцатилетнюю совместно прожитую жизнь.
Я знаю множество чудес, совершенных отцом Порфирием, но такой "оперативности" и столь быстрого результата я не ожидал. Мне не забыть об этом никогда. Я благодарен тебе, Батюшка!
ОТЕЦ ПОРФИРИЙ... ДИЕТОЛОГ
Каждый раз, когда я публиковал свои работы - либо в научных изданиях, либо в периодической печати,- всегда первой моей заботой было посвятить их моему духовному отцу - старцу Порфирию. И он принимал такие посвящения с огромной радостью. Он внимательно их читал, бывал очень доволен и благословлял мои труды.
Я, однако, никогда и предположить не смел, что Батюшка станет тратить свое столь драгоценное время на чтение моих работ, не имевших порой никакого отношения к религии. Поэтому каждый раз, когда я давал ему экземпляр той или иной книги, то делал это просто для того, чтобы выразить мое к нему уважение.
Когда в журнале "Организации социального страхования" была опубликована моя статья о свободном выборе профессии врача как у нас, так и за рубежом, я отправился к Батюшке, чтобы передать статью ему лично. Я всегда так делал. Как только я вошел в его келью, он встретил меня радостными возгласами.
- С приездом! Я тебя ждал! Девочки, что я вам говорил утром? Разве я не говорил, что приедет господин Анаргирос со своей семьей? Позовите-ка сюда такую-то.
- Пожалуйста, Старче.
- Что я тебе говорил утром, когда проснулся?
- Что приедет господин Анаргирос с госпожой Софией и сыном Яннисом.
- Ты слышишь? Я знал, что ты сегодня приедешь. И я тебя с утра ждал. Почему ты опоздал?
- Была небольшая проблема с машиной. Но я не собирался сегодня к вам, Батюшка! Мы с женой в последнюю минуту решились на эту поездку.
- Оставь, что ты говоришь? Каждый раз, когда ты собираешься сюда приехать, я уже с утра говорю об этом своим женщинам [1]. Только ты приезжай почаще, потому что всем вам это очень полезно. И тебе, и госпоже Софии, а особенно ребенку. Здесь, среди сосен, вы освежите свои легкие. Афины в скором времени станут городом, в котором невозможно будет жить... Пойдем пройдемся немного, нам обоим это нужно.
И мы пошли. По дороге я отдал ему экземпляр моей новой статьи. Он меня поблагодарил, прочел мое посвящение и улыбнулся:
- Все премудрости пишешь... Ты очень устаешь, дитя мое! Откуда ты берешь все эти материалы? Если все твои работы так содержательны, ты заслуживаешь горячих поздравлений.
- Вы их прочли, Батюшка?
- Все! Разве мог я их не прочесть? Как это тебе в голову пришло? Разве могу я не знать о работе моего чада? Я горжусь, когда дети мои растут и делают успехи. Мне это приносит большое удовлетворение, ибо это служит доказательством, что молитвы мои доходят до Господа.
Как читал мои статьи Батюшка, не знаю. Читал ли он так, как мы обычно читаем, или как-то по-своему? Тогда мне не приходило в голову, что он читает как-то иначе. Теперь я вижу, что все возможно.
А Батюшка продолжал:
- На меня особое впечатление произвело то место, где ты обращаешься к совести застрахованного рабочего и работодателя. Все, дитя мое, есть вопрос совести. Давай посмотрим, помню ли я название твоей статьи? Думаю, что она как-то так называлась: "Совесть застрахованного служащего или рабочего и работодателя как главное условие успеха в деле". Разве не так?
Я, по правде сказать, забыл. Ведь столько лет прошло, что я и сам не помнил названий своих статей. Так я получил еще один урок по поводу своих сомнений, приходивших мне в голову всякий раз, когда я давал Батюшке экземпляр той или иной статьи, опубликованной мною.
Затем Батюшка продолжил разговор о совести и, к моему великому изумлению, остал осыпать меня похвалами. В конце концов он заключил:
- Ну ты молодец! Ты мудр. Ты это и сам знаешь?
Я сделал вид, что не слышу.
- Ты слышишь, что я тебе говорю? Ты знаешь, что ты мудр?
Я опять сделал вид, что не слышу, и постарался заговорить на другую тему. Увидев огромное количество лука в огороде скита, я воскликнул:
- Сколько лука! Что вы с ним будете делать, Батюшка?
- Я тебе одно говорю, а ты мне другое. Тебя интересует, что я буду делать с луком, дитя мое? Да разве есть лучшее лекарство, чем лук? Знаешь, какими свойствами он обладает?
- Как же не знаю? Он улучшает работу сосудов, расширяет их...
- Вот видишь, разве я не прав? Откуда ты это знаешь? Кто тебе сказал? Ведь на самом деле лук - прекрасное сосудорасширяющее средство. Он очень помогает работе сердца, сосудов, нормализует артериальное давление и так далее. Он тонизирует организм человека. Скажи своей жене, чтобы она побольше его употребляла.
Когда мы оказались перед полем, засаженным латуком, он спросил меня:
- А ты знаешь, каким витамином богат латук?
- Я слышал, что в нем очень много витамина Е.
- Да. Именно так. Ешьте больше салата из латука. А чтобы не травмировать желудок, надо обдать листья кипятком, чтобы они размягчились. Потом слегка отварить - и они готовы к употреблению. И для желудка это легче. А скажи, вы морковку едите?