Страница 18 из 53
И, несомненно, светолюбцы премудрее миролюбцев. Пред такою высокою мудростью ничто самая утонченная изворотливость миролюбцев. Последние увлечены призраком земным, опутаны им всецело. Они не могут развернуться, чтобы уверовать в слово Господа и действовать так, как действуют наследники вечных благ... Когда сыны Света встречаются с сынами века на одном и том же поприще, то всегда бывают в проигрыше. Почему? - По простоте своей не могут они угадать всех хитростей, которые употребляются сынами века сего, и всегда бывают обойденными во всем. Стремясь к высшей, небесной жизни и как бы ногами только касаясь земли, забывают они о приемах, необходимых при устройстве земного быта, теряют всю мудрость земную. Сыны же века, непрерывно занятые устройством всего нужного, по их духу, для удобств жизни, развивают в себе в этом направлении необыкновенную сноровку, находчивость и предусмотрительность, против которой где уж устоять простоте и доверчивости сынов Света! Сыны века в делах своих исходят от своего "я", от "самости". Они не могут быть покойны, пока не оградят себя отовсюду всеми способами самоохранения, в прочности которых они убеждены. Все течет и изменяется, поэтому они заняты придумыванием новых способов своего обеспечения и отстаивания пред теми, кто с ними одного же духа. От того - постоянные заботы: подводить мины и устраивать контрмины.
Сыны Света, возлагающие все свое упование на Бога, чужды таких хитростей. Они живут друг с другом в простоте, откровенности и полном доверии. Не мудрят и не хитрят между собою. Св. ап. Иаков простоту сынов Света называет истинною мудростию, хитрость же сынов века хоть и называет мудростью, но происхождение ее считает низким и темным. Их мудрость есть мудрость земная, душевная, бесовская. В ней таится злоба, охваченная очередной целью, она пользуется всем, на время забывает даже свое любящее сердце... Истинная мудрость мирна, кротка, смиренна, исполнена милости и плодов добрых, не сомневающаяся и нелицемерная, свыше сходящая, Божественная.
Люди, преданные духу мира, сынов Света считают неумными, устарелыми во взглядах, отсталыми, а на деле, по суду Божию, сами они только кажутся мудрыми, но не суть таковы...
Одна из самых лакомых приманок мира - богатство. При богатстве сам владелец не становится лучше, а только внешность его делается более показною. Считают богатство опорою крепкою, а оно - гнилая опора, разрушающая, текучая - опыт с Россией. Спаситель называет богатство неверным, потому что признает его не истинным, по его непрочности, обманчивости и лживости...
Бедные и нуждающиеся - то наши посредники в приобретении друзей на Небе. Угодить Богу, снискать Его милость и близость можно только чрез помощь страждущим, нищетным, впавшим в крайние лишения. Ведь все временные блага не наши, они только вверяются нам на время от Бога. Нашим же является предопределенное нам вечное блаженство в Богообщении. "Божественные силы для жизни благочестивой, в познании Призвавшего нас явлением славы Своей и благости, чтобы стали мы чрез них причастниками Божеского естества, избежав от сущего в мире растления всякой похоти" (2 Петр. 1, 3-4, перевод К.П. Победоносцева).
Над всем, что вверяется человеку в этой жизни, можно сделать надпись от имени Господа: "Это - тебе, Мне же дай сердце". Пусть сердце будет объято огнем Боголюбия - тогда отступит ядовитое себялюбие и из него вытекающее сребролюбие. Нельзя одним и тем же сердцем преследовать интересы и временные, и вечные. Кто примет в свое сердце всемогущую силу Боголюбия, тот и душу свою оживит, реально приблизясь к жизни вечной как прямой наследник ее. От сладости любви Божией душа готова забыть все земное.
Иван Васильевич Попов
Можем ли мы забыть своих родных, выдающихся людей? Среди них в памяти стоит светильник знания, мученик за веру и Церковь, И.В. Попов.
О его учености хорошо сказал в Соловках ссыльным профессорам и духовенству архиепископ Иларион - сам немалая величина в науке: "Если бы, отцы и братия, все наши знания сложить вместе, то это будет ничто пред знаниями Ивана Васильевича". Иван Васильевич без монашества был истинным монахом, безбрачным и девственником, смиренным тружеником, воздержником в пище и напитках, благоговейным молитвенником к Богу. Имея дар благодати Божией - "слово премудрости" (1 Кор. 12, 8), он трудами удесятерил талант, послужил им Церкви с великой пользой и прославил ее своей мученической кончиной.
Незадолго до революции он со скорбью отмечал настроение интеллигенции того времени: "Глубокое и печальное разобщение существует у нас между Церковью и обществом, между духовной и светской школами. Общество не знает нас и не хочет знать. Оно не выписывает наших журналов, не читает наших диссертаций, бежит толпами вон из Церкви при первом появлении на кафедре проповедника. Причиной этого печального разобщения между Церковью и представителями нашей интеллигенции служит то, что эти общественные силы перестали понимать друг друга, перестали понимать друг друга даже тогда, когда говорят об одном и том же". А между тем заграницей лучше знали и ценили наших ученых, подобных Ивану Васильевичу, чем свои, русские! Любовно читали и переводили их диссертации на свой язык. Например, проф. Глубоковского оценила вся Европа, а о В.В. Болотове сам Гарнак, корифей-историк, счел возможным сказать: "У нас в Германии не было таких профессоров с необъятным знанием и мученическим трудолюбием, как В.В. Болотов".
Поистине, христианская наука безгранична, как безгранична сама Божественная жизнь, к общению с которой призван дух человеческий. Иван Васильевич был проникновенным лектором по патрологии. Им талантливо написано редкое сочинение на тему: "Идея обожения в древневосточной Церкви", где он всесторонне раскрывает: "Тесное соединение Бога и человека в Лице Искупителя. Бог - само бытие, сама жизнь. Он истребил принцип тления и передал ему Свое собственное бессмертие. Тело Христа, облеченное в бесплотное Божие Слово, не боится уже ни смерти, ни тления, потому что имеет ризою жизнь... Божество как бы намастило это святое тело и неизреченно вложило в него Свою собственную светлость и нетление". (Афанасий Алекс.). Поэтому, если Христос умер, то лишь вследствие того, что "Божественному Логосу угодно было временно отдалиться от Своего Тела, но смерть не могла удержать в своей власти этот храм самой жизни, и человек, воспринятый Самим Богом, воскрес в третий день и победил принципиально последнего врага жизни - смерть. Повинуясь закону развития, человеческая природа Христа постепенно прониклась Божественными свойствами. Вот Он Младенец, и никто не подозревает в Нем Бога. Одиннадцати лет Он уже удивляет Своею мудростью книжников и старцев. Потом апостол Петр узнает в Нем Сына Божия, вслед за Петром видят это и прочие ученики.
На Фаворе сквозь покровы плоти льются потоки Божественной славы, ибо Бог есть свет. Даже одежды Свои Христос показал белыми как свет, потому что из всего Тела Спасителя истекала слава Божества Его и во всех членах сиял свет Его" (Ефрем Сирин). "По воскресении не все и не во всяком состоянии могут видеть чувственными очами одухотворенное тело Спасителя, входящее через затворенные двери. При вознесении на небо человечество Христа становится предметом поклонения для ангелов, и уже само оно, а не в качестве лишь орудия, делается животворящим и получает способность творить чудеса. "Дадеся Ми всяка власть на небеси и на земли" (Мф. 28, 18), - говорит возносимое человечество. Оно садится теперь одесную славы Всевышнего и, сохраняя свои очертания, сияет Божественным блеском, как на Фаворе" (Григ. Богосл.). Далее этого церковного учения пошел Григорий Нисский, но об этом когда-нибудь; а здесь место не позволяет - необходимо быть кратким.
"Поэтому, если Христос испытывал голод, страдал, умер, то это было актом Его доброй воли и чудом, которое совершил Искупитель, чтобы разделить участь тех, для спасения которых Он пришел... Во Христе Божество соединилось не с Одним только Иисусом, но со всем родом человеческим, поэтому и искупленные Им достигнут подобной же славы".
"Христос излил на верующих Духа Святого, и Дух Своею сущностью срастворяется с их душой и телом... но человеческое я сохраняет свою самостоятельность и не сливается с Духом святым в одну личность и одно самосознание... Когда Дух Святой нисходит на человека и соединяется столь тесно, последний становится Богоносным или духоносным, и его природе передаются Божественные свойства. Силою Духа Святого он творит знамения, его ум, сверхъестественно обновленный, видит видения, получает откровения, в себе самом созерцает свет Божества. Сам Дух творит в нем заповеди Господни. Нравственное настроение человека становится чисто, как кристалл, и это достигается без усилий с его стороны. Радость, отблеск Божественного блаженства, наполняет его сердце. Но окончательного прославления искупленные достигнут только после всеобщего воскресения. Христос одождит Духа Святого на рассыпавшиеся в прах кости, и Дух сообщит этим останкам бессмертие собственной природы. По воскресении жизнь тела окончательно выступит из сферы физического и будет сохраняема непосредственно силою Духа Святого. В настоящее время для поддержания жизни тело нуждается в пище, жилище, одежде, тогда все эти нужды будут удовлетворяться действием Духа Святого, проникающего тело и сообщающего ему нетление, бессмертие и прославленный, светоносный вид".