Страница 4 из 12
Сделав, таким образом, беглый обзор содержания и символики Апокалипсиса, остановимся теперь на некоторых главнейших его частях.
Письма семи церквам (2-3 гл.)
Семь церквей — Ефесская, Смирнская, Пергамская, Фиатирская, Сардийская, Филадельфийская и Лаодикийская — находились в юго-западной части Малой Азии (теперь Турции). Их основал апостол Павел в 40-х годах первого века. После его мученической смерти в Риме около 67-го года заботу над этими церквами взял на себя апостол Иоанн Богослов, который их окормлял примерно сорок лет. Попав в заточение на остров Патмос, апостол Иоанн оттуда писал этим церквам послания, чтобы подготовить христиан к предстоящим гонениям. Письма обращены к «ангелам» этих церквей, т.е. епископам.
Внимательное изучение посланий семи малоазийским церквам, наводит на мысль, что в них начертаны судьбы Церкви Христовой, начиная с апостольского века и до времени конца мира. При этом, предстоящий путь новозаветной Церкви, этого «Нового Израиля», изображен на фоне важнейших событий в жизни ветхозаветного Израиля, начиная с грехопадения в раю и кончая временем фарисеев и саддукеев при Господе Иисусе Христе. Апостол Иоанн использует ветхозаветные события в качестве прообразов судеб новозаветной Церкви. Таким образом, в письмах к семи церквам переплетаются три элемента:
а) современное автору состояние и будущее каждой малоазийской церкви;
б) новая, более глубокая интерпретация ветхозаветной истории; и
в) грядущие судьбы Церкви.
Сочетание этих трех элементов в письмах семи церквам суммировано в приложенной здесь таблице.
Примечания: Ефесская церковь была самой многолюдной, и имела статус митрополии в отношении соседних малоазийских церквей. В 431-ом году в Ефесе состоялся 3-й Вселенский собор. Постепенно светильник христианства Ефесской церкви угас, как и предсказал апостол Иоанн. Пергам был политическим центром западной части Малой Азии. В нем доминировало язычество с пышным культом обоготворенных языческих императоров. На горе вблизи Пергама величественно возвышался языческий памятник-жертвенник, — упоминаемый в Апокалипсисе как «престол сатаны» (От. 2:1331). Николаиты — древние еретики-гностики. Гностицизм явился опасным искушением для Церкви первых веков христианства. Благоприятной почвой для развития гностических идей явилась синкретическая культура, возникшая в империи Александра Македонского, объединившая Восток и Запад. Религиозное мироощущение Востока, с его верой в вечную борьбу между добрым и злым началом, духом и материей, телом и душой, светом и тьмой, в сочетании со спекулятивным методом греческой философии, породило различные гностические системы, для которых было характерно представление об эманационном происхождении мира из Абсолюта и о множестве посредствующих ступеней творения, соединяющих мир с Абсолютом.
Естественно, что с распространением христианства в эллинистической среде возникла опасность его изложения в гностических терминах и превращения христианского благочестия в одну из религиозно-философских гностических систем. Иисус Христос воспринимался гностиками, как один из посредников (эонов) между Абсолютом и миром.
Одним из первых распространителей гностицизма среди христиан был некто по имени Николай — отсюда название «николаиты»в Апокалипсисе. (Предполагают, что это был Николай, который в числе других шести избранных мужей был рукоположен апостолами в дьяконскую степень, см.: Деян. 6:532). Искажая христианскую веру, гностики поощряли нравственную распущенность. Начиная с середины первого столетия, в Малой Азии процветало несколько гностических сект. Апостолы Петр, Павел и Иуда предупреждали христиан не попадать в сети этих еретиков-развратников. Видными представителями гностицизма были еретики Валентин, Маркион и Василид, против которых выступили апостольские мужи и ранние отцы Церкви.
Древние гностические секты давно исчезли, но гностицизм как слияние разнородных философско-религиозных школ существует и в наше время в теософии, кабале33, масонстве, современном индуизме, йоге и в других культах.
Видение небесного Богослужения (4-5 гл.)
Апостол Иоанн получил откровение в «День Господень», т.е. в воскресенье. Следует предполагать, что по апостольскому обычаю в этот день он совершил «преломление хлеба», т.е. божественную Литургию и причастился, поэтому он «был в Духе», т.е. испытывал особое вдохновенное состояние (От. 1:1034).
И вот, первым, чего он удостаивается увидеть — это как бы продолжение совершенного им богослужения — небесную Литургию. Это богослужение апостол Иоанн описывает в 4-ой и 5-ой главах Апокалипсиса. Православный человек узнает здесь знакомые черты воскресной Литургии и важнейшие принадлежности алтаря: престол, семисвечник, кадильницу с курящимся фимиамом, золотую чашу и т.д. (Эти предметы, показанные Моисею на Синайской горе, употреблялись также и в ветхозаветном храме). Увиденный апостолом закланный Агнец посреди престола напоминает верующему человеку Причастие, под видом хлеба лежащее на престоле; души убиенных за слово Божие под небесным престолом — антиминс с вшитыми в него частицами мощей святых мучеников; старцев в светлых одеждах и с золотыми венцами на головах — сонм священнослужителей, соборно совершающих Божественную Литургию. Примечательно здесь, что даже сами возгласы и молитвы, слышанные апостолом на Небе, выражают суть молитв, которые священнослужители и певчие произносят во время главной части Литургии — Евхаристического канона. Убеление праведными своих одежд «Кровью Агнца» напоминает таинство Причащения, через которое верующие освящают свои души.
Таким образом, апостол начинает раскрытие судеб человечества с описания небесной Литургии, чем подчеркивает духовное значение этого Богослужения и необходимость молитв святых о нас.
Примечания. Слова «Лев из колена Иудина» относятся к Господу Иисусу Христу и напоминают пророчество патриарха Иакова о Мессии (Быт. 49:9-1035), «Семь Духов Божиих» — полнота благодатных даров Духа Святого (см.: Ис. 11:236 и Зах. 4-я гл.). Множество очей — символизируют всеведение. Двадцать четыре старца соответствуют двадцати четырем священническим чредам, установленным царем Давидом для служения в храме — по два ходатая на каждое колено Нового Израиля (1 Пар. 24:1-1837). Четыре таинственных животных, окружающих престол, подобны животным, виденным пророком Иезекиилем (Иез. 1:5-19). Они, по-видимому, являются существами, самыми близкими к Богу. Лица эти — человека, льва, тельца и орла — взяты Церковью в качестве эмблем четырех Евангелистов.
В дальнейшем описании горнего мира встречается много нам непонятного. Из Апокалипсиса мы узнаем, что ангельский мир необъятно велик. Бестелесные духи — ангелы, подобно людям наделены Творцом разумом и свободной волей, но их духовные способности во много раз превосходят наши. Ангелы всецело преданы Богу и служат Ему молитвой и исполнением Его воли. Так, например, они возносят к престолу Божию молитвы святых (От. 8:3-438), содействуют праведникам в достижении спасения (От. 7:2-339; 14:6-1040; 19:941), сочувствуют страждущим и гонимым (От. 8:1342; 12:1243), по повелению Божию наказывают грешников (От. 8:744; 9:1545; 15:146; 16:147). Они облечены могуществом и имеют власть над природой и ее стихиями (От. 10:148; 18:149). Они ведут войну с дьяволом и его бесами (От. 12:7-1050; 19:17-2151; 20:1-352), принимают участие в суде над врагами Божиими (От. 19:453).
Учение Апокалипсиса об ангельском мире в корне ниспровергает учение древних гностиков, признававших промежуточные существа (эоны) между Абсолютом и вещественным миром, которые совершенно самостоятельно и независимо от Него управляют миром.
Среди святых, которых апостол Иоанн видит на Небе, выделяются две группы, или «лика»: это — мученики и девственники. Исторически мученичество есть первый род святости, и поэтому апостол с мучеников и начинает (6:9-1154). Он видит их души под небесным жертвенником, что символизирует искупительное значение их страданий и смерти, которыми они участвуют в страданиях Христовых и как бы дополняют их. Кровь мучеников уподобляется крови ветхозаветных жертв, которая стекала под жертвенник Иерусалимского храма. История христианства свидетельствует, что страдания древних мучеников послужили к нравственному обновлению дряхлого языческого мира. Древний писатель Тертулиан писал, что кровь мучеников служит семенем для новых христиан. Гонения на верующих будут то утихать, то усиливаться в течение дальнейшего существования Церкви, и поэтому тайнозрителю было открыто, что новым мученикам предстоит дополнить число первых.