Страница 27 из 30
Брат послал карету только по великому настоянию больной и других лиц. На пути к собору были с нею два припадка столь сильные, что едва могли держать ее; почти на руках сопровождавших ее она была внесена в церковь.По приезде в собор больная не помнила, что с нею происходило во время переезда, даже не сознавала, как была введена в собор. Было это перед вечернею, в продолжении которой она пришла в сознание и сидела, поддерживаемая сиделками. По окончании вечерни она сама через сторожа просила священника отслужить молебен. Во время молебна стояла с помощью сиделок. Молилась усердно и делала земные поклоны с верою и упованием на милосердие Божие и заступление Царицы небесной. При чтении евангелия над преклоненною ее главой чувствовала, как будто кто облил ее самою холодною водою с головы до ног, и в это время ощутила, по собственному ее выражению, во всех членах своих какой-то трепет. По окончании молебна, когда священник осенил ее св. крестом, она уже решилась, чувствуя в себе силы, сделать шаг вперед. Сделав его без затруднений, она подошла к священнику и приложилась ко кресту, потом подошла к образу Тихвинской Божией Матери, как бы здоровая, без всякого препятствия. Приложилась к чудотворной иконе, она почувствовала крепость в силах и отошла от образа совершенно здоровою.
Прикладываясь ко всем местным иконам в храме с земными поклонами, оделила всех бывших в церкви нищих милостынею и вышла через западные двери собора, обошла его почти кругом и шла пешком до находящегося вблизи дома военного министерства, где уже села в карету и приказала везти себя к сестре, проживавшей в доме Ольхиной, близ Казанского моста.Сестра, увидевши ее, так была удивлена, что, по ее словам, скорее готова была поверить, если б сказали, что дом, в котором она живет, обрушился, нежели видеть у себя сестру здоровою. После краткого свидания с сестрою, она возвратилась в больницу св. Ольги в 9 часов вечера и сама вошла в 4-й этаж, в свою комнату. Больные, зная, что она отправилась для выполнения чудесного сновидения, ожидали с нетерпением ее возвращения и, увидев ее здоровою, вознесли горячие молитвы к Царице небесной, исцеляющей немощи душевные и болезни телесные. После сего она оставалась в больнице несколько недель, посещала больничную Православную Церковь и выбыла к родным совершенно здоровою. Мы весьма сократили сказание о сем чуде. Полное описание болезней и исцеления девицы Левестам приложено к сказанию о чудотворно-явленной Тихвинской иконе Божией Матери (издание 1864 года).
Оно составлено на основании записок врачей, пользовавших больную, на основании двух писем самой девицы Левестам о чудесном исцелении ее и на основании свидетельств лиц, соприкосновенных к больной, которые подтвердили повествование своею подписью.Прочитав записку о болезни и исцелении Левестам, брат ее между прочим написал: "Прочитав историю болезни, лечения и исцеления сестры моей Екатерины Левестам, быв ближайшим свидетелем всего, считаю нужным дополнить, что болезнь ее была гораздо сильнее и момент исцеления гораздо чудеснее, чем сказано в описании... После сновидений, изложенных в описании, я не хотел дать кареты сестре моей, потому что искренно не верил, чтобы молитва ее в Исаакиевском соборе перед иконою Божией Матери могла произвести такую перемену, какая действительно от того случилась, да и положение ее было столь трудно, что мне казалось рискованным выносить ее из комнаты; она могла в дороге умереть, и тогда вся ответственность перед родными и знакомыми ложилась на меня... Сохранение сестры моей от смерти и избавление ее от болезни есть действительно событие сверхъестественное и особенный закон милосердия Божия. Главная болезнь ее: пляска Витта, корчи, подбрасывание вверх и в сторону, камни и кровотечение из гортани совершенно исчезли и не возобновлялись после посещения ею Исаакиевского собора.
Зная в точности историю дела, не удивляюсь, что молва об исцелении распространилась не только по всей России, но даже из-за границы, из Рима, спрашивали меня о подробностях болезни и выздоровления, - я отвечал утвердительно согласно с настоящим описанием".В 1861 году совершились два исцеления по молитвам к иконе Божией Матери Гербовецкой (в Гербовецком монастыре Бессарабской области), описанные архиепископом Анатолием (бывшим Могилевским), проживавшим в том монастыре на покое, и помещенные в журнале "Странник" (1866 г., март).
Дивногорской
Крайне замечательно исцеление, совершенное через Дивногорскую икону Божией Матери в 1863 году. Крестьянка Воронежской губернии, Бобровского уезда, слободы Бутурлиновки Евдокия Иванова Семерина по выходе замуж заболела лихорадкою, которая не оставляла ее 15 лет. После одного нехорошего сна у нее проявилась такая жажда, что все тело от воды опухло и сделалось как склянка, нельзя было есть почти ничего. Не раз она приговорена была к смерти; к тому же, когда вырывали у нее больной зуб, то рот перекосило, левый глаз повредился и лицо изуродовалось. Но, вспомнив совет покойной своей матери прибегать всегда к Царице небесной, она долго молила Божию Матерь избавить ее от болезни, и вот во сне в ту же ночь было ей такое видение: будто она ходит по каким-то высоким меловым горам, между больших столбов; потом очутилась в пещере, из которой не находила выхода, пока какая-то черница не взялась вывести ее и не указала ей дверь. Но лишь только дверь отворена была ей на половину, на противоположной стороне комнаты она увидела икону Божией Матери, которая была в сиянии, богато украшена и вся в цветах. При этом черница, стоя за спиной у нее и указывая на икону, сказала: проси Дивногорскую Владычицу. Видение это глубоко запечатлелось в памяти больной, но имя иконы было при пробуждении забыто. После многих расспросов и хождений по разным местам, одна черница указала ей на Дивногорский монастырь.
Придя туда, она увидела местность и самую икону в том виде, как представились ей во сне. Служили молебен Царице небесной; после молебна больная приложилась к иконе и в тоже время почувствовала облегчение от болезни. Сильная боль головы и глаза унялась, шум и стреляние прекратились, глазом она могла видеть ясно, челюсти сошлись и стали на своем месте, говорить стала свободно, лицо исправилось, лихорадка миновалась, позыв на воду прекратился, есть стала все. Болезнь прошла совершенно. Это событие описано духовным отцом исцеленной протоиереем Иаковом Пахомовым, а Воронежским архиепископом Иосифом сообщено для напечатания в "Душеполезном чтении" [1].Замечательно также бывшее 30-го июня 1863 года исцеление страдавшей беснованием Петербургской купеческой вдовы Глафиры Ив. Артамоновой, которое подробно описано в книжке о чудотворной Тихвинской иконе Божией Матери [2]. Исцеленная сама признала свою болезнь беснованием не устыдилась для славы Божией огласить исцеление от нее через полное описание его."Душеполезное чтение" 1863 г. Ч. I, стр. 454. ^Изд. 1864 г. стр. 70. ^
Утешения в скорбях
В 1863 году 15-го ноября в город Слободской Вятской губернии прибыл с Афонской горы из русского скита св. апостола Андрея Первозванного для сбора иеромонах Паисий и принес с собою: а) небольшой серебряный позлащенный крест с частию древа честного и животворящего креста Господня и б) икону Божией Матери, именуемую "Утешение в скорбях и печалях". От сей иконы совершились великие чудеса: 1) ученик живописца того города Владимир 18-ти лет, сын бывшего священника, Николая Неволина, а в то время иеромонаха Неона, шесть лет не владел языком, потому что не хотел исполнить видения, бывшего наяву. По молитве перед святою иконою Афонскою мальчик облобызал ее и заметил на языке и во всем теле необыкновенное ощущение теплоты и, пришедши в свою комнату, начал говорить свободно. Это событие подтверждено многими, подписавшимися под описанием его, и в заключение отец написал: "Сын мой Владимир, получивший ныне исцеление, шесть лет до сего времени действительно был нем; в том свидетельствую по священномонашеству отец его - Вятского Успенского Трифонова монастыря иеромонах Неон". 2) Дочь умершего причетника Д. Ф. Овчинникова, девица Параскева 27-ми лет, с самых малых лет была косноязычна и могла произносить слова только с большим усилием и скрежетом зубов. По молитве перед иконою Божией Матери стала говорить бойко, нимало не заикаясь, без всяких конвульсий в лице.