Страница 164 из 184
4. Когда ощущение этих тайн получает все время человек посредством того внутреннего ока, которое называется духовным созерцанием и которое есть видение, <происходящее> от благодати, тогда в момент ощущения им той или иной из этих тайн тотчас же сердце его утихает в некоем изумлении. Не только уста его прекращают произнесение молитвы и умолкают, но и само сердце осушается от помыслов благодаря чуду,1275 которое нападает на него, и сладость тайн премудрости и любви Божией получает он от благодати благодаря сознательному ви дению1276 действий и естеств.
5. Это завершение подвижничества души в теле и предел духовного служения, которое совершается в уме. Кто желает достичь вкушения любви Господа нашего, тот должен просить Его, чтобы эта дверь открылась для него. Я удивлюсь, если тому, кто не приступал к Нему с этой <просьбой> и кто не познал ощущение1277 видения тварей и промыслительных <действий Божиих> в них, возможно когда–либо ощутить ту любовь, что пленяет души тех, на кого она нисходит. Таковы <вещи>, открывающие для нас дверь к познанию истины, которое превышает все и которое дает уму путь к славным тайнам досточтимого и божественного Естества.
6. Еще более удивительно то, когда <люди>, непричастные безмолвию и великой отрешенности,1278 дерзают говорить и писать об этой тайне славы Божией в тварях. Блажен, кто вошел этой дверью <и испытал это> на собственном опыте!1279 Слишком бессильна вся сила чернил, букв и словосочетаний, чтобы выразить наслаждение этой тайной.
7. Многие простецы считают, что целью размышления философов является вкушение этой беседы, которая несет <в себе> красоты всех тайн Божиих. Блаженный Василий–епископ в одном из писем к своему брату1280 делает различие между этим <восприятием> философов и тем восприятием, которое получают святые в тварных <существах> – то есть, умственной лестницей, о которой говорил блаженный Евагрий1281 и которая возвышается над всяким обычным видением.
8. «Есть, – говорит он, – беседа, открывающая дверь, <через которую мы можем> всматриваться в знание <тварных> естеств, но не в духовные тайны».1282 Он называет <знание> философов «знанием снизу», которым, по его словам, могут обладать даже подверженные страстям; а то восприятие, которое получают святые через ум посредством благодати, называет он «знанием духовных тайн свыше».
9. Итак, кто удостоился этого, тот ночью и днем пребывает в таком <состоянии>, словно некто вышедший из тела и уже находящийся в том мире праведных.
10. Это и есть божественная сладость, о которой чистосердечный1283 и чудный Аммон говорил, <что она> «слаще меда и сот»,1284 но немногие отшельники и девственники познали ее.
11. И это вход в божественный покой, о котором говорили Отцы,1285 и это переход из области1286 страстей к просветленности и к движениям свободы.
12. И это то, что изобилующий духовными откровениями Евагрий называет «стократной наградой, которую в Евангелии обещал Господь наш».1287 И в изумлении величием этого наслаждения хорошо назвал он его «ключом в Царство Небесное».1288
13. Как перед истинным Богом говорю я: члены тела не могут выдержать это наслаждение, и сердце неспособно вместить1289 его по причине великой сладости его.1290 Что еще можно сказать, если «восприятием Царства Небесного» называют это святые. Ибо это тайна будущего изумления Богом. Не благодаря прозрению в материальный1291 мир и дела его наслаждаются праведники в Царстве Небесном, но благодаря тем <предметам>, которые <в мире>, возводится ум, как по некоей лестнице, к Тому, Кто есть Царство святых, и пребывает в изумлении. Хорошо названо это восприятие «тайной Царства Небесного»; ибо в познании Того, Кто есть истинное Царство всего, <приходим> мы через эти тайны всякий раз, когда ум бывает движим ими, по дару силы Божией.
Беседа 36
Его же. На другие темы, <касающиеся> знания, и о причине непоследовательности в изложении темы, способствующей <лучшему> уразумению <предмета>. 1292
1. Поскольку не всегда одной и той же темы придерживаемся мы,1293 дабы не рассеиваться,1294 а также по причине того, что1295 по необходимости естество ищет разнообразия1296 в занятиях,1297 дабы <иногда> упражняться в чем–либо другом, не можем мы все время придерживаться одной темы,1298 когда пишем слова свои: иногда всецело возвышаются слова наши к небесным <благам> по содержанию своему; иногда же только тему будущего века развивают; или, может быть, они полностью <остаются> на душевном <уровне>, или же полностью <состоят> из наставлений относительно тела.
Но писать на различные темы заставляет нас естество, ибо иногда пребывает1299 оно на небе, иногда же на земле, в страдании;1300 иногда, опять же, возносится оно к Творцу, а иногда остается с тварью в изумлении; иногда также о грядущих <благах> думает оно,1301 размышляя о сокровенных созерцаниях; иногда же <направлено оно> к тому, что относится к домостроительству времен.1302 Поэтому пусть читатель1303 не смущается, воображая, что эти <темы> изложены беспорядочно, но пусть он вникнет в это1304 с пониманием1305 и великой сознательностью,1306 <ибо само> естество изменчивостью своей научило нас посвящать слова наши не только созерцанию, но и тем обстоятельствам, которые связаны с движениями разума.1307 Ибо в одно мгновение промыслительным образом происходят1308 изменения, и тогда необходимо также изменение слов с целью <лучшего> понимания их: зависит же это от состояния человека1309 и от просветленности мыслей1310 его, или же от грубости его, или от страстей, или от обстоятельств. Таким образом, соответственно болезни своей или здравию своему ищет ум словесного питания, которое давало бы ему материал1311 для созерцания, подобно пчеле, которая облетает различные цветы1312 и собирает с них материал, <из которого> изготавливает соты.
2. Когда же ум просвещен хотя бы немного, тогда он не слишком нуждается в материале чувственных слов для созерцания, ибо сами естества тварей и различные промыслительные <действия Божии>1313 по отношению к ним могут <для ума> заменить написанные <слова>.1314 Часто выходит он за пределы этих видимых естеств и в сокровенные сущности проникает мыслью.1315 Бывает, что даже выше этого восходит он и приобретает силу размышлять1316 о досточтимом Творце: благодаря милосердию, <истекающему> из Источника жизни,1317 приближается он внезапно к движениям ума, проникает в божественное Святое Святых, насколько это позволено тварям, <и получает> некое таинственное прозрение относительно их, а также истинное знание достославного и великого естества <Божия>1318 и истинное ощущение того, чего не дерзают касаться написанные слова.1319 Бывает, что по причине таинственности их непозволительно дерзать на то, чтобы записывать их.1320 И бывает, что, поскольку они даже не записаны, то и говорить о них нельзя.
Беседа 37
Каковы признаки смирения, ощущаемые человеком в самом себе. 1321 И о благодарении в искушениях. И как возможно для человека претерпевать их 1322 без жалоб.
1. Постоянные выговоры <со стороны> совести есть признак смирения. Отсутствие их в каком бы то ни было действии есть <признак> ожесточения сердца: это указание на то, что человек привык оправдывать себя, обвиняя вместо <себя> своего ближнего, или – хуже того – сам премудрый Промысл Божий. Человек не может выйти из границ смирения, если он сначала не увидит себя невиновным, обвинив вместо <себя> события и случаи, которые были промыслительно <уготованы> для него Богом.
2. Ибо когда, строго следуя <голосу> совести, увидит он себя виновным в происшедшем, тогда узнает он, что состояние его есть глубокая степень смирения. Это явно из того, что он мирен и спокоен в неожиданностях, ибо остается он невозмутимым. Вот тот покой смирения, который есть плод зрелости.1323 Кто вошел в это <состояние>, у того во всяком искушении покой будет больше, чем смущение.
3. Но пока не обрел человек истинного знания,1324 не может он видеть в жезле Божием, причиняющем боль, нечто благое, и не перестает он жаловаться на промышление Божие о нем, <проявляющееся> по–разному в том, что различным образом промыслительно <уготовано> для него премудростью Божией под видом неприятностей. Бывает, что ближний внезапно встречает <человека> резким словом о чем–то неприятном; или что–либо из того, чем обладал человек, оказывается повреждено, и от этого раздражается он и досадует; или болезнь какая–либо приключится с ним, или недомогание, или что–нибудь другое, <связанное> с телом; бывает, опять же, что демоны одолевают человека; бывает, что лишается он собственности своей.1325 <Человек> немощный не видит перст <Божий>, действующий через эти обстоятельства, но негодует,1326 досадует и огорчается внешними событиями. О несмысленное дитя! Зачем обвиняешь ты человека, или демона, или события, которые происходят рядом <с тобой>?1327 Лучше взгляни на внутренние, более отдаленные и сокровенные причины этих <событий>.1328 Перестань возмущаться действиями Божиими через людей, которые приводят их в исполнение, а также внешней стороной1329 событий; и обретешь ты в них познание истины, смирение и другие блага.