Преподобного отца нашего Феогноста О жизни деятельной и созерцательной, и о священстве глáвы,

Страница 1 из 5

коих акростих такой:

Преподобнейшим отцам,

Лазарю и Варлааму

скудный всем Феогност,

недостойный более всех,

живущих в мiре настоящем1) Тогда думай, что имеешь истинную добродетель, когда совершенно ни во что поставишь всё, сущее на земли, всегда имея в сердце с чистою совестью готовность преселиться к Господу. Если же хочешь познанным быть от Бога, будь не знаем людьми, сколько можно.

2) Остерегайся излишних утешений телесных, и воздерживайся от них, чтобы они не отняли чего–либо из цены трудов твоих. Почитай ущербом не лишение себя чувственных услаждений, а отпадение, чрез вкушение их, от лучшего.

3) Всем чувством почитай себя муравьем и червем, чтоб сделаться человеком Богосозидаемым: ибо если не будет того прежде, не последует и сие. Сколько спустишься вниз в чувстве о себе, столько подымешься вверх в действительности. Когда в ничто вменяешь себя пред лицом Господа, подобно Псалмопевцу (38, 6), тогда бываешь сокровенно велик из малого; и когда сознаёшь себя ничего не имеющим и незнающим, тогда ты богат и деянием и разумом, похвальными у Господа.

4) Сотри хребет грешника и лукавого, — сластолюбия, говорю, и лукавства, от которых рождается всякое зло; сотри же воздержанием и смиренным незлобием: чтобы, если б и строго изыскиваема была в тебе грешность, во время суда, ничего такого не нашлось в содеянном тобою; ибо прегрешения изглаждаются, когда мы, возненавидев причины их, по коим они были совершены, воевать начнем против них, и первое поражение вознаградим последнею победою.

5) Ничего нет лучше чистой молитвы, из которой, как из источника, истекают все добродетели, — благоразумие и кротость, любовь и воздержание, и, слёз ради, свыше нисходящее заступление и утешение. Доброту же ее составляют держание внимания ума в том, чтó произносится языком, и помышляется при сем умом, и ненасытное всегдашнее вожделение собеседования с Богом, когда ум, чрез рассмотрение Сущего, устремляясь вслед своего Владыки и с пламенной любовью жаждательно ища обрести Невидимого, и встречая тьму, закрывающую Его, опять возвращается в себя, со всеблагоговейным смирением, довольствуясь тем, что ныне на пользу открывается созерцанием, и тем утешаясь; в благой однако же пребывая надежде всеконечно достигнуть желаемого тогда, когда кончится видение якоже зерцалом в гадании, и настанет чистое лицом к лицу зрение Его непрестанное (1 Кор. 13, 12).

6) Воздержись от высших созерцаний, если ты не достиг еще крайнего бесстрастия; не гонись за тем, чего догнать нельзя, и не ищи того, что выше сил твоих. Если желаешь, говорит некто, сделаться богословом и созерцателем, путем жизни взойди до сего и чистотою стяжай чистое (Боговедение). Помянув о богословии, напоминаю тебе, — смотри, не простирайся в высоту его до безмерности, и ведай, что не пристало нам, еще млеком добродетелей напояемым, покушаться воспарять туда, чтоб понапрасну не растерять перьев, как бывает с молодыми птенцами, хотя сладость ведения и сильно влечет наше желание. Когда же, по очищении целомудрием и слезами, восторгнемся от земли, как Илия или Аввакум, предначиная или предызображая имеющее некогда быть восхищение на облацех, и молитвою созерцательной, чистою и непарительной, став вне чувств, взыщем Бога, тогда, может быть, коснемся сколько–нибудь и богословия.

7) Равным образом, желая сподобиться Божественного видения и озарения ума, прежде возлюби мирную и безмолвную жизнь, и упразднясь от всего, познай и себя и Бога. Если будет это, то ничто уже не воспрепятствует тебе, как в тонком веянии ветра (гласе хлада тонка), при внутреннем устроении твоем, чистом и никакой страстью не возмущаемом, умно узреть для всех Невидимого, благовествующего тебе спасение, чрез впечатлительнейшее познание Его.

8) Как после блеснутия молнии, тотчас ожидается и гром, так и там, где воссияло Божественное очищение, утихает буря страстей. А где это, там вместе с сим водворяется в стяжавшем сие залог тамошнего (будущего) блаженства. Но не бывает ни чувства милости Божественной, ни надежды бесстрастия в душе, любящей мiр паче Создавшего, питающей пристрастия к видимому и всем желанием вожделевающей плотских удовольствий и наслаждений.

9) Божества, чтó оно есть и где, не ищи умом, ибо Оно преестественно и местом не объемлется, яко превыше всего сущее. Но только описуемого (по воплощению) Бога–Слово показуй в себе, как в зеркале, сколько сие доступно, Который в сем случае, светлые испуская лучи Божественным естеством Своим, в определенном месте мысленно полагается, пребывая вездесущим, по неописанности Божества. Впрочем, насколько очищаться будешь, настолько будешь сподобляться и озарения Божественного.

10) Возжелав истинного ведения и удостоверения в спасении несомненного, умудрись прежде расторгнуть страстные союзы души с телом, и обнажившись от пристрастия к вещественному, низойди в бездну смирения, — и обретешь многоценный бисер спасения, как в раковине, в Божественном ведении сокрытый, и светлость Царствия Божия тебе предобручающий.

11) Для того, кто добре совершил духовное послушание, плоть подчинив духу, не требуется послушание человеческое, ибо таковой в послушании состоит Слову Божию и Закону, как благодарный раб. Но для тех, у коих идет борение и война тела против души, необходимо иметь вождя и правителя, и слушаться его, яко умеющего с знанием дела править рулем жизни нашей и снаряжать нас во время благопотребными оружиями, чтоб не захватили нас в плен невидимые супостаты, и страсти не потопили, по неопытности нашей.

12) Когда не станет возмущать тебя никакая страсть, Божественное же желание будет возрастать внутри тебя, в сердце твоем; когда при том не станешь ты бояться смерти, почитая ее сном, а паче вожделевать будешь разрешения с телом: тогда стяжаешь ты, как дóлжно, залог спасения, и Царствие Небесное будешь носить внутри себя, радуясь радостью неизреченной.

О священстве

13) Сподобившись Божественного и честнóго священства, прежде всего себя самого обязан ты всегда иметь принесенным в жертву умерщвлением страстей и сластей плотских, и, таким образом, дерзать приступать к животворной и страшной жертве, если не желаешь быть сожжен Божественным огнем, как какое–либо легко сгорающее вещество. Ибо если Серафим не дерзнул без клещей прикоснуться к углю (Исаии 6, 6), как ты коснешься без бесстрастия? Чрез него же ты будешь иметь и язык освященным, и уста очищенными, и душу непорочной вместе и с телом, и самые руки паче всякого злата блестящими, как слуг, преестественного огня и жертвы.

14) Сознай поглубже силу сказанного, потому что каждодневно зришь оное спасительное Божие Таинство, которое, однажды увидев, Симеон старец изумился и просил смерти; и если не имеешь извещения от Духа Святого, что ты благоприятный посредник между Богом и человеками, как равноангельный, то на пагубу себе не дерзай на всесвятое и страшное священнодействие Божественных Таин, пред коим Ангелы благоговеют и от коего всеблагоговейно воздерживались многие из святых, чтобы, подобно Зану оному, не быть изъяту из среды живых, по суду Всевышнего.

15) Внемли себе, как сказал Апостол (1 Тим. 7, 16). Внемли себе и всегда совершай приношение о своих наперёд грехах, чтоб, если что было в тебе или, может быть, есть еще нечистого по немощи, потребляемо было Божественным огнем. Таким образом возможешь ты, как бы сосуд избранный, благотребный, чистый и для такой жертвы достойный, прелагать себя в серебряного или даже златого, хотя был каким–то деревянным, или глиняным, если только ради дерзновенного упования твоего будешь иметь Бога преклоняющимся на милость к тебе. Ибо где Бог готов услышать, там нет препон к преложению одного в другое.

16) Внимай, какой удостоен ты равноангельной чести, и старайся со всякой добродетелью и чистотою пребывать непорочным на сей степени, на какую призван. Видишь, из какого каким стал падший Люцифер за превозношение. Не пострадай того же и ты, возмечтав о себе великое, но почитая себя землею, пеплом и сором, плачь всегда, что, не смотря на то, допускаем бываешь к Божественному Причастию и к совершению страшного священнодействия Святых Таин, по безмерному человеколюбию и неизреченной благости Божией.

17) Приявшему священство и от всех страстей надлежит быть чисту, особенно же — от блуда и злопамятства, о коих даже легких помышлений иметь не следует, если не хочешь подвергнуться гневу и проклятью, подобно прокаженному или сажею испачканному, когда он дерзнет коснуться царева тела.