Преподобный

Поскольку слух о святом распространился и в Валахии, то Валашский господарь Радул захотел навестить святого. На­правляясь в Константинополь для уплаты царского налога, он проходил через Адрианополь. Использовав все возмож­ное, он получил разрешение от людей султана навестить святого. Придя к Нифону, он приклонил главу, поклонился ему с великим благоговением и, облобызав с любовью десни­цу святого, сказал: "Владыко святый, весьма желал я видеть треблаженный твой лик, удостоиться твоих молитв и приять от тебя благословение. Да будет благословен Бог, Который сподобил меня ныне насладиться видением тебя. Однако я очень скорблю по причине тех искушений, которым ты под­вергаешься". Святой ответил: "Светлейший повелитель, «многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие» (Деян.14: 22), - говорит Господь. А божественный Павел пи­шет, что «нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас» (Рим. 8: 18). Так и мы должны терпеть превратности нынешней жизни с радостью, как их сносили божественные апостолы, которые радовались, когда их избивали иудеи, ибо их бесчестили за имя Господне, как описывает божественный Лу­ка в Деяниях святых апостолов (ср. Деян.5: 41). Блаженный Павел пишет в своих посланиях: «Ныне радуюсь в страданиях моих» (Кол. 1: 24).

Радовались треблаженные в скорбях, с благодарностью терпя их, потому что ожидали блаженную надежду, но мы малодушны и что мы можем понести?"

Услышав это, господарь пришел в умиление и сказал: "Прошу твое архиерейство прийти в Валахию научить нас потому что лишены мы духовного учения и пастыря духов­ного. Там ты обретешь покой, и все примут тебя с радостью. Только позволь мне попросить у нечестивых разрешения для тебя". Святой согласился и Радул попросил турок за не­го, после чего вместе с преподобным вернулся в Валахию, где все приняли Нифона как апостола Господня. Господарь же сказал ему: "Отныне, отче, ты будешь нашим водите­лем и пастырем, который поведет нас по пути спасения. Ты будешь иметь власть в Церковных делах и как повелишь, так все и будет".

Божественный же Нифон ответил ему: "Хвалю тебя за добрый твой нрав, сохрани же его до конца. Но прошу тебя с благодарностью принимать все, что я буду предпринимать для вашего исправления. Даже если и сам ты согрешишь, то примешь духовное вразумление, ибо, когда простой народ видит, что властитель приемлет через покаяние исправле­ние, то и они исправляются с легкостью. И напротив, когда властитель попирает закон и нарушает священные каноны, тогда происходит великое падение, потому что люди легко преклоняются на зло". Господарь на это сказал святому: "Все, что ты сделаешь, отче, ради пользы наших душ, мы примем с радостью". И тогда премудрый Нифон повелел собрать По­местный Собор. Съехались все священники, игумены монас­тырей, архонты во главе с господарем, и блаженный начал проповедовать Божественное учение, увещевать их блюсти добрые нравы, приводя доказательства из Священного Писа­ния и творений святых отцов, убеждая отвращаться от злых обычаев. Приняв медоточивые его поучения и послушав­шись божественных его словес, они стали стараться исправ­лять всякое бесчиние и нравы. Рукоположил святой Нифон и двух епископов, заповедав прилежно заботиться о пастве Христовой, ибо о вверенных им дадут они отчет Страшному Судии.

Затем, обратившись к господарю, святой громко ска­зал: "Ты же, чадо Радул, имеющий в руках власть, должен вразумлять своих граждан, наказывать бесчинников, невзи­рая на лица, будь то великий или малый, но творить правед­ный суд, потому что, как говорит Священное Писание, суд принадлежит Святому Богу".

Преподав с великим смирением свои поучения, святой распустил Собор, задержав на некоторое время священни­ков и монахов из дальних мест, чтобы они исправились. Все прославляли Бога, пославшего им такого светильника, кото­рый наставил их на путь истинный, и называли его "новым Златоустом". Служил Нифон каждое воскресенье и в празд­ники, чтобы все приходившие в церковь могли услышать его учение. И старался дивный Нифон любым способом от­вратить их от дурного обычая пьянства, потому что почти все в чрезвычайной степени были преданы этой страсти, от которой происходят все смертные грехи, а особенно блуд и мерзкое мужеложество, ибо многие были ему подвержены. Поэтому премудрый старался погасить пламень пьянства и непрестанными своими поучениями обратил к покаянию великое множество народа. Однако ненавистник добра диавол снова замыслил козни на святого, чтобы помешать Бо­жественной его проповеди.

Один знатный архонт из Богдании, злой нравом и творив­ший много зла, покинул родину, чтобы уйти из-под власти своего правителя. Он оставил дом, жену, детей и прибыл в Валахию. Подружившись с господарем Радулом, он захотел поселиться в его государстве и жениться на другой. Зная о том, что у Богдана есть жена на родине, господарь презрел отеческие законы и каноны и выдал за него собственную сестру. Узнав об этом, законная жена Богдана в слезах напи­сала святому Нифону письмо, сообщив, что он женат и имеет детей. Получив письмо, святой позвал архонта и с кротостью и смирением начал вразумлять его, чтобы тот оставил без­законие и вернулся к законной жене. Однако злонравный и нераскаявшийся Богдан с угрозами ушел от святого и придя к господарю, склонил того на гнев, требуя изгнать святителя из Валахии. Нисколько не убоявшись угроз, божественный Нифон наутро пришел во дворец к господарю и вначале дал ему письмо, присланное женой архонта, а затем, открыв книгу с законами Божиими, умолял его не презирать реше­ния Божий и каноны нашей Церкви. Сбросив маску преж­него благочестия, Радул разозлился на святого и сказал: "Владыка, ты не должен быть таким суровым, но следует те­бе иметь стыд и страх перед господарем. Я и раньше хотел тебе указать, что как только я привел тебя сюда, ты попрал и отменил все наши обычаи и порядки, изменив их по свое­му усмотрению.

Отныне мы более не желаем, чтобы ты учил нас, нам не нужны твои обычаи и твои порядки, потому что мы люди мирские и не можем следовать за тобой".

Не ожидая такого отпора, святой отвечал ему: "Светлей­ший господарь, думал ли я, что ты мне скажешь такое? Разве твоя светлость вместе со своими архонтами не приходили ко мне и дважды, и трижды, и не просили меня прийти сюда ради душевной вашей пользы? Покажи мне, какой дурной обычай и порядок я завел у вас, а ваш собственный отменил? О горе! Ныне я ясно вижу, что найдет на вас великий гнев, потому и печалюсь о ваших душах. О себе самом я совершен­но не забочусь, потому что все дерзновение свое возлагаю на Того, Кого от юности моей возжелал и желаю. Ради любви к Нему я с радостью пролью, если будет необходимо, и соб­ственную кровь. Знай же, господарь, что вся моя сила - закон Церкви, за которую Господь мой пролил Пречистую Свою Кровь, чтобы очистить ее от всякого греха и освятить. Он хо­чет, чтобы она была чиста и свята в делании заповедей Божиих, которые я желаю исполнять до конца своей жизни".

С этими словами Нифон вышел из дворца и, придя в цер­ковь, повелел собрать народ. Сказав им длинную проповедь, он надел архиерейское облачение и отлучил от Христовых Тайн беззаконного архонта и помогавших ему в беззаконии вместе с той прелюбодеицей, за нарушение закона. Затем, еще наставив народ, он предсказал, что произойдет в Вала­хии, что Радул и архонт умрут злой смертью и погибнут вме­сте с их беззаконием. После этого святитель положил на пре­стол архиерейское облачение и, облобызав святые иконы, ушел.

Узнав об этом, Радул издал указ по всему государству: не называть святого более архиереем, не оказывать никакой чести и заботы, а если станет известно, что кто-то дал ему хлеб или иное что, или принял его в своем доме, то такой потеряет жизнь, а имущество его отойдет государству. Свя­той, чтобы не вызвать еще большего гнева, ушел как можно дальше от столицы, где и поселился в маленьком домике на окраине, возлагая всю свою надежду на Бога. И Он, Много­милостивый, посылал ему все необходимое, как в древнос­ти пророку Илии посылал пищу через ворона, и Даниилу через Аввакума. Один знатный юноша из рода Бессарабов по имени Неанг, духовное чадо святого, видя, что святой Нифон в таком утеснении, весьма печалился и из благого­вения сам тайно, боясь гнева властителя, приносил ему все необходимое.