Преподобный

- Пафнутий, почему ты настолько безумен, что не при­носишь жертву великим богам, но предпочитаешь умереть злой смертью? - начал спрашивать правитель.

- Для нас, христиан, подобная смерть является не смер­тью, но жизнью вечной, и я никому другому не принесу жерт­ву, кроме Вседержителя Бога, Царя веков.

Тогда судья приказал принести и положить перед муче­ником орудия пыток.

- Пафнутий, если ты не послушаешь меня и не принесешь жертву великим богам, то будешь мучим всеми этими ору­диями, которые видишь перед собой.

- Тиран Ариан, неужели ты думаешь, что я испугаюсь тво­их пыток и отрекусь от моего Бога? Да не будет того. Говорю же тебе, что наша жизнь - выше твоих мук, и мы совершен­но их не боимся, потому что испытаны и закалены многими подвигами и страданиями. Господь же и Избавитель наш, Который дает нам силы побеждать сатану в тайной брани, подаст их и для того, чтобы преодолеть твое ничтожное го­нение, - улыбаясь, молвил воин Христов.

- Многословишь, Пафнутий, но суд не потерпит твоего многословия, - припугнул святого правитель, а затем при­казал воинам повесить мученика и строгать его тело так, что все внутренности его вывалились и упали на землю, а земля вокруг того места покраснела от крови.

- Господи, Иисусе Христе, я не избегну Твоего о мне оп­ределения, поэтому готов умереть за Твое святое имя. Но прошу Твою благость, не дай мне умереть, пока не посрам­лю Ариана с его богами, - да приклонят колена и поклонят­ся Тебе небесные, и земные, и преисподние, и прославят Тебя все языки (ср. Флп. 2: 10), - все это время молился Пафнутий.

И едва только закончил славословие, как с Небес был пос­лан Ангел, который снял его с крюка и, собрав все внутрен­ности, вложил их на свое место. Затем трижды перекрестил его Животворящим Крестом и сделал вполне здоровым, как будто он вообще не подвергался никакому мучению. Два во­ина, которые строгали святого, увидев, что Ангел сделал то­го совершенно здоровым, уверовали во Христа и, сняв перед судьей свои пояса, громко с дерзновением воскликнули:

- Знай, Ариан, что отныне и мы христиане.

- Скажите мне правду, трижды несчастные, какое чудо вы видели, что уверовали? Или пришли в такое безумие, что презрели суд и отреклись от своих богов и почитания царей? - изумился тиран.

- То, что мы видели, правитель, не можем тебе сказать, потому что так написано в христианском Писании: «Не дади­те святая псом, ни пометайте бисер ваших пред свиниями» (Мф. 7: 6), - в один голос воскликнули воины.

; - Значит, вы приравняли меня к псам и свиньям?

- Ты даже хуже их, потому что каждое бессловесное жи­вотное праведнее тебя, ибо каждое из них прославляет Бо­га своим естественным голосом. Ты же, имеющий разум и сотворенный по образу Божию, отрекаешься и бесчестишь своего Творца Бога. Что может быть хуже этого? - ответили христиане.

Весьма разгневавшись, судья тотчас же приказал их обез­главить за пределами города. Так окончили мученический подвиг два воина: Дионисий и Каллимах. В это время му­ченик Пафнутий был заключен в одном из самых мрачных помещений темницы.

На следующий день Ариан стал заниматься делами вы­сокопоставленных должников государства. Поскольку не­которым из них нечем было погасить свои долги, правитель также велел заключить их в темницу. Таких набралось со­рок человек. В ту ночь, когда их посадили, в тюрьме воссиял яркий свет - как будто бы взошло солнце. Сорок вельмож подумали, что это сторож поджег темницу и хочет отпус­тить всех заключенных на волю. Однако тюремный страж был здесь ни при чем, он и сам удивлялся столь яркому све­ту, появлявшемуся в этом мрачном и убогом месте в послед­ние две ночи, с тех пор, как сюда заключили христианина Пафнутия.

Тогда вельможи пошли в ту часть темницы, где содержал­ся мученик и услышали, что он молится о спасении города. Открыв дверь, они вошли внутрь и увидели его с простерты­ми к небу руками, которые светились как зажженные факе­лы, а вокруг было разлито неизреченное благоухание. В ту же минуту они упали к его ногам и так провели в его камере всю ночь. Лишь когда рассвело, святой спросил их, за что Ариан посадил в темницу столь высоких господ. Узнав при­чину, подвижник сказал им:

- Почему бы вам не послушаться меня и не уверовать в моего Бога, чтобы вас более не беспокоили? Ведь если вы ис­поведуете Его святое имя, то избавитесь от всех греховных долгов, и изгладится рукописание ваших грехов, вы станете гражданами Неба и ваши имена навечно впишутся в книгу жизни.

- Отныне и навсегда мы всей душой веруем и исповедуем Того Бога, в Которого веруешь и ты, - с воодушевлением от­ветили вельможи.

- Итак, дети мои, встаньте. Пойдемте к правителю, по­тому что имена ваши уже написаны на Небесах, - прого­ворил Пафнутий и вместе с сорока вельможами вышел из темницы.

- Помост, помост, я пришел судиться с тобой, потому что ты вместе с Аполлоном, а я с Господом нашим Иисусом Хри­стом, - произнес он, подойдя к судейскому месту.

Тогда Ариан приказал схватить его, но как только воины устремились к исповеднику, он стал невидим. Подошедшие же князья с дерзновением воскликнули:

- И мы христиане, делай с нами что хочешь.

- Что с вами случилось? Может, вам стало обидно, что я заключил вас в темницу за долги государству? - спросил тиран.

- Мы не внимаем твоим словам, но предпочли Небесную надежду и, оставив временное, надеемся на вечное. А чтобы ты узнал наше твердое намерение, мы отказываемся в твою пользу от всех наших имений. Теперь наши доходы - в твоей власти, а наши жены и дети, если хотят, пусть последуют за нами. Если же не хотят, то пусть простят нас.

- Вижу, что это сумасшествие! Вы, как отступник Пафну­тий, одержимы безумием!

- Закрой свой рот и молчи, не хули человека Божия, - за­кричали вельможи.

От этих слов правитель воспылал гневом и сам стал как сумасшедший. Сначала он приказал долго мучить бывших царедворцев, а затем вывезти их в пустынное место и бро­сить в огромный пылающий костер. Так все они, держа один другого за руку, окончили в огне свои жизни и получили му­ченические венцы.

После исчезновения из судилища святой Пафнутий по­бродил по городу и, увидев дверь одного богатого дома от­крытой, вошел туда и попросил привратницу:

- Дай мне напиться немного воды.

- Отче, проходи в дом, - ответила служанка и побежала за своей госпожой, чтобы та вышла посмотреть на блаженного, совершившего перед правителем Арианом множество чудес.

Узнав новость, хозяйка немедленно спустилась во двор дома и поклонилась ему, похожему на Ангела Божия.

- Поистине, все мое богатство не стоит того, чтобы ты во­шел в мой дом. Ах, если бы мне прославиться сегодня Бо­жественной славой, потому что ты пришел к нам, - произ­несла она, ввела мученика в свой дом и посадила на сереб­ряный трон.

- Дочь моя, к чему тебе столько золота и серебра, как у то­го, кто хвастает суетными надеждами? Послушай меня, дитя мое, избери для себя ангельское и бессмертное жительство, вместо этих земных и тленных благ, - улыбчиво проговорил преподобный.

Эти слова удивили дочь госпожи, находившуюся в сосед­ней комнате, и она, одетая в драгоценную одежду, с золо­тым венцом на голове, тотчас пришла в гостиную посмот­реть, кто их произнес. Тогда святой Пафнутий встал с трона и сел на пол, так же поступили и мать с дочерью, сев у его честных ног.

- Дети, оставьте то суетное и тленное богатство, что у вас есть, потому что написано: «Богатство ваше сгнило, и одеж­ды ваши изъедены молью. Золото ваше и серебро изоржавело, и ржавчина... будет свидетельствовать против вас и съест плоть вашу, как огонь» (Иак. 5: 2-3). Лишь слава Гос­подня и Царство Его пребудут вовеки, - начал свою пропо­ведь авва. Прежде чем божественный Пафнутий окончил эти слова, пришел глава семейства, и жена сразу вышла к нему, чтобы сообщить о приходе Пафнутия, но не успела сказать ему даже слова, как он сам заговорил:

- Почему я не удостоился чести быть вместе с другими вельможами, которые сподобились вечной жизни? Как бы­ло бы хорошо, если бы я нашел того человека, называемого Пафнутием и привел его к себе в дом, чтобы он помолился о нас, дабы и мы стали бы призваны Богом и сподобились Его славы.