Преподобный

После того как Нифон пришел в доброе преуспеяние и стал старше, он вспомнил о родителях и родине, и решил уехать из Константинополя. Жена военачальника была без­детна и хотела удержать его, чтобы усыновить и сделать на­следником их имения, поскольку видела преуспеяние и доб­родетель Нифона. Будучи же не в силах убедить его, потому что Нифон имел сильное желание повидаться с родителями, она сильно опечалилась. Тогда эконом их дома попросил ее передать Нифона ему на попечение, чтобы благочестивый юноша забыл и о родителях, и о родине. Эконом познако­мил Нифона с другими сверстниками, стал водить на вече­ринки. Юный и простодушный Нифон, будто бы для того, чтобы получить утешение в скорби по родителям, предался попойкам, обжорству, кутежам, ибо юность легко склоня­ется к дурному. По общему убеждению, «худые сообщества развращают добрые нравы» (1 Кор. 15: 33).

Помрачившись умом от распутства, некогда тихий, мол­чаливый, кроткий и смиренный Нифон стал многословным болтуном, ругателем, насмешником, пел песни и плясал. Он совершенно забыл родителей, родных, родину и, оставив все свои занятия и добродетели, целиком и полностью предал­ся распутному образу жизни. Видя, в какое жалкое состоя­ние тот пришел, один благочестивый и добрый христианин часто говорил ему: "Горе тебе, Нифон! Как мог ты предаться этим отвратительным занятиям? Почему не придешь в себя и не исправишься?" В такие минуты Нифон стонал и пла­кал, размышляя о безобразных поступках, которым преда­вался, но все же, побежденный дурной привычкой, не мог их оставить.

Однажды он отправился к своему другу Никодиму, кото­рый, неожиданно посмотрев на его лицо, замер.

- Что ты так смотришь на меня? Или не узнаешь?- спро­сил Нифон приятеля.

- Поверь мне, брат, я не знаю что и сказать тебе: лицо твое безобразно и черно, как у арапа, - ответил товарищ.

Услышав это, юноша понял: таким оно сделалось от его безобразных дел. Нифона охватил сильный стыд, он закрыл лицо руками и убежал.

- Горе мне, трижды несчастному, что я пришел в такое жалкое состояние! Что мне делать, жалкому? Смогу ли я ис­правиться и покаяться, а если покаюсь, получу ли спасение? О, кто наставит меня? Кто даст мне знать, что если покаюсь и исправлюсь, обрету милость? Как упрошу Бога помило­вать меня, когда я совершил столько зла? - до глубокой но­чи юноша размышлял об этом и еще о многом другом. От сильной скорби он не мог ничего есть и лег спать натощак. "Встану с постели и сотворю хотя бы одну молитву Богу", - решительно думал он. Но ненавистник добра диавол, зная об этом, стал вызывать в его душе сильный страх и приво­дить на ум такую мысль: "Если встанешь ночью помолить­ся, то сойдешь с ума, и все будут смеяться над тобой". Этим помыслом сатана весьма смущал и устрашал юношу. Но тот, победив его, сказал самому себе:

- Когда я проводил ночи, исполняя свою дурную волю, то не подвергался никакому злу, неужели сейчас, когда хочу помолиться, подвергнусь ему? Анафема тебе, злой и нечис­тый дух, за то, что ты даешь мне такой помысел.

И в тот же час Нифон с ревностью встал с постели по­молиться. Но как только обратился к востоку, перед ним появилось и встало черное облако, вызвавшее такой страх, что он, как в оцепенении, забрался на постель и лежал будто мертвый, дрожа за свои грехи и размышляя о том препятст­вии, которое воздвиг ему к молитве диавол.

С той ночи прошло немного времени и, порицая себя, юно­ша пошел в церковь. Встав в храме, он поднял вверх взгляд и увидел над своей головой икону с изображением Божией Матери.

- О Пресвятая Богородице Дево, Матерь милости и мило­сердия, помилуй меня, грешного, и помоги мне по великой Твоей милости, - из глубины души взмолился он.

И в этот момент Богородица чудесным образом поверну­лась к нему с иконы и посмотрела весьма радостным и крот­ким взглядом. Нифон получил немалое душевное утешение, и в его сердце возгорелся огонь любви к Божией Матери.

- Смотри, убогая душа, как Бог любит нас и как принима­ет, желая нашего спасения, а мы Его оставляем. Размысли, несчастная, как Богородица, скорая Помощница христиа­нам, тотчас же помогла мне, - произнес юноша и вышел из храма, прославив Бога.

На следующий день по дороге в церковь Нифон встретил человека, совершившего грех, и не только осудил несчастно­го в своих помыслах, но возненавидел его. Когда же Нифон вошел в храм и поднял взгляд на икону Божией Матери, то увидел, что Пречистая Дева посмотрела на него сердито и отвернулась. Это сильно смутило юношу. Проверяя себя, он понял, что Госпожа Богородица отвернулась от него за его помыслы, которыми он осудил другого. Тотчас же пав на землю и исповедав свой грех, он горько заплакал и стал мо­литься Пресвятой Деве о прощении. Через некоторое время, посмотрев на лик Богородицы, Нифон снова увидел, что Она смотрит на него радостно. Так, утешенный, он вышел из хра­ма. И с той поры, когда в чем-то согрешал, был обличаем Бо­жией Матерью, Которая отворачивала от него Свое лицо.

Однажды во сне Нифон увидел себя в большом доме и, стоя в одной его части, вдруг узрел множество черных муринов, в сильном гневе устремившихся на него и грозивших ему смертью. Тогда он бросился в другую часть дома, где об­наружил церковь. Вбежав туда, он избавился от нападавших. После этого он приоткрыл дверь и решил перейти в другую часть дома, но мурины, скрывавшиеся по углам, снова бро­сились на него. Тогда Нифон снова бегством спасся в церкви. Этот сон он видел в течение целой недели, а означал он сле­дующее: невозможно избавиться от злых демонов, если не посещать часто церковь и не молиться постоянно Богу. Вот почему с той поры Нифон стал часто бывать в храме и мо­литься Господу об избавлении от бесовских козней.

Однако лукавый и нечистый дух сквернословия и брани не перестал восставать на блаженного Нифона и делал все, чтобы тот ругал людей, как и прежде. Но юноша горячо мо­лился и просил Бога изгнать этого демона. Однажды ночью Нифон увидел во сне первомученика Стефана.

- Приветствую тебя, Нифон, раб Божий. Доброе твое жи­тельство, однако ты оскверняешь его сквернословием и бра­нью. Поверь мне, если станешь подвизаться, чтобы изгнать демона, понуждающего тебя на брань, то я помогу тебе, - об­ратился к нему святой архидиакон.

Когда юноша проснулся, то, поблагодарив святого Стефа­на, взял маленький камешек, вложил его себе в рот и так ходил несколько дней молча, никого не браня. Если же слу­чалось ему все-таки быть прельщенным диаволом, то он не­медленно уходил в тайное место и с силой бил себя кулаком, приговаривая:

- Я заставлю тебя смириться, научишься у меня кротости и молчанию, чтобы не гневаться и не браниться.

Так блаженный положил себе за правило каждый день бить себя кулаком сорок раз, а если с ним случалась в ка­кой-то день брань или искушение от какой-нибудь страсти, он бил себя сто или двести раз. Безжалостно избивая себя, подвижник сильно похудел и очень часто от боли падал в обморок и лежал на земле как мертвый.

- Горе тебе, несчастный Нифон! Если ты не можешь по­терпеть и этой малой боли, как сможешь вынести невыно­симые адские мучения? Но дерзай, потому что насколько более истлевает внешний человек, настолько более обновля­ется внутренний, то есть душа (ср. 2 Кор. 4:16), - вразумлял себя в эти минуты святой.

- Несчастный Нифон, почему ты не пожалеешь свое тело, но так немилосердно избиваешь его? - искушал его диавол.

- Всескверный бес, ты пришел ради того, чтобы и здесь мне приказывать? Если бы у тебя была плоть, и ты попался бы мне в руки, то я показал бы тебе, как может наказать Ни­фон, - посрамлял нечистого подвижник.

Однажды лукавый воздвиг на него брань чревоугодия.

- Ступай, нечистый дух, к навозной яме, где люди справ­ляют нужду, и сам ешь то, к чему склоняешь меня, - отра­жал такие нападки Нифон.

Тот же, по злобе своей, не отступал, но через некоторое время снова восставал, уже более неистово, действуя через ту же самую страсть. Но блаженный Нифон надеялся на по­мощь Божию:

- Я буду сегодня есть и пить, чтобы показать тебе, сатана, что даже таким образом ты не сможешь помешать моей мо­литве, потому что я имею помощником Бога, - говорил он себе. "Размысли, Нифон, что как пес, после того как поест и попьет, лает, так и ты сейчас, когда вкусил даров Божи-их, должен благодарить Бога, насытившего тебя от Своих благ", - думал подвижник после трапезы.

А затем шел в храм и молился:

- Слава Тебе, Христе Боже наш, яко насытил нас еси зем­ных Твоих благ, не лиши нас и Небесного Твоего Царствия, по великой Твоей милости.

Тем самым он попирал диавола, как бы говоря ему:

- Смотри, лукавый и нечистый дух, что я ел и пил, однако не изгнан ни из церкви, ни в молитве не встретил препят­ствия. Устыдись же, и ступай во тьму внешнюю.