Прот. Александр Мень

Только настоящая любовь учит этому, а не искусство. Допустим, у вас умер любимый человек, а у вас нет его портрета, сохранилась только маленькая карточка старенькая из паспорта, но она вам все равно очень дорога, потому что это тот, кого вы любите. Поэтому для меня даже плохая икона Христа имеет значение.

Почему на иконе Рублева изображены три ангела?

Потому что Рублев не дерзнул изобразить Бога. Он изобразил Его в виде иллюстрации к библейскому сказанию о том, как три странника, вестника Бога, пришли в праотцу Израиля Аврааму. И вот дан Авраам, дерево Авраама, гора Авраама и три странника, и на этом библейском историческом материале он развернул тайну Святой Троицы.

Заповедь Божия – “не изображать!” – как все таки с этим быть?

Заповедь неотменима, и это правильно. Для чего была дана эта заповедь? Чтобы люди помнили, что Божественное превышает всё природное. Дело в том, что человек всегда склонен ограничивать, уменьшать Божественное, доводить до каких то своих размеров. Поэтому всегда разрешалось изображение Христа как Богочеловека, воплотившегося на земле, святых, апостолов, но Бога Отца изображать было запрещено. Имеющиеся изображения Бога Отца были сделаны в обход этого канона. Это было нарушение. Образ Христа и есть образ Бога, явленный нам.

Не считаете ли Вы столь обильное количество икон в церквах своего рода язычеством?

Существуют различные традиции, и Церковь не диктует количество икон. Иногда это происходит просто в силу того, что храмы закрывались, люди уносили иконы домой, а потом возвращали в новооткрывшиеся храмы. Посмотрите, в половине церквей наших иконы из домов . Но, конечно, можно почитать иконы и с языческими чувствами.

МИР БИБЛИИ

Существуют два плана истории, мира и людей: внешний и внутренний. Внешний исследуется наукой, внутренний открывается в Священном Писании.

С первых же своих страниц Библия показывает, с каким трудом принимали люди Слово Божие, как легко подменяли его собственными желаниями и мечтами. Свет слепил их, призыв Божий вызывал упорное сопротивление. Рядом с теми, кто от Авраама до Девы Марии и апостолов предавал свою волю воле Небесной, мы всегда видим тех, кто оставался глух к Слову Сущего. То, что большая часть Израиля в итоге не приняла Благую Весть, – знамение общечеловеческое, трагедия, которая совершалась от Эдема до Голгофы и продолжается после явления Богочеловека. Евангелие светит во тьме. Как и в новозаветные времена, мир сомневается, страшится, протестует, отворачиваясь от Иисуса. Для одних – исповедников единого Бога – все еще как бы длится Ветхий Завет, другие пребывают во власти старых и новых форм язычества. Но по прежнему звучит голос Христа, обращенный к человеку, и, как в первые дни, Он находит сонмы готовых следовать за Ним.

“Иудеи требуют чудес, эллины ищут мудрости, а мы проповедуем Христа распятого, для иудеев – соблазн, а для эллинов – безумие; для самих же призванных, иудеев и эллинов, – Христа, Божию силу и Божию Премудрость” (I Кор 1:22 23).

Библию очень трудно читать. Какая же эволюция, если от Сотворения мира девять тысяч лет не прошло? Как вообще понимать библейские сроки?

У Библии свой, очень своеобразный язык, и к нему надо привыкнуть. В ней нет ничего случайного, она никогда не говорит ничего просто так. Когда вы смотрите на иконы, вы должны привыкнуть к особому языку иконописцев. Структура храма – тоже особый язык. Так же и Библия. Цифры в Библии символические, вы найдете там бесконечные повторения числа сорок, двенадцать, три, десять и так далее. “Четыре” обозначает всегда вселенную. Если говорится о “четырех углах”, это значит, что это явление имеет вселенское значение. Когда приводится цифра “семь”, это значит “полнота”. Если Миротворение совершилось в “семь дней”, это вовсе не значит, что это были семь суток, да и писателя библейского вовсе не интересует, сколько времени конкретно прошло. Важно показать, что это полнота Творения. Надо еще подчеркнуть, что Священное Писание – вероучительная книга, Божественное Откровение, Слово Божие, а не учебник геологии или естествознания. Библия никогда не претендовала на такую роль. Писавшие в те времена греческие ученые, например, философы, они претендовали, они создавали свои научные космогонии того времени. Этого мы не находим в Писании, там только изложено учение, и когда вы читаете первые страницы Библии, опасайтесь принимать это за буквальное изображение действительности, а вдумайтесь в то, что хотел сказать нам автор.

Ведь эти строки написаны с использованием тончайших поэтических приемов, исследователи и толкователи Библии обнаружили там очень сложную структуру рефренов, повторов, которые создают ажурную литературную вязь. Это специально сделано, чтобы мы не принимали Библию за научное историческое описание. Это священная поэзия, которая возвещает Истину таким поэтическим языком, который может понять человек любой страны, в любую эпоху и даже любого возраста, – тем самым она становится универсальной.

Не надо искать в Библии того, чего там нет и не должно быть. Нам дан свыше разум, чтобы мы познавали мир, узнавали его историю, его прошлое, но не надо стараться это извлекать из Библии.

В то же время наука не может быть для нас источником нравственности, источником вдохновения – она говорит только о своей сфере, и эти две сферы, научная и духовная, идут рядом, и если они не мешают друг другу, они находятся в гармонии.

Скажите, пожалуйста, как относиться к Ветхому Завету? Когда его читаешь, ощущаешь полное его противопоставление Новому Завету – всюду насилие, агрессия, эгоцентризм избранного народа, направленный против других народов. А Евангелие наполнено миром и радостью.

Когда мы берем Библию в целом, мы должны помнить, что она не является набором сентенций, однообразным моральным кодексом. Библия, взятая в целом, в Ветхом и Новом Завете, тем и прекрасна, что она дает нам картину развития, становления человеческого духа от самых первобытных времен до торжества Света в лице Иисуса Христа. И поскольку человеческий род неодинаков и стоит на разных уровнях, то для нас эта картина важна и поучительна. Если бы в Ветхом Завете не было вот этих мрачных страниц – горя, преступлений, грехов, то это была бы книга не о людях, а о каких то безвоздушных розовых существах. Если мы возьмем любую историю, которая касается нас, она всегда является драмой и трагедией. Священное Писание, Библия – это, по учению Церкви, вовсе не книга, которая от слова до слова продиктована свыше: в ней, конечно, отражается и сам священный автор, его воззрения, его личные дарования, его эпоха. И вот мы видим восхождение, восхождение по ступеням.

Ветхий Завет является картиной борьбы человека с Богом, Бога – за человека, и там далеко не все сразу может быть понято. Но если мы начнем с Евангелия, то мы сразу подойдем к самой сути, а потом мы постепенно и увидим, какой глубокий смысл был заключен в Ветхом Завете, почему, каким образом в этих драмах, в этих трагедиях подготавливалась и ковалась Радостная, Благая Весть христианства. Нужно было, чтобы человек изжил многое, трагически изжил. Поэтому Церковь с самого начала предпочитала, чтобы Ветхий Завет читался с пояснениями, с комментариями, в целом, как ансамбль. Кто из вас хотя бы немного знакомился с Ветхим Заветом или хотя бы читал одну его книгу, скажем, Екклезиаст, мог бы подумать, что это книга крайне мрачная, говорящая пессимистически о жизни человека, о безысходности ее. Если одну только книгу вырвать из контекста обоих Заветов, то она действительно будет книгой меланхолии, но, взятая в контексте целого, она выступает как определенная фаза, ступенька в духовном развитии. Для человека, который все время погружен в земную суету, необходимо в какой то момент понять, что все смертно, все разрушаемо, что все это пыль. Плохо, если он на этом остановится, но без этой фазы, без этого отрицания он не может двигаться дальше, потому что внутренняя жизнь полна этих горьких открытий.

Поэтому Библия – суровая книга, это Книга жизни, а такая Книга не может быть написана розовой водицей, и она не может быть обтекаемой, лишенной углов, тогда она никогда не была бы столь могучей и не влияла бы на целые столетия.

Правда ли, что Библия предсказывала появление Иисуса Христа за несколько веков до первого века нашей эры?

Да, конечно. Первые прямые предсказания были почти за восемьсот лет до Рождества Христова.

Сколько лет Библии?

Три тысячи лет с небольшим. Первые страницы Библии были написаны примерно за тринадцать столетий до нашей эры, последние страницы – в конце I – начале II века нашей эры.