Страница 211 из 211
Вот я такой-сякой, окаянный. А как взять себя и переделать? Можно мускулы накачать, можно здоровьем своим позаниматься, подлечиться с помощью врачей, и то если Бог даст. А как душу переделать? Никак не переделаешь. Недаром говорят: горбатого могила исправит. И купель крещения есть именно образ могилы. Человек в крещении должен умереть от греха и воскреснуть для новой жизни. Вот и надо нам каждому для старой жизни умереть, чтобы эта духовная могила нас исправила — тогда у нас все будет совершенно по-другому. А если не будет, какой смысл в нашей жизни? И надо это глубоко осознать, покаяться и каждый раз, подходя к исповеди, думать: а в чем мне с сегодняшнего дня надо исправиться? Потому что многие грешат даже смертно — и не думают об этом.
Как же можно крест целовать, на котором Христос распялся за нас, — и тут же самому идти распинать Христа своими грехами? Если Господь жестоко наказывает людей, которые разрушают храмы рукотворенные, то, раз мы сами растлеваем свою душу, какое же наказание будет нам? Наше тело и душа — это ведь храм Божий, потому что мы все крещены, каждому из нас дана благодать Божия, в нас во всех Бог живет. Это не нам принадлежит. Мы не сами себя родили, мы не сами в мир пришли. Нет, нас Господь вызвал к жизни каждого, каждому дал и определенный внешний вид, и определенные свойства души, и определенные таланты. И за все то, что нам дано, Господь с нас обязательно спросит. Об этом тоже в Писании сказано. Поэтому надо нам как-то устрашиться, надо стараться жизнь свою выправить. Не жить лишь бы как, думать не о себе, а думать о смерти, о Царствии Небесном, о суде Божием, о том, что такое христианская жизнь и соответствуем ли мы ей.
Время идет, годы один за другим наматываются, наматываются, мы к смерти приближаемся. Что нас ждет дальше? Крематорий или Домодедовское кладбище? Поэтому надо стараться, чтобы каждый день для нас был действительно шагом на пути к Богу. Надо стараться думать, чем бы Богу угодить. А мы всё какие-то планы строим: туда пойду, то куплю, это сделаю, тем-то буду. Ну и что? Ну, купил, ну стал, а дальше-то что? Приблизит тебя это к Богу или нет? Надо же Царствие Небесное искать, а мы стремимся только к развлечению, к комфорту, к безболезненному существованию. Это совершенно неправильно. А раз неправильно, значит, надо в этом покаяться, свои мысли изменить.
Вот я думаю так — а надо мне голову свою таким образом перегнуть, чтобы думать иначе, чтобы все у меня было по-христиански. А если этого нет, тогда то, что мы к исповеди приходим, бесполезно. Что с того, что ты назвал свои грехи: а, б, в, г, д?.. А я ругаюсь, а я обзываюсь, а я с женой поцапался, не могу ей простить. Ну и что? И завтра ты будешь то же самое делать, и послезавтра. Это что, покаяние, что ли? Да, ты знаешь свои грехи, это само по себе неплохо. Если человек знает диагноз, это совсем неплохо. Но знать диагноз еще не значит выздороветь, это только полдела. Нужно лечиться. И если ты сам не лечишься, то под лежачий камень вода не течет.
Поэтому обязательно надо из последних сил своей души стараться все время свою жизнь исправлять. Каждый день, каждый час за собой следить, думать, не давать себе покоя ни на минутку. Не так что только полежать, расслабиться, поболтать, куда-то сходить — а жизнь уходит сквозь пальцы. Некоторые имеют такую глупость, что еще у телевизоров часами сидят. Разве можно на развлечения какое-то время оставлять?
Вот сейчас Великий пост. Время покаяния специально Церковь установила, чтобы нас встряхнуть как-то, чтобы мы задумались. Все Господь предусмотрел для нас, для нашей пользы, а мы отвергаем. Нам все то, что в миру, всякие развлечения оказываются дороже Бога. Мы сами Богу изменяем, мы Ему что угодно предпочитаем, Бог для нас на втором месте, на третьем: вот все дела свои сделал, все уладил, теперь пойду причащусь. Причастился — и опять можно Бога забыть: лоб перекрестил, полторы молитвы прочел и лег спать. Это разве молитва? Думаешь, Бог тебя услышал, если ты сам себя не слышал?
Какие-то формальные ритуалы соблюдаем и думаем, что это христианская жизнь. Нет, не надо этим обольщаться. Фарисеи все ритуалы соблюдали, а когда Христос пришел, они Его спокойненько распяли. Так же и мы. Ритуальчики соблюдаем, все у нас в порядке: и иконочка в уголке, и лампадочка, и Евангелие на полочке лежит, мы его даже иногда и читаем. Но, а что толку-то?
Надо, чтобы это обязательно стало нашей жизнью — вот тогда будет результат, хоть малый, но будет. Не все достигнут святости, как Митрофан Воронежский, Серафим Саровский. Конечно, нет. Но каждый в свою меру, кому сколько отпущено, может потрудиться. Может и должен. Потому что кому Господь десять талантов дал, кому пять, кому два, а кому один. Мы все нищие, убогие, нам дано очень мало — но и за это малое с нас спросится. Поэтому надо нам каяться.
Храм Святителя Митрофана Воронежского,
16 марта 1990 года, перед исповедью