Страница 7 из 53
Сохраняя на протяжении всей жизни интерес к проблемам истории русской религиозно-философской традиции и обладая поистине неисчерпаемой философской эрудицией, прот. Георгий Флоровский как чуткий к актуальным проблемам современности богослов и подлинный русский православный пастырь не мог игнорировать в своем творчестве необходимость осмысления духовно-исторического феномена коммунизма, который столь трагически изменил не только жизнь России, но и личную судьбу самого великого богослова. Неоднократно обращаясь как в своем богословском, так и в своем религиозно-философском творчестве к исследованию самых разнообразных мировоззренческих соблазнов, являвших себя в религиозно-культурной истории христианского человечества, прот. Георгий Флоровский придавал особое значение анализу скрытых религиозно-мировоззренческих истоков коммунистического утопизма. Проявив искренний интерес к зарождавшейся в 1920-е гг. идеологии евразийства, прот. Георгий Флоровский сумел дать до сего времени непревзойденный по глубине и основательности аргументации критический анализ этой искусительной мировоззренческой "мутации" коммунистической идеологии, которая позволяет коммунизму и в наше время сохранять некоторую жизнеспособность в постсоветской России.
* * *
Рассматриваемая в рамках данной работы проблема, по всей вероятности, не может считаться сколько-нибудь значительно изучавшейся {31} в историко-философской литературе, которая обращалась к исследованию творческого наследия русских религиозных философов ХХ века.
Первые, опубликованные в начале 1920-х годов в России обобщающие исследования в области истории русской философии, авторами которых являлись современники перечисленных выше русских философов Э.Л. Радлов и Г.Г. Шпет, уже в силу хронологических рамок и особенностей исторических обстоятельств российской действительности того периода времени оставляли за пределами своего повествования как имена большинства рассматриваемых в данной работе русских религиозных философов, так и злободневную политическую проблематику, которая освещалась многими из них еще в предреволюционный период (11).
С полным основанием считающаяся и по сей день наиболее фундаментальным исследовательским трудом в данной области вышедшая впервые в 1948 и 1950 годах "История русской философии" прот. Василия Зеньковского уделяя значительное внимание жизни и научной деятельности всех, кроме Г.П. Федотова, рассматриваемых в данной работе философов концентрировала внимание читателя, главным образом, на философской и отчасти богословской проблематике которая нашла свое отражение в их многогранном творчестве. При этом даже касаясь в основном в связи с описанием обстоятельств их жизненного пути политических воззрений этих русских философов, прот. Василий Зеньковский практически не пытался проанализировать их отношение к коммунистической идеологии (12). {32}
Аналогичной особенностью отличалось и второе по значимости после произведения прот. Василия Зеньковского обобщающее исследование в области истории русской философии - "История русской философии" Н.О. Лосского, опубликованное в 1951 г. и посвященное русской философии ХIХ-ХХ веков. В этой представлявшей собой прежде всего историко-философское исследование книге взглядам русских религиозных философов на политическую жизнь современной России какого-либо внимания не уделялось, а имена Ф.А. Степуна и Г.П. Федотова даже не были упомянуты (13).
Третий обобщающий труд по истории русской философии, вышедший в условиях Русского Зарубежья принадлежал его последнему значительному философу С.А. Левицкому, который формулируя в своем творчестве основополагающие принципы солидаристского мировоззрения отдал немалую дань философской критике коммунизма (14). Однако и в его "Очерках по истории русской философии" при характеристике творчества некоторых из религиозных философов, рассматриваемых в данной работе, основное место уделялось исследованию особенностей их философских воззрений, а оценка их отношения к коммунистической идеологии давалась в самых общих выражениях.. Так, например, характеризуя взгляды Н.А. Бердяева на религиозную подоплеку коммунистической революции в России, С.А. Левицкий писал: "Особенно интересны замечания Бердяева о революции и о России. Революции современного тоталитарного типа, говорит он, предшествует {33}процесс разложения, упадок веры, утеря объединяющего центра жизни. В результате люди теряют свободу и становятся одержимы дьяволом" (15). При этом творчество прот. Георгия Флоровского, Ф.А. Степуна и Г.П. Федотова в книге С.А. Левицкого вообще не рассматривалось, а имя И.А. Ильина даже не было упомянуто.
Несколько больший интерес из произведений Русского Зарубежья, посвященных русской историко-философской проблематике, в контексте темы данной работы представляет вышедшая в 1963 г. книга Н. Зернова "Русское религиозное возрождение ХХ века". Описывая становление творчества ведущих русских религиозных философов сквозь призму исследования важнейших духовно-исторических тенденций общественной жизни предреволюционной России и Русского Зарубежья, Н. Зернов хотя и весьма фрагментарно сумел представить эволюцию взглядов на коммунизм прежде всего прот. Сергия Булгакова, Н.А. Бердяева, П.Б. Струве и С.Л. Франка, обосновать особенности этой эволюции как с точки зрения личностных особенностей этих философов, так и с точки зрения исторических событий современной им эпохи (16).
В советской России любая проблематика, связанная с русской религиозной философией ХХ века, на протяжении нескольких десятилетий входила в перечень идеологически запрещенных тем. Лишь с 1950-х годов в стране стали изредка появляться весьма немногочисленные работы самого общего характера, в которых творчеству русских религиозных философов давалась более чем тенденциозная {34} по существу и нарочито поверхностная по форме оценка, не позволявшая читателю подобных работ даже отдаленно представить взгляды этих мыслителей на коммунизм (17).
Своеобразным исключением из общей тенденции представлять русскую религиозную философию как теоретически беспомощный симбиоз религиозного мракобесия и пещерного антикоммунизма, стали статьи о некоторых русских философах в "Философской энциклопедии", принадлежавшие таким стремившимся быть объективными авторам, как, например, Е. Барабанов, Д. Ляликов, И. Роднянская, И. Хоружий (18). Однако и в этих статьях религиозно-философское осмысление русскими философами коммунизма должно было обходиться молчанием.
Перемены, происшедшие в России на рубеже 1980-90-х годов, обусловили появление принципиально новых возможностей для свободного от идеологического диктата изучения русской религиозной философии. В достаточно короткий промежуток времени большая часть творческого наследия русских философов благодаря многочисленным изданиям и даже переизданиям оказалась доступной широкому кругу читателей, а в академической науке стали появляться как лекционные курсы, так и специальные исследования монографического характера, которые освещали различные проблемы истории русской религиозной философии. Однако наиболее значительные обобщающие работы в этой области, как. например, книги А.Ф. Замалеева, В.В. Сербиненко И.И. Евлампиева, Л.И. Новиковой и И.Н. Сиземской, {35} А.И. Доронченкова, В.Х. Болотокова и А.М. Кумыкова (19) были ориентированы на решение просветительских задач в сфере высшей школы и чаще всего лишь в той или иной степени воспроизводили некоторые оценки творчества русских религиозных философов, уже высказывавшиеся в исследовательской литературе Русского Зарубежья. При этом антикоммунистическое творческое наследие русских религиозных философов в подобных работах, как правило, оставалась за рамками научного исследования.
Среди таких отличавшихся подлинной творческой новизной монографий по истории русской религиозной философии ХХ века, как, например, исследования С.С. Хоружего "После перерыва. Пути русской философии" и "О старом и новом" или П.П. Гайденко "Владимир Соловьев и философия Серебряного века" (20), также не встречалось книг, которые бы уделяли основное внимание рассмотрению темы, заявленной в заглавии данной работы.
Среди исследований монографического характера, посвященных русской историко-философской проблематике, наибольший интерес в контексте темы данной работы представляет книга О.Д. Волкогоновой "Образ России в философии Русского Зарубежья". Характеризуя содержание научного и публицистического творчества философов Русского Зарубежья и выделяя в качестве его содержательных доминант "пристальное внимание к религиозной проблематике и творческое развитие "русской идеи", О.Д. Волкогонова писала: "Очевидно, что мыслители, ставшие {36} очевидцами разрушения привычных устоев российской жизни в результате революции, особое внимание уделяли поискам причин случившегося в истории России и перспективам дальнейшего развития своей родины. Отсюда - огромное количество работ, посвященных специфике российской истории, анализу социальных и культурных особенностей страны, национального характера, предвидению грядущего" (21).