Страница 10 из 11
Анютка: "Уть, уть, уть!"
А Белое Зеркальце: "Ваак! Ваак!" - и прямо к ней.
Палят на реке охотники. А утка с утятами у самой мельницы плавает. Анютка хлеб крошит, в воду им бросает.
Так и осталась Белое Зеркальце жить у Анютки в запруде. Поняла, видно, что Анютка в обиду её не даст.
Потом птенцы подросли, летать выучились, разбрелись по всей речке.
Тогда и Белое Зеркальце с запруды улетела.
А на следующий год, только вывела жёлтеньких утят, сейчас привела их в запруду - и к Анютке.
Теперь уж все охотники кругом Белое Зеркальце знают, не трогают её и зовут Анюткиной уткой.
СНЕЖНАЯ КНИГА
Набродили, наследили звери на снегу. Не сразу поймёшь, что тут было.
Налево под кустом начинается заячий след. От задних лап следок вытянутый, длинный; от передних - круглый, маленький. Пошёл заячий след по полю. По одну сторону его - другой след, побольше; в снегу от когтей дырки - лисий след. А по другую сторону заячьего следа ещё след: тоже лисий, только назад ведёт.
Заячий дал круг по полю; лисий - тоже. Заячий в сторону - лисий за ним. Оба следа кончаются посреди поля.
А вот в стороне - опять заячий след. Пропадает, дальше идёт..
Идёт, идёт, идёт - и вдруг оборвался - как под землю ушёл! А где пропал, там снег примят, и по сторонам будто кто пальцами мазнул.
Куда лиса делась?
Куда заяц пропал?
Разберём по складам.
Стоит куст. С него кора содрана. Под кустом натоптано, наслежено. Следы заячьи. Тут заяц жировал: с куста кору глодал. Встанет на задние лапы, отдерёт зубами кусок, сжуёт, переступит лапками, рядом ещё кусок сдерёт. Наелся и спать захотел.
Пошёл искать, где бы спрятаться.
А вот - лисий след, рядом с заячьим. Было так: ушёл заяц спать. Час проходит, другой. Идёт полем лиса. Глядь, заячий след на снегу! Лиса нос к земле.
Принюхалась - след свежий!
Побежала по следу.
Лиса хитра, и заяц не прост: умел свой след запутать. Скакал, скакал по полю, завернул, выкружил большую петлю, свой же след пересёк - и в сторону.
След пока ещё ровный, неторопливый: спокойно шёл заяц, беды за собой не чуял.
Лиса бежала, бежала - видит: поперёк следа свежий след. Не догадалась, что заяц петлю сделал.
Свернул вбок - по свежему следу; бежит, бежит - и стала: оборвался след! Куда теперь?
А дело простое: это новая заячья хитрость - двойка.
Заяц сделал петлю, пересёк свой след, прошёл немного вперёд, а потом обернулся - и назад по своему следу.
Аккуратно шёл - лапка в лапку.
Лиса постояла, постояла - и назад.
Опять к перекрёстку подошла.
Всю петлю выследила.
Идёт, идёт, видит - обманул её заяц: никуда след не ведёт!
Фыркнула она и ушла в лес по своим делам.
А было вот как: заяц двойку сделал - прошёл назад по своему следу.
До петли не дошёл - и махнул через сугроб - в сторону.
Через куст перескочил и залёг под кучу хвороста.
Тут и лежал, пока лиса его по следу искала.
А когда лиса ушла, - как прыснет из-под хвороста - и в чащу!
Прыжки широкие - лапки к лапкам: гонный след.
Мчит без оглядки. Пень по дороге. Заяц мимо. А на пне. .
А на пне сидел большой филин.
Увидал зайца, снялся, так за ним и стелет. Настиг и цап в спину всеми когтями!
Ткнулся заяц в снег, а филин насел, крыльями по снегу бьёт, от земли отрывает.
Где заяц упал, там снег примят. Где филин крыльями хлопал, - там знаки на снегу от перьев, будто от пальцев.
Улетел заяц в лес. Оттого и следа дальше нет.
СОВА
Сидит Старик, чай пьёт. Не пустой пьёт - молоком белит. Летит мимо Сова.
- Здорово, - говорит, - друг!
А Старик ей:
- Ты, Сова, - отчаянная голова, уши торчком, нос крючком. Ты от солнца хоронишься, людей сторонишься, - какой я тебе друг!
Рассердилась Сова.
- Ладно же, - говорит, - старый! Не стану по ночам к тебе на луг летать, мышей ловить, - сам лови.
А Старик:
- Вишь, чем пугать вздумала! Утекай, пока цела.
Улетела Сова, забралась в дуб, никуда из дупла не летит.
Ночь пришла. На стариковом лугу мыши в норах свистят-перекликаются:
- Погляди-ка, кума, не летит ли Сова - отчаянная голова, уши торчком, нос крючком?
Мышь Мыши в ответ:
- Не видать Совы, не слыхать Совы. Нынче нам на лугу раздолье, нынче нам на лугу приволье.
Мыши из нор поскакали, мыши по лугу побежали.
А Сова из дупла:
- Хо-хо-хо, Старик! Гляди, как бы худа не вышло: мыши-то, говорят, на охоту пошли.
- А пускай идут, - говорит Старик. - Чай, мыши не волки, не зарежут тёлки.
Мыши по лугу рыщут, шмелиные гнёзда ищут, землю роют, шмелей ловят.
А Сова из дупла:
- Хо-хо-хо, Старик! Гляди, как бы хуже не вышло: все шмели твои разлетелись.
- А пускай летят, - говорит Старик. - Что от них толку: ни мёду, ни воску, - волдыри только.
Стоит на лугу клевер кормовистый, головой к земле виснет, а шмели гудят, с луга прочь летят, на клевер не глядят, цветень с цветка на цветок не носят.
А Сова из дупла:
- Хо-хо-хо, Старик! Гляди, как бы хуже не вышло: не пришлось бы тебе самому цветень с цветка на цветок разносить.
- И ветер разнесёт, - говорит Старик, а сам в затылке скребёт.
По лугу ветер гуляет, цветень наземь сыплет. Не попадает цветень с цветка на цветок, - не родится клевер на лугу; не по нраву это Старику.
А Сова из дупла:
- Хо-хо-хо, Старик! Корова твоя мычит, клеверу просит, - трава, слышь, без клеверу, что каша без масла.
Молчит Старик, ничего не говорит.
Была Корова с клевера здорова, стала Корова тощать, стала молока сбавлять; пойло лижет, а молоко всё жиже да жиже.
А Сова из дупла:
- Хо-хо-хо, Старик! Говорила я тебе: придёшь ко мне кланяться.
Старик бранится, а дело-то не клеится. Сова в дубу сидит, мышей не ловит. Мыши по лугу рыщут, шмелиные гнёзда ищут. Шмели на чужих лугах гуляют, а на стариков луг и не заглядывают. Клевер на лугу не родится. Корова без клеверу тощает. Молока у Коровы мало. Вот и чай белить Старику нечем стало.
Нечем стало Старику чай белить - пошёл Старик Сове кланяться:
- Уж ты, Совушка-вдовушка, меня из беды выручай: нечем стало мне, старому, белить чай.
А Сова из дупла глазищами луп-луп, ножищами туп-туп.
- То-то, - говорит, - старый. Дружно не грузно, а врозь хоть брось. Думаешь, мне-то легко без твоих мышей?
Простила Сова Старика, вылезла из дупла, полетела на луг мышей пугать.
Сова полетела мышей ловить.
Мыши со страху попрятались в норы.
Шмели загудели над лугом, принялись с цветка на цветок летать.
Клевер красный стал на лугу наливаться.
Корова пошла на луг клевер жевать.
Молока у Коровы много.
Стал Старик молоком чай белить, чай белить - Сову хвалить, к себе в гости звать, уваживать.
МАЛ, ДА УДАЛ
Шёл Генька по болоту. Глядь, из камыша нос торчит.
Цоп за нос - и вытащил птицу: шея долгая, нос долгий, ноги долгие, - совсем бы цапля, да ростом с галку.
"Птенчик!" - думает. Сунул за пазуху и бегом домой.
Дома пустил цаплю на пол, сам спать завалился.
"Завтра, - думает, - накормлю".
Утром спустил ноги с кровати, стал штаны натягивать. А цапля увидала палец, думает - лягушка. Да тюк носом!
- Ой-ой! - кричит Генька. - Ты драться! Жучка, Жучка, сюда!
Жучка на цаплю, цапля на Жучку. Носом, как ножницами, стрижёт да колет, стрижёт да колет - только шерсть летит.
Жучка хвост поджала и драла. Цапля за ней на прямых ногах, как на спицах, так и чешет, так и чешет, - прочь с дороги, берегись!
Генька за цаплей. Да куда там: цапля крыльями хлоп-хлоп - и через забор.
Разинул Генька рот:
- Вот так птенчик! Мал да удал. .
А цапля-то взрослая была, только породы такой малорослой.
Прилетела к себе на болото, - там у ней птенцы в гнезде давно проголодались, рты разевают, лягушат просят.
НЕБЕСНЫЙ СЛОН
Товарищей у Андрейки нет. Отец в море ушёл, в плаванье. Матери некогда всегда: одна с Андрейкой живёт в домике на берегу залива. Кругом вода, да песок, да кусты.
Скучно Андрейке.
Говорила мать: живут на том берегу залива зелёные лягушата. Прыгают с кочки на кочку, в воду шлёпают, кувыркаются. Андрейка и пристал: достань да достань ему лягушат!
Вот и сегодня: поиграл под деревом, надоело, - и опять за своё:
- Лягушонков хочу!
- Ишь какой липкий! - говорит мать. - Подожди, вот печка истопится, - поеду, привезу тебе товарищей.
И верно: скоро управилась, вышла на крыльцо. На небо глянула: дождя бы не случилось! Напугается мальчонка. .
Нет, какой дождь! Солнце. Зной. Небо синее-синее, белые облака высоко стоят. Одно только облачко как будто потемней за тем берегом. Маленькое, - далеко очень.
"Ветра нет, - думает мать. - Не скоро нанесёт. До того берега рукой подать. Живо назад вернусь".
Взяла вёсла, уключинами звонко брякнула.
Говорит Андрейке:
- Сиди тут, никуда не бегай! Увижу, что убежал, всех лягушат в воду выброшу.