Разные сочинения

И если за одно приношение, которое благоразумно принес Вышнему блаженный Авель, он признан и оказался праведным, будучи коварно убит братом своим Каином, то не по справедливости ли будут признаны праведными со стороны праведного Судии—те, которые не одним принесением в жертву животного, принесенного в одном месте, но за Самого закланного Агнца Божия, постоянно везде приносимого, полагают свои души, будучи убиваемы богопротивными скифами и измаильтянами? Если бы не таковыми считались они у праведного Судии, то не были бы они показаны Богом в страшном видении во сне благочестивому царю Маврикию, как вопиющие об отмщении за себя и молящие об этом Судию (творения Максима Грека, ч.2, сл.17), моление коих Судия принял и воззвал: „Маврикий! Где хочешь, чтобы Я воздал тебе за грех твой: в нынешнем ли веке или в будущем?"И когда Маврикий ответил: „В нынешнем, о Судия Праведный", то он опять услышал божественный глас: „Предайте его Фоке, воину". Фока этот, сверх всякой надежды, был всем войском и военачальниками провозглашен царем Греции и убил Маврикия вместе с женою и семью детьми его. Следовательно, по справедливости и по правде Божией даруется праведным Судиею отпущение грехов и наслаждение благами вечной жизни тем, которые Его ради бывают убиты (на войне).

Но об этом довольно сказанного здесь; теперь же перейду ко второй твоей просьбе. Ты желаешь научиться, какое имеет значение написанное впереди некоторых канонов краестрочие. Знай же, что некоторые творцы канонов, остерегаясь тех, которые по страсти тщеславия присваивают себе чyжиe труды и хвалятся ими, как бы своими, и желая избавить их такой тщеславной похвальбы, а для себя сохранить благословение и ублажениe тех, кои поют их духовные труды, —придумали двойной, так называемый по–гречески „акростих", что значит по–русски: краестрочие или краеграние. И одно сделано ими по алфавиту, то есть, по азбуке, а другое изложено в строке размером ямбическим, которое или показывает значение всего канона, или содержит похвалу воспеваемому святому. Акростихом называются начальные буквы каждого стиха во всех песнях канона. Так, первый стих канона на Благовещение начинается буквою А: „Адето си деспина", по–русски— „Да поет Ти, Владычице"; второй стих начинается с буквы В: „Воо си гифоменос", по–русски— „Вопию Ти, радуяся"; третий стих начинается буквою Г: „Гнофеито ми", по–русски—„Да будет ми разумно"; четвертый стих начинается буквою Д: „Долиос ме", по–русски—„Лестию меня"; прочие стихи также начинаются прочими буквами алфавита включительно до 7–й песни.

Восьмая песнь содержит в пяти стихах весь алфавит, при чем каждый стих имеет в начале каждой своей строки букву алфавита по порядку, до последней буквы (Ω), а девятая песнь в другом видь содержит весь алфавит в шести стихах, при чем алфавит начинается последнею буквою Ω, и оканчивается буквою А, которая служить началом всего алфавита. Это расположение начальных букв называется у нас акростихом, а по вашему это называется краестрочием, началогранием или краегранием. Другой вид акростиха, состоящего из строки, написанной ямбическим размером, заключается в следующем: прежде творец канона согласно составляет ямбическим размером акростих, а потом начинает составлять стихи канона, начиная каждый стих с той буквы, которая следуете по порядку в акростихе. Так акростих канона акафистова по–гречески есть следующий: „Харас дохыон си препи херин мони", а по–русски это значит: „Радости приятелище, Тебе подобает радоватися единой". Обрати же прилежно внимание и сосчитай буквы акростиха и увидишь, что сколько этих букве, столько и стихов в каноне: букве 32, и стихов 32; при чем первый стих начинается буквою X, второй буквою А, третий буквою Р, четвертый буквою А, пятый буквою С. Сложив X с А, получим слог „ха", затем сложив Р с А и С, получим слог: „рас", —букве пять, и стихов пять.

Таким образом начальные буквы стихов всего канона, будучи сложены между собою, составляют ямбический стих акростиха. Этот акростих блаженный Иосиф (песнописец) везде помещает в последней песни своих канонов, показывая нам таким акростихом честное свое имя, следующим образом: первый стих 9–й песни канона акафистова у нас, греков, начинается буквою I, которая по–гречески называется „иота"; второй стих начинается буквою о, „омега"; третий стих начинается буквою С; четвертый—буквою И, которая у нас называется „ита"; пятый—буквою Ф. Эти пять букв, сложенные между собою, и составляют имя творца канона: «Иосиф».

Сказанного здесь об этом достаточно. Теперь рассмотрим третье свое прошение. Вкушение свиного мяса было воспрещено Моисеем сынам израилевым, исшедшим из Египта, и не только свиного мяса, но и многих других животных, также и рыб, не имеющих чешуи. Нам же верующим во Христа Бога истинного, нигде в Новом Завете, то есть, в евангельских и апостольских законоположениях, не запрещается употребление сих мяс; ибо, по слову Владыки, «не входящее в уста сквернит человека» (Mф. 15, 11), как думают старцы иудейские и книжники; напротив, найдешь в писании, что то, что законом Моисеевым было запрещено евреям, то явившаяся благодать Христова освятила и очистила, по сошедшему свыше верховному апостолу Петру божественному гласу: «яже Бог очистил есть, ты не скверни» (Деян.10, 15). И блаженный Павел в послании к римлянам учит уверовавших иудеев не считать никакой пищи нечистою, по закону Моисееву, но все считать чистым, говоря так: «вем, и извещен есмь о Христе Иucyce, яко ничтоже скверно само собою, точию помышляющему что скверно быти, оному скверно есть» (Рим.14, 14).

Объясняя это апостольское слово, блаженный Феодорит говорит так: „Чтобы уверовавшие из иyдеев не сказали: „Ты кто такой, Павел, который узаконяешь противное закону Моисееву?" —для этого он приводит веровавшим иудеям Владыку Моисеева, уча их, что Сам Христос, Владыка всех и Моисеев, пришедши, отменил заповедания закона и бесполезные правила и ни о какой пище не сказал, чтобы считать ее нечистою. Тот же апостол Павел в послании к Титу повелевает ему запрещать и нещадно обличать уверовавших иудеев, сомневающихся еще в вере во Христа и медлящих отступить от несоответствующих для христиан иудейских обычаев, «ея же ради вины, — говорит, обличай их нещадно, да здрави будут в вере» во Христа, «не внимающе иудейским баснем, ни заповедем человек, отвращающихся от истины» (Тит.1, 13. 14). После этого присовокупляет, говоря: «Вся чиста чистым» (ст.15), то есть, тем, которые очищены верою во Христа и божественною банею пакибытия, и никакая пища для них не скверна, как и в послании к Тимофею говорит: «всякое создание Божие добро, и ничтоже отметно, со благодарением приемлемо: освящается бо словом Божиим и молитвою» (1Тим. 4, 4). И опять он же в послании к Титу: «вся чиста чистым», то есть, освятившимся уже христианам; «оскверненым же и неверным ничтоже чисто: но осквернися их ум и совесть» (Тит.1,15).

Из всех этих боговдохновенных апостольских изречений явствует, что святыми апостолами хорошо и правильно разрешено благочестивым употребление не только свиного мяса, но и других животных, которых закон Моисеев запрещает иyдеям употреблять в пищу, дабы (христианам) не оказаться последователями неполезных иудейских древних обычаев, «от нихже не прияша пользы ходившии в них», как сам божественный апостол Павел говорит в послании к евреям, повелевая: «в научения странна и различна не прилагайтеся: добро бо благодатию утверждати сердца, а не брашны», то есть, не лишением себя некоторых брашен, «от нихже, — говорит, не прияша пользы ходившии в них» (Евр.13, 9). Ибо «брашно, — говорит, нас не поставит пред Богом: ниже бо аще ямы, издыточествуем» в правде и добродетели «ниже аще не ямы, лишаемся» (1Кор. 8, 8). «Несть бо, — говорит, царство Божие брашно и питие, но правда, и мир, и радость о Дусе Святе. Иже бо сими служит Христови, благоугоден есть Богови и искусен человеком» (Рим.14, 17. 18).

А что рассуждением святых апостолов и преподобных отец разрешено употребление в пищу свиного мяса, — достоверным свидетелем сего служит блаженный Василий (Великий), который в своих постнических наставлениях преподобным отшельникам завещавает им, чтобы они, когда сходятся праздновать вместе с живущими в монастыре братиями, не гнушались приготовляемого варева из‑за того, что в него кладется немного „тарихо", которое, попросту сказать, есть ветчина, ибо „не по–жидовски"', говорит он, „мы отказываемся от мяса, но для того, чтобы таким воздержанием умертвить в себе скверные плотские движения, которые, обыкновенно, возбуждаются от жирной пищи и своими движениями оскверняют боговидное достоинство наших душ". Также удостоверяет сказанное тебе мною и великий в святости и в иноческом жительстве Пахомий, который после Антония Великого считается величайшим наставником многих преподобных иноков. Он, последуя древнему апостольскому преданию, более жирное свиное мясо предлагал мирянам, приходившим к нему для поклонения и ради духовной пользы, а худшим и костлявыми частями питал живших при нем преподобных иноков, и этим нисколько они не осквернялись, так как имели правильный образ мыслей. Но и об этом достаточно сказанного.