Страница 36 из 71
Дивны дела твои, Господи, как человек терпел от злых фарисеев разные поругания. Говорили: «Исцеляет больных, воскрешает умерших и прочие чудеса делает бесовскою силою». И Господь ради нашего спасения, все это терпел, как человек. Чудное смирение Сына человеческого: ехал на осляти как человек и при его торжественном шествии в Иерусалим народ постилал свои ризы и громко радостно кричал: "Благословенен грядый царь во имя Господне: мир на небеси, и слава в вышних" (от Луки, 19, 38). После торжественного шествия в Иерусалим Господь на Тайной Вечери установил таинство Св. Причащения, и Иуда был причащен Тела и Крови Спасителя Господа нашего Иисуса Христа.
Господь как человек скорбел и тужил. "Прискорбна есть душа моя до смерти", и молился, глаголя: "Отче мой, аще возможно есть, да минует меня чаша сия; обаче не якоже аз хощу, но якоже ты". Бысть же пот его яко капли крови каплющия на землю. И терпел как человек поругание, осмеяние, биение по щекам, и палкой по голове; и терновый венец надели на главу Его, и кровь лилась по одежде Его и насмехались, говорили: "Радуйся, Царю Иудейский". И злые фарисеи повели Господа — Творца всей вселенной и всей твари на распятие. Пригвоздили Его Пречистое Тело ко кресту. Господи, прости меня окаянного, что я дерзаю описывать честные страдания Твои. Пишу не ученым языком, ибо я науки не проходил, а как чувствовал, так и писал. Делаю выписку из книги «Священная история»: «Распятие на кресте было самой ужасной казнью. Оно заключало в себе все, что есть мучительного в пытках и смерти: головокружение, судороги, упадок сил, лихорадку, столбняк, антонов огонь в ранах — все это вместе и в самой высшей степени, притом без лишения чувств. Пригвождение ко кресту в висячем положении делало мучительным малейшее движение, воспаленные и постоянно увеличивающиеся раны от гвоздей разъедала гангрена. Кровеносные жилы, в особенности в голове и животе, напрягались от прилива крови и лопались. Ко всем этим мучениям присоединялся невыносимый жар и неутолимая жажда.
Все эти мучения производили такую нестерпимую тоску, что распятые с мольбой просили, как величайшей милости, покончить их жизни. Господи, помилуй! И все эти ужасные страдания Господь наш Иисус Христос терпел как человек ради нашего спасения, а Божество сострадало. О дивное чудо! Человече, неужели твое окаменелое сердце не содрогнется от воспоминаний таких страданий Иисуса Христа?
Вот по твоему желанию написал я тебе кратко. Советую тебе читать св. Евангелие ежедневно, если у тебя нет времени на целую главу, то хотя бы по несколько строчек.
Письмо 103
7.5.1955 г.
Твое письмо я получил, все понял. Однако, не унывай и не скорби, что накричала на Х. Это человеческое; впрочем, и ко смирению и к самопознанию своего устроения. Вот какие мы слабенькие — подул противный ветер и терпение лопнуло. Вместе жить и ладить, очень трудно, ибо устроение и характеры разные, а чтобы мир — требуется с обеих сторон стремление к миру.
Читал я в Отечнике: два старца жили вместе. Вначале один говорит другому: как ты смотришь на меня? Другой отвечал: "Как на ангела". Поживши довольно времени, спрашивает опять: "А теперь как смотришь", тот ответил "А теперь как на дьявола и каждое твое слово, точно гвоздем колет меня". Это я привел пример не в поблажку, а чтобы не унывать, когда что стрясется по нашей немощи.
Преп. Моисей говорил: "Сила для желающего стяжать добродетели заключается в том, чтобы не малодушествовать, когда случится пасть, но снова продолжать свой путь: не падать свойственно только ангелам".
Письмо 104
6.8.1955 г.
... Твое письмо я получил, сразу же пишу тебе: во всех недоуменных вопросах возьми себе за правило совет богомудрых св. отцов. Если предстоит тебе два зла, выбирай меньшее, а если две добродетели предстоят — выбирай большую. Конечно, предварительно помолись, чтобы Господь вразумил.
Письмо 105
29.10.1955 г.
Человеческой природе свойственно бояться смерти. Смерть вошла в человеческий род не по природе: поэтому природа человеческая боится смерти и бежит от нее.
Св. Максим Исповедник говорит: нет ничего страшнее помышления о смерти и велельпье памяти о Боге. Вот такой святой и то боялся смерти, ему даже и язык отрезали за православие. Многие говорят: "Я не боюсь смерти, готов хоть сейчас умереть", это только пустословие, а когда почувствует приближение ее, тогда будет страх.
... Отец Иоанн Кронштадтский писал свое переживание от чувств, а не рассудком, вот его писание и ложится на сердце точно пластырь на рану. По моим грехам так я и не удостоился видеть его. Но всегда с любовью слушаю, когда говорят о нем, кто видел его.
Письмо 106
28.7.1955 г.
О помыслах
Помыслы бывают трех родов: человеческие, ангельские и бесовские. Мысли человеческие ничто иное, как мечтательные образы вещей мира сего, сказал преп. Исихий. Ангельские помыслы всегда добрые и на сердце бывает мир и тишина, даже некоторое веселие. А бесовские мысли всегда греховные и в сердце чувствуется смущение. Иные люди иногда говорят: "Что ни шаг, то грех". Так говорить неправильно. У св. отцов все приходящие мысли названы прилогами, хоть и худые они, но безгрешны; мы по самовластию можем принять и не принять, если не примем их, то они безгрешны, а если примем и будем говорить с ними, тогда будут греховные и доведут они до телесного греха. Иногда приходят мысли неприятные: когда-то были ошибки, и вдруг они появятся, точно молния блеснет, я полагаю, что такие мысли естественные, человеческие прежние воспоминания. А бесовские мысли всегда греховные: о гневе, о блуде, о сребролюбии, о тщеславии, о гордости и о прочих страстях, и всегда в сердце бывает смущение. Конечно, мирянам трудно, даже невозможно, разобраться в помыслах, от каких причин они бывают. Ибо иные мысли у писателей, иные мысли у изобретателей, и иные у торговцев.
Письмо 107
26.9.1955 г.
От души благодарю за арбуз, хотя получил его в растрепанном виде, арбуз разбитый, бумага вся мокрая, почтовая барышня была недовольна, другие пакеты обмочены. Наверно, посылали с тщеславием, всегда так бывает, что кто сделает с тщеславием, жди бесславия.
Письмо 108
9.10.1955 г.
Получил ваше письмо, просите меня ответить. Тебе не понятно у св. апостола Павла следующее: "Притом знаем, что любящим Бога, призванным по его изволению, все содействует ко благу. А кого он предопределил тех и призвал; а кого призвал, тех и оправдал; а кого оправдал тех и прославил" (Римл. 8, 29–30).
Отвечаю не по своему мудрованию, а на основании святоотеческого учения. Блаженный Феофилакт говорит: "Итак, сначала предвидение, потом предопределение. А званным становится человек по предвидению, т.е. по собственному его произволению (потому что в таком случае все спаслись бы, потому что все призваны), а нужно еще произволение. Итак, сначала предвидение, а потом предопределение".
Господь призывает всех: "Приидите ко мне вси труждающиеся и обремененные", но свободной воли, данной Господом, не нарушает. Ибо от доброй воли зависит или стремиться к спасению и ждать благодати, или желать зла и от благодати отвращаться.
Знай, друже, что наш умишко очень ограниченный, да еще сердце загромождено страстями и мы не можем понять божественного намерения во Святом Писании. Некоторые люди от незнания сущности Святого Писания, утверждают нелепое учение о безусловном предопределении одних ко спасению, а других к погибели; как будто Всеблагий Бог желает кому-нибудь погибели.
Преп. Антоний Великий постился и молился, просил Бога открыть ему, почему одни умирают в молодости, а другие в старости, иные благочестиво живут — бедствуют, а худо живут — благоденствуют. Услышал голос: "Антоний! Внимай себе, а суды Божии не испытывай, они тебе не полезны".
Да разве человек может постигнуть суды Божии? Почему одни бывают от рождения слепые, другие калеки, иные идиоты, и много есть, много, что для нас непостижимо. Ереси, секты и расколы произошли от неправильного понимания Св. Писания и основаны на гордости и самовнушении. В православной вере авторитет: Вселенские Соборы и учение святых отцов.
Вот, друг, как советую тебе читать Святое Писание: сперва помолись Богу, чтобы Он открыл твой ум уразуметь Писание: что понятно — старайся исполнять, а непонятное пропускай. Так св. отцы советуют. Святое Писание надо читать не для знания, а для того, чтобы спасти свою душу. А исследование непостижимого относится к гордости.