Страница 45 из 57
Если в одно и то же время пригласят священника напутствовать опасно больного и окрестить новорожденного младенца, крайне слабого, то что следует прежде исполнить — напутствование или крещение?
Таинство св. крещения есть одно из важнейших и необходимейших таинств в деле нашего спасения. Аще кто не родится водою и духом, не может внити в царствие Божие (Ев. Иоан. 3, 5), сказал Сам Божественный Установитель сего таинства. По причине такой важности таинства св. крещения, священник всячески должен остерегаться, чтобы не допустить умереть младенца без св. крещения другое важнейшее и необходимейшее таинство для получения спасения есть таинство св. причащения: аще не снесте плоти Сына человеческого, ни пиете крове Его, живота не имать в себе. Ядый Мою плоть, и пияй Мою кровь, имать живот вечный, и Аз воскрешу его в последний день (Ев. Иоан. 6. 53–54), говорит Господь наш Иисус Христос. Посему, на священнике лежит обязанность тщательно наблюдать, чтобы никто из больных его прихожан не отходил в загробную жизнь без причастия св. Таин, как важнейшего и спасительного напутствия. В случае нужды, как таинство св. крещения, так и таинство св. причащения должны быть совершены без всякого отлагательства, под страхом погибели души и ответственности пред Церковью и Богом. «Буди, — говорит священнику Поучение святительское, — страж днем и нощию с крещением и с покаянием и причащением; аще кого изгубиши леностию своею, мука их на тебе взыскана будет» (Поуч. святит к новоп. иерею, л. 6). Священник, по нерадению об исполнении своей обязанности допустивший умереть младенца без св.
Крещения, отрешается от места и определяется в причетники до раскаяния и исправления, — сказано в Уставе дух. консисторий (разд. III, ст. 194). А если бы, по нерадению священника или прихожан, умер больной без св. причащения, то священник, смотря по обстоятельствам, уменьшающим или увеличивающим его вину, подвергается наказанию даже до извержения из сана, а прихожане, не известившие священника о больном, отлучаются от причастия св. Таин на более или менее продолжительный срок, смотря по обстоятельствам и нравственному их состоянию (Кн. о должн. пресв. приходск., стр. 116). Безотлагательному совершению таинств св. крещения и св. причащения не могут служить препятствием, под известными условиями, и службы церковные, не только какие-либо занятия домашния — частныя. Из всего сказанного следует, что священник, в случае одновременного приглашения и окрестить новорожденного, опасно больного младенца, и напутствовать св. Тайнами умирающего, не может, при выходе из затруднительного положения, руководствоваться мыслию об относительной важности таинства св. Крещения и таинства св. Причащения для лиц, нуждающихся в этих таинствах: таинство св. крещения столь же необходимо для новорожденного и опасно больного младенца, как необходимо таинство св. Причащения для умирающего. Но дело в том, что безотлагательно в одно и то же время совершить два таинства для священника не мыслимо.
Для одновременного совершения св. крещения и св. причащения требуются два лица. Единственным законным совершителем всех таинств может быть лицо рукоположенное, имеющее на себе благодать священства чрез таинственное святительское рукоположение. Исключение из этого общего правила допущено Церковью относительно только одного таинства св. крещения; это таинство в некоторых особенных случаях, — в случае крайней слабости младенца, за отсутствием священника, может быть совершено и мирянином (Номок. в Требник. 204–205; Кн. о долж. пресв. приход. 584). Поэтому, если Церковь дозволяет и мирянам, в крайних случаях, совершать св. Крещение, то священник не погрешит, когда со св. Дарами поспешит к одру умирающего, а крещение слабого младенца предоставит бабке или другому способному на то лицу (П. З-к. Р.д.С.П. 1877, т. I, с. 241–242).
Можно ли священнику идти напутствовать опасно болящего по приглашению, полученному во время пения «Иже херувимы»?
Должно идти, так как правила церковныя дозволяют священнику не идти по приглашению, «помолясь о болящем на волю Божию», лишь тогда, когда приглашение последует «по великом входе и освящении Даров» (Извест. Учит.). (Ц. В-к 1900 г. №13).
VI.Водоосвящения
Последования малого освящения воды
Следует ли, при произнесении прошения ектении: «о еже освятитися водам силою и действием и наитием Святаго Духа», благословлять воду, как делают некоторые священники?
В чине освящения воды благословения, при произнесении этих слов, не положено.
Должно ли, во время чтения апостола, кадить чашу с водою и предстоящих?
В «Последовании малого освящения воды», изложенном в нашем Большом Требнике, указывается только одно каждение и именно — пред водоосвящением: «пришед же пред преуготовленный столец», читаем в Требнике, «полагает на нем крест: и взем кадильницу кадить воду крестообразно, и начинает обычно». Практикою, однако, вошло в обычай, кроме начального каждения (обычно при пении тропарей) совершать еще другое, при чем одни совершают это вторичное каждение во время апостола (как на литургии), а другие во время произнесения ектении (после евангелия). Последний порядок разделяет и прот. К. Т. Никольский (Пособие к изучению устава, изд. 1900 г., с. 831). По его толкованию, каждение в начале чина относится к храму, а каждение во время ектении — к освящаемой воде.
Можно ли при малом освящении воды в доме, напр., у болящаго, вместо молитвы «Господи Боже наш, великий в совете», читать, по просьбе больного или домашних, молитву «Боже великоименитый»?
Молитва «Боже великоименитый находится в Требниках Петра Могилы и Львовских XVII–XVIII вв. Помещена она и в книге под заглавием: «Служба Пресвятой Богородице, совершаемая в Боголюбовской обители в день празднования чудотворной иконе Боголюбской Божией Матери» июля 18. (СПб. 1874). У Петра Могилы чин, где находится молитва «Боже великоименитый», называется «Возследование краткое освящения воды», при чем об этом Возследовании в том же Требнике замечено, что оно совершается в крайнем лишь случае, и не пред народным собранием (См. прот. К. Т. Никольского — О службах Русской Церкви, бывших в прежних печатных книгах. СПб. 1885, с. 275 и 281–286). Нам кажется, нет оснований избегать чтения этой молитвы в известных случаях там, где уже существует обычай читать ее.
Позволительно ли диакону окроплять освященною водою народ в церкви и по домам?
Отцы Большого Московского Собора 1667 года признали это несообразным с должностью диакона. «Священник бо святить воду, ему же достоит и кропити, а не диакону. Диакон же токмо да держит сосуд со святою водою, зане слуга есть» (Деяние Моск. соб. 1667 г. Издание Братства св. Петра Митрополита. М. 1881, л. 10 об.). (Рук. д. с. п. 1893, №30).
Не следует липри совершении водоосвящения на Пасхальной седмице вместо «Святый Боже» петь пред апостолом «Елицы во Христа крестистеся»?
Для такой замены нет никаких оснований. Прежде всего, в самом нашем чине водоосвящения есть указание, что пред апостолом надо петь не иное что, а именно «Святый Боже». Чтению апостола предшествует, как известно, продолжительное пение тропарей; последний из них — «Пресвятая Богородице Дево» — конечными словами: «рук наших дела исправи, и прощение прегрешений наших испроси внегда пети нам ангельское пение», ясно обнаруживает связь с непосредственно за тропарем положенною ангельскою песнью «Святый Боже». Ясно, что, если вместо «Святый Боже» пропеть «Елицы во Христа»… то заключительные слова тропаря — «Пресвятая Богородице Дево» потеряют значение и даже будут странно звучать: «Елицы во Христа»… — не ангельское пение, а апостольское речение (Гал. 3, 27). 2) «Елицы во Христа» на Пасхальной седмице поется за литургиями в воспоминание обычая древней Церкви крестить, в те дни оглашенных. Крещение оглашенных обыкновенно приурочивалось тогда к первой части литургии и заканчивалось пред чтением апостола. Входя в храм из крещальницы (особого помещения, находившегося или в связи с храмом, или неподалеку от него), новопросвещенные приветствовались от лица Церкви пением апостольских слов: «Елицы во Христа креститеся, во Христа облекостеся. Аллилуйя!» — и оставались в храме слушать дальнейшее последование литургии, на которой в первый раз они сподоблялись и причастия св. Таин.