Страница 10 из 11
будь то в пустынных местах или же в городах.
В VI и последующих столетиях в Юре
были монахами из Кондадиско основаны еще и другие обители: в таких городах как
Гранво и Лак де Бонлю до сих пор сохраняются развалины этих монастырей. В
селении Сент-Гиметьер близ города Антра все еще можно видеть одну из старейших,
сохранившихся в Юре, церквей. Построенная в VII или VIII веке, она хранит в себе мощи преп. Гиметьера, инока из Кондадиско,
основавшего здесь пустынь в VI веке.
Автор "Жития юрских Отцов" был учеником и сотаинником
преп. Евгенда, и потому способен открыть нечто из его сокровенной духовной
жизни. В частности, он повествует о пяти видениях, бывших святому, и которые
тот подродно описал ему. Сия суть: видение бывшее в детстве, когда препп. Роман
и Лупикин показали ему его духовное потомство (глл. 121-124); его возведение в
игумены двумя святыми, случившееся непосредственно перед гем, как он
действительно стал игуменом; посещение апостолов Петра, Андрея и Павла,
возвестивших о прибытии частиц своих мощей из Рима (глл. 153-154); видение св.
Мартина Турского, пользовавшегося великим почитанием в юрских монастырях,
известившего преп. Евгенда о том, что он охраняет двух путешествующих иноков
монастыря (гл. 160); и последнее явление препп. Романа и Лупикина за пять лет
до его кончины, ведущих его в ораторий на его погребении, в то время, как его
монахи протестовали (гл. 176-177).
Самое длинное и наиболее детально описанное из этих видений
вполне заслуживает сравнения с подобными же видениями в восточной
агиографической литературе (например, видение птиц, означающих его духовное
потомство, в Житии преп. Сергия Радонежского): "
И
ему было также сказано неким образным языком: тако будет семя твое (Быт.
15:5). Немного спустя один некто появился здесь, другой там, иной на ином
месте, покуда все растущее множество их не стало бесчисленным: они окружили
блаженного отрока и преподобных отцов — вне всякого сомнения свв. Романа и Лупикина
— которые духовно воздвигли его... Это было, как если бы огромный пчелиный рой,
похожий на некий медоточный грозд, собрался вокруг них и заключил их в себе.
"Из этой песни святой отрок уловил лишь одну фразу,
фразу из Евангелия, как он узнал годом позже, когда поступил в монастырь. Вот
что чередующиеся хоры ангелов возглашали по образу антифонов, (я очень хорошо
помню это, потому что Евгенд сам любезно открыл это мне ): Аз есмъ Путь и
Истина и Живот (Иоан 14:6).
Благочестивый
священник сразу же понял, кому должен быть посвящен такой в высшей степени
святой сын. Без промедления отец преподал ему начальные знания, и в конце того
же года Евгенд был поручен преп. Роману... В нем воистину слились воедино
благодатные дарования, присущие блаженным старцам, духовно изведшим его из его
земного пристанища, так что последующее поколение монахов уже сомневалось,
спрашивая на Лупикина ли более походит Евгенд или же на Романа". (гл.
121-125).
В этом замечательном описании лестницы Иакова (Быт. 28:12)
тот же образ, что и св. Евхерий использует в своей "Похвале пустыне",
описывая "невидимое посещение... ликующих ангелов, несущих неусыпную
стражу над простором пустыни" (гл. 38) — автор "Жизни Юрских
Отцов" хорошо показывает духовный плод Кондадиско и галльского монашества
в целом.
Православное монашество сегодня в свете православной монашеской Галлии.
Что мы можем сегодня извлечь из всего этого? Приложимо ли к
нам что-либо в примерах свв. Романа и Лупикина, в словах великих западных преподобных
отцов, в галльском монашестве V-VI
вв. ? Взглянем на минуту на собственную нашу ситуацию.
Православное монашество приходит сегодня на Запад как нечто
новое и свежее и вызывает к себе все возрастающий интерес, особенно среди
обратившихся в православную веру из других конфессий. Православное
миссионерство на Западе не породило монашеского движения вплоть до середины
Желающий проводить сегодня монашескую жизнь находит перед
собой три основных типа монашеской ситуации.
1. Давно существующие институты со своим определенным местом
в церковной "организации". Здесь акцент обычно ставится на самом
институте, который продолжает существовать без изменений, не зависимо от того,
кто приходит и уходит. Монастырское начальство в целом не доверяет самой идее
"обновления", и "ревность", общая молодым послушникам,
рассматривается им как проявление духовной незрелости, от которой можно
избавиться лишь долгим опытом. Такие институты несут огромный, тяжелый (и,
обычно, неблагодарный) труд по сохранению и передачи православного монашеского
предания, насколько это возможно в мире, глубоко враждебном ему. Эти монастыри
действительно суть твердыни Православия в чуждом мире. Новоначальные сегодня,
однако, легко разочаровываются в таких монастырях, глядя на их погрешности
(реальные и воображаемые) чересчур критическим оком, и относясь к ним как к
"идиоритмическим"
Но непрерванная связь с прошлым в таких общинах и самые
страдания, связанные с пребыванием в них, продолжают приносить духовный плод.
Те, кто в состоянии оставаться в них не впадая в апатию, безнадежность или
разочарование, могут достичь высокого духовного уровня; но очень часто молодые
послушники оставляют их в поисках чего-то более "правильного" или
"совершенного".
2. Отдельный подвижник, обычно конверт, вдохновленный высшими
монашескими идеалами (часто скитской или отшельнической жизни) "открывает
монастырь" и начинает жить согласно своему пониманию или адаптации
примеров великих подвижников прошлого, иногда стяжав и нескольких учеников. Это
самый опасный из открытых сегодня монашеских путей. Его великим искушением
является чрезмерное доверие самому себе; великой его ловушкой — отсутствие
контакта с вековой монашеской традицией. В XX веке было уже много эксцентричных
"старцев" с непререкаемым авторитетом их собственных мнений.
Профессор И.М. Концевич в своем классическом труде об институте старчества в
Православной Церкви ("Оптина Пустынь и ее время" Джорданвиль 1970)
счел себя обязанным написать особый раздел (стр. 10-13) о "лжестарцах",
покалечивших и разоривших так много душ в своей духовной претенциозности; среди
конвертов — это особенно опасное искушение. Даже когда они не так глубоко
заблуждаются, такие "старцы" редко бывают способны предложить повоначальному
что-нибудь большее, чем собственное, не от опыта почерпнутые мнения, о том
каким надлежит быть подвижнику.
(Это может случится и в "устроенных" монастырях также, но обычно с
менее серьезными духовными последствиями, поскольку подлинная монастырская
окружающая среда может хоть отчасти компенсировать любые личные недостатки).
Иногда также, неведомо для самого новоначального, энергия для подвигов исходит
больше от страстей, особенно тайной гордости и тщеславия, чем от подлинной
жажды Бога. Многочисленные примеры прошлого, конечно, показывают, что такой
путь возможен, но условия современного мира делают возможность успеха
такого предприятия довольно малой. Когда его собственная духовная энергия и
ресурсы оказываются исчерпанными, самостоятельный подвижник часто терпит на
этом пути крах и вовсе бросает духовную брань (а иногда и православие). Житие
преп. Романа Юрского (так же как и многие другие Жития Святых, например, преп.
Сергия Радонежского) показывают нам основные условия, необходимые для
достижения успеха на монашеском поприще вне уже организованного монастыря:
глубокая укорененность в Православии с детства с опытом простой и трудной
повседневной жизни, уравновешенный характер и долгий опыт стяжания
добродетелей, начальные духовные навыки и познания, твердая решимость
претерпеть все ради Христа, принятие физических трудностей как должного, отсутствие
и желание быть "потерянным" для мира, отсутствие какого-либо желания
"быть кем-то" или делать такое важное дело как "открывать
монастырь" и глубокое смирение и недоверие самому себе. Те, кто
отваживается на сие поприще без, по крайней мере, большинства этих необходимых
предпосылок: берегитесь!
3. Более частый случай в последние годы: группа из двух или
более молодых подвижников открывает для себя древние традиции монашества и
начинает совместно подвизаться, обычно по общежительным правилам. Они говорят о
традиционных монашеских явлениях (на которых редко делается ударение в более
старых монашеских институтах), а иногда и строго следуют им: это —
"исихазм", "страцы", "исповедание помыслов",