Страница 7 из 12
Напротив, хотя бы диавол преобразился и во ангела светла (2Кор.11,14) или представлял мысли самые благовидные, однако сердце все будет чувствовать какую-то неясность, волнение в мыслях и смятение чувств. Объясняя это, святой Макарий Египетский говорит: "Хотя бы [сатана] представлял и светлые видения, не возможет, как сказано, произвести доброго действия, что и служит точным его признаком" (Прп. Макарий Великий. Сл.4. Гл.13).
Итак, из сих разнообразных действий сердечных может человек познать, что есть Божественное и что диавольское, как об этом пишет святой Григорий Синаит: "От действа убо возможешь познать воссиявый свет в душе твоей, Божий ли есть, или сатанин" (Добротолюбие. Ч.5. Прп. Григорий Синаит. О безмолвии). 28. О свете Христовом Дабы приять и узреть в сердце свет Христов, надобно, сколько можно, отвлечь себя от видимых предметов.
Предочистив душу покаянием и добрыми делами, при искренней вере в Распятого, закрыв телесные очи, погрузить ум внутрь сердца и вопиять, непрестанно призывая имя Господа нашего Иисуса Христа. Тогда, по мере усердия и горячести духа к Возлюбленному, человек в призываемом имени находит услаждение, которое возбуждает желание искать высшего просвещения.
Когда через такое упражнение укоснит ум в сердце, тогда воссияет свет Христов, освещая храмину души своим Божественным осиянием, как говорит от Лица Бога святой пророк Малахия: И возсияет вам боящымся имене Моего солнце правды (Мал.4,2). Сей свет есть купно и жизнь, по Евангельскому слову: В Том живот бе, и живот бе свет человеком (Ин.1,4).
Когда человек созерцает внутренне свет вечный, тогда ум его бывает чист и не имеет в себе никаких чувственных представлений, но, весь будучи углублен в созерцание несозданной доброты, забывает все чувственное, не хочет зреть и себя; но желает скрыться в сердце земли, только бы не лишиться сего истинного блага - Бога. 29. О помыслах и плотских движениях Мы должны стараться быть свободными от помыслов нечистых, особенно, когда приносим молитву Богу.
Ибо нет единения между смрадом и благовонием. Для сего нужно отражать первое нападение греховных помыслов и движений и рассеивать их от земли сердца нашего. Пока дети вавилонские, то есть движения и помыслы злые, еще младенцы, должно разбивать и сокрушать их о камень[40] , который есть Христос[41] ; особенно же нужно сокрушать следующие три страсти: чревоугодие, сребролюбие и тщеславие, которыми ухищрялся диавол искусить даже Самого Господа нашего Иисуса Христа в конце подвигов Его в пустыне.
Диавол, яко лев, скрываясь в ограде своей (Пс.9,30), тайно расставляет нам сети нечистых и нечестивых помыслов. Итак, немедленно, как только увидим, надобно расторгать их посредством благочестивого размышления и молитвы. Требуется подвиг и великая бдительность, дабы во время псалмопения ум наш согласовался с сердцем и устами, дабы в молитве нашей к фимиаму не примешивалось зловоние.
Ибо Господь гнушается сердцем с нечистыми помыслами. Закон говорит: Да не ореши юнцем и ослятем вкупе[42] (Втор.22,10), то есть с помыслом чистым и нечистым не приноси молитвы. Будем подражать Давиду, который говорит: Воутрия избивах вся грешныя земли, еже потребити от града Господня вся делающыя беззаконие[43] (Пс.100,8). Законом запрещено было нечистому входить в дом Господа.
Дом сей - мы, и Иерусалим - внутри нас. Грешные земли суть кроющиеся в сердце нашем змиевидные помыслы. Будем и мы с ним взывать ко Господу: Устрой душу мою от злодейства их (Пс.34,17); расточи языки хотящыя бранем (Пс.67,31), дабы и нам услышать: В скорби призвал Мя еси, и избавих тя[44] (Пс.80,8). Будем непрестанно, день и ночь, со слезами повергать себя перед лицом благости Божией, да очистит Он сердца наши от всякого злого помышления, чтобы мы достойно могли проходить путь звания нашего и чистыми руками приносить Ему дары служения нашего.
Ежели мы не согласны со влагаемыми от диавола злыми помышлениями, то мы добро творим. Нечистый дух только на страстных имеет сильное влияние, а к очистившимся от страстей приражается лишь со стороны или внешне. Человеку в младых летах можно ли не гореть и не возмущаться от плотских помыслов? Но должно молиться Господу Богу, да потухнет искра порочных страстей при самом начале.
Тогда не усилится в человеке пламень страстей. 30. О внимании к самому себе Проходящий путь внимания не должен только одному сердцу своему верить, но должен сердечные свои действия и жизнь свою поверять с Законом Божиим и с деятельной жизнью подвижников благочестия, которые таковой подвиг проходили. Сим средством удобнее можно и от лукавого избавиться, и истину яснее узреть.
Ум внимательного человека есть как бы поставленный страж или неусыпный охранитель внутреннего Иерусалима. Стоя на высоте духовного созерцания, он смотрит оком чистоты на обходящие и приражающиеся к душе его противные силы, по Псаломнику: И на враги моя воззре око мое (Пс.53,9). От ока его не скрыт диавол, яко лев рыкая... иский кого поглотити (1Пет.5,8)
, и те, которые напрягают лук свой состреляти во мраце правых сердцем (Пс.10,2). По учению Святых Отцов, при каждом человеке находятся два ангела: один - добрый, другой - злой. Ангел добрый тих, кроток и безмолвен. Когда он войдет в сердце человека, то говорит с ним о правде, чистоте, честности, спокойствии, о всяком благом деле и о всякой добродетели.
Когда почувствуешь это в сердце твоем, очевидно: в тебе находится Ангел правды. А дух лукавый острожелчен, жесток и безумен. Когда он войдет в сердце твое, то узнавай это по делам его (Прп. Антиох. Сл.61). "Будь всегда внимателен к себе самому, возлюбленный, - говорит Исаак Сирин, - и среди непрестанных дел своих рассмотри и встречающиеся тебе скорби, и пустынность местопребывания твоего, и тонкость ума твоего вместе с грубостью твоего познания, и большую продолжительность безмолвия твоего вместе с многими врачествами, то есть искушениями, наводимыми истинным Врачом к здравию внутреннего человека, а в иное время и бесами, иногда же болезнями и телесными трудами, иногда боязливыми помышлениями души твоей, страшными воспоминаниями о том, что будет напоследок, иногда же привитием и обвязанием благодати сердечной теплоты и сладостных слез, и духовной радости, и всего прочего.
Совершенно ли во всем этом примечаешь, что язва твоя начала заживать и закрываться, то есть начали изнемогать страсти? Положи примету, и входи непрестанно сам в себя, и смотри: какие страсти, по твоему замечанию, изнемогли перед тобой, какие из них истребились и совершенно отступили от тебя, и какие из них начали умолкать вследствие выздоровления души твоей, а не вследствие удаления того, что возбуждало их, и какие научился ты одолевать умом, а не лишением себя того, что служит для них поводом?
Обрати также внимание на то, совершенно ли видишь, что в гниющей язве твоей начала нарастать живая плоть, то есть душевный мир. Какие страсти преследуют тебя одна за другой последовательно и стремительно и через какой промежуток времени? Суть ли это страсти телесные или душевные, или сложные и смешанные? И возбуждаются ли в памяти только, как немощные, или сильно восстают на душу? И притом - властительски или яко тать?
И как обращает на них внимание владеющий чувствами царь - ум? Когда они напрягут силы и вступят в брань, сражается ли с ними и доводит ли их до бессилия своею крепостью, или не обращает даже на них взора, ставит их ни во что? И какие изгладились из старых страстей и какие вновь образовались? Притом, возникают ли страсти в живых образах или в чувстве - без живых образов, и в памяти - без страстного движения, без размышления о них и без раздражения?
И по этому можно узнавать меру душевного здравия" (Прп. Исаак Сирин. Сл.45). А потому таковой человек, следуя учению божественного Павла, принимает вся оружия Божия, да возможет противитися в день лют (Еф.6,13), и сими оружиями при содействии благодати Божией отражает видимые приражения и побеждает невидимых ратников. Мы видим пример такого духовного бодрствования в Иове Многострадальном, о котором святая Церковь воспевает так: Богатство видев добродетелей Иовлих, украсти кознстововавше праведных враг, и, растерзав столп телесе, сокровище не украде духа, обрете бо вооружену непорочнаго душу[45] (из тропаря святому, глас 1-й).