Шестоднев

Одна и та же вода, влекомая корнем, иначе питает самый тот корень, иначе — кору ствола, иначе — само древо, иначе же — сердцевину. Влага проходит в листья и в побеги, разделяется по ветвям и дает рост плодам и образует густой сок от этого дерева. Никакое слово не в состоянии объяснить этого. Один сок у мастикового дерева, который называют смолой, другой сок, как вода, у бальзамного дерева, а нарды, растущие в Египте и Ливии, имеют сок другого рода. Рассказывают также, что янтарь — смола растений, которая, застыв, становится камнем. Подтверждением этого мнения является то, что в янтаре встречаются травинки и мелкие живые существа, которые попали в него, когда он был еще мягкой и жидкой смолой, и, завязнув в ней, окаменели. И вообще, кто не изведал на опыте качества соков тех всех, тот никак не может уразуметь, как это бывает. Как от одной и той же влаги в виноградной лозе рождается вино, а в древе маслины — оливковое масло? И не только то удивительно, как влага в одном растении сделалась сладкой и жидкой, а в другом — густой, но и то, что в сладких тех плодах не поддаются описанию различия качеств. Одна ведь сладость в виноградной лозе, другая же — в плодах яблони, третья — в плодах смоковницы и четвертая — в плодах финикового дерева.

И еще призываю тебя хорошенько подумать о том, как одна и та же вода, приятная на вкус, когда будет в одном растении, например, в древе, становится сладкой, когда же бывает в другом древе, как бы окисляется и делается более горькой, когда находится в полыни или скаммонее. Если она будет в желуде или в плоде дерена, то становится терпкой и острой, а в теребинте и в орехе — мягкой, нежной и маслянистой.

Но стоит ли говорить о таких сложных вещах, когда в той же самой смоковнице качества воды переходят в свою противоположность? Сок же ее бывает горек в древе, а в самом плоде влага сладка. Так и у винограда: в виноградной лозе влага кислая, а в самих гроздьях - сладкая.

А сколько различий в цветах? В одном цветке можно видеть воду красную, в другом багряную, в том синюю, в другом зеленую, в этом желтую, в том белую. И еще более, чем по цвету, различаются цветы по запаху. Но вижу, что безграничные мысли мои в стремлении все познать перешли надлежащую меру, и если в страхе не обуздаю себя и не заставлю вернуться к размышлениям об этом творении, то не хватит мне и дней моих раскрыть великую премудрость, говоря вам о ней худым своим языком.

«Да прорастит земля древо плодовитое, творящее плод на земле». И тотчас же горные вершины поросли деревьями, устроились сады и берега рек украсились бесчисленными растениями. Одно было предназначено на трапезу людям, другое же — на пищу скоту своими листьями и плодами. Еще одно было дано нам для излечения своим соком, влагой, и ветвями, и корою, и плодами. Одним словом, то, что открыл нам долгий опыт, когда человек из частных случаев извлекал то, что ему было на пользу, ясный и острый промысел Творца, изначально предусмотрев, вывел в бытие.

Ты же, когда видишь садовые растения, или посаженные, или дикие, или растущие у воды, или полевые, цветущие и самые цветы, то, познав в малом великое, считай это постоянно чудом и возрастай в любви к Творцу своему. Подумай, как Он сотворил одни растения всегда зеленеющими, другие — сбрасывающими листья каждый год, третьи — всегда с листьями. Теряют листья и маслина, и сосна, хотя и незаметно, так что кажется, что они никогда не обнажаются. Всегда же с листьями финиковая пальма, имеющая ту же самую листву, которую она получила со времени своего появления и которая остается у нее до конца. Обрати внимание еще и на то, что тамарискобитает в обеих средах: растет среди водных растений и размножается вместе с полевыми. Поэтому и пророк Иеремия сравнивает лукавых, тех, кто имеет двуличный нрав, с таким растением.

«И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя, дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле». Где раздавалось божественное и всемогущее повеление, тут же сразу произвела земля все множество трав и красоту цветов разнообразных на лугах, и красоту различных злаков и бобовых на нивах. Подобным же образом появились и фруктовые плоды, у которых много самых разных качеств и свойств, а также бесчисленное разнообразие древесных растений, не приносящих плодов. И каждое растение, созданное для удовлетворения определенной потребности, служит на пользу человеку и заставляет хвалить и славить Бога, который сотворил все это и позволил нам восклицать вместе с пророком: «Как многочисленны дела Твои, Господи! Все соделал Ты премудро».

«Да прорастит земля». Малое сие повеление тотчас стало великой природой, создавая бесчисленные свойства растений. Это повеление и поныне действует на земле и понуждает ее во все годы отдавать свою силу, которую она имеет, чтобы производить травы, семена и деревья. Поэтому мы, всячески потрудившись, преисполнимся плодами добрых дел, чтобы, будучи «насажденными в храме Господнем, во дворах Бога нашего, процвели» о Христе Иисусе Господе нашем, с безначальным Его Отцом, с Пресвятым Духом — в веки веков. Аминь.

Слово четвертого дня

Рассказав, как это было в наших силах, о великих и чудесных делах, прославив Святую и преславную Троицу, приступаем к делам четвертого дня, моля и прося разума у той, от которой вся благодать и весь совершенный дар сходят с высоты, чтобы, когда мы открыли уста нашего разума и плоти, она [Троица] наполнила нас благодатным даром и научила, как и что нам подобает говорить и как объяснять смысл повести премудрого Моисея.

Поразмыслим же и мы ныне над тем. что говорил великий Моисей. «И сказал Бог: «Да будут светила великие на тверди небесной, чтобы освещать землю и владеть днем и ночью, чтобы отделить свет от ночи».

В четвертый день получили свое бытие оба эти светила. Из этого ты должен понять, что все, что произошло от земли, появилось раньше солнца и луны, и не думай, что все имеет причиной своего появления солнце и луну. Иные неразумные прежде думали так. Не думай, что эти два круга являются причиной появления света, но они только сосуды и формы, подходящие для света. Свет по своему роду был создан прежде. Где Бог создал небо и землю, тут же потом и сказал: «Да будет свет». Явно, что свет, который светил в первые три дня, был простым и рассеянным, простираясь повсюду. И потом по Божьему повелению он был собран, как это хорошо знает Тот, кто его создал.

Но пусть никто по недомыслию не вопрошает, говоря, как или куда исчез свет, собравшись воедино. Подобно тому, как не подобает спрашивать, говоря: «Каким образом Бог сотворил небо и землю, которые прежде не существовали, и что представляли собой то и другое, когда их еще не было». Ибо большой глупостью и ошибкой было бы спрашивать об этом и пытаться понять человеческими мыслями непостижимые Божьи мысли, их ведь никто не может постичь.

Так же и спрашивать о сиянии первосозданного света, как его создал Творец, было бы делом неразумного человека и глупостью. Но разумному человеку подобает верить и утверждать то, что говорит Священное Писание, а кроме этого ничего не следует ни спрашивать, ни исследовать, желая узнать или додуматься сверх того, что ему дано.

Если мы не можем постигнуть смысла чего-то, то нам дается понимание того, что имеется естество, которое мы не можем понять, и что оно создало все существующее. Нам же следует в одном случае понимать природу существующего, в другом случае — не исследовать ее. От того, что мы можем постичь природу предмета, мы должны стать тверже и еще более укрепиться в своей вере, поскольку мы можем понять человеческими мыслями то, во что мы верим. То же, чего мы не можем понять и постичь, свидетельствует о разнице, точнее сказать, о большом и несравненном различии между божественным и человеческим, то есть между творящим и созданным.

Итак, Он сказал: «Да будут светила на тверди небесной, чтобы освещать землю и владеть днем и ночью». Он сообщает о том, что солнечный и лунный круги созданы как тела. В них и вложил Творец светящуюся сущность первосозданного света, которая была простой и рассеянной и лучшей, чем созданные тела. Тонкими и прозрачными были два круга, два тела солнечной и лунной субстанции и подобны небесному телу, но, скажу тебе, намного тоньше и прозрачнее.

Сущность какого же тела имеет первобытный свет, если считать его телом, как думали иные? Но правильнее рассматривать его как бестелесную сущность. Ибо бытие его непознаваемо с помощью трех измерений, а именно: длины, ширины и глубины, как у других тел, все ведь тела познаются тремя этими измерениями. Поэтому то, что их не имеет, является бестелесным, выше телесной сущности и нечто совсем иное по качеству. А можно сказать и обратное: если в чем-то наличествуют эти измерения, то это явно тело, а не что-то бестелесное.