Слова

4. Таков чин спасаемых! И кто не последует сему чину, тот будет блуждать в горах и пустынях, и в местах, которых не посещает Христос, и тщетно протрудится и прозлостраждет во всем, что подымет спасения ради своего. Ибо спасение наше все содевается силою Господа нашего Иисуса Христа. Того ради и называется Он Царь и Господь, что царствует и господствует во всяком, кто верует в Него, благодатию Духа Святого, и как Царь и Господь верных Своих, содевает в них и чрез них что Ему благоугодно, бывая для тех, кои предают себя Его царству и господству, путеводителем, правителем, учителем, пестуном, предстателем, помощником, избавителем от всякого греха. Если же и думают некоторые, что они делают что-либо доброе без Христа, то они ложь суть, и тогда только станут истиною, когда восцарствует в них Христос. Когда Пилат спросил Христа Господа: царь ли еси Ты? Он ответил ему: Аз на сие родихся, и на сие приидох в мир, да свидетельствую истину. Пилат спросил: что есть истина? Но Господь не ответил ему (Ин.18:37,38)

Невозможно освободиться нам от неразумия, если не воцарится в нас Сын Божий и Слово Божие, Господь наш Иисус Христос, благодатию Святого Духа. И сие-то есть истина, которую пришел Господь засвидетельствовать. Если не восцарствует в нас Христос, то невозможно, чтоб в нас, собственными нашими средствами, было что-либо благоугодное Ему, но мы будем обладаемы врагом рода человеческого, диаволом, не чувствуя и не понимая того. Где царствует Бог, там нет рабства диаволу, но все служение единому Богу. Кто не знает, что Бог, Творец неба и земли и всей видимой и невидимой твари, есть Царь всех творений, воззванных Им из небытия в бытие? Бог и Отец собственного Слова и Сына, Господа нашего Иисуса Христа и Бога, Имже все сотворил Он во Святом Своем Духе, Сей, говорю, Отец чрез Сына Своего во Святом Духе царствует над всеми тварями Своими. Сие единое Божество - Отец и Сын и Дух Святой, триипостасное, совечное, собезначальное и единосущное, царствует и властвует над небом, солнцем, луною, звездами, воздухом, землею и морем и всем, что в них, над Ангелами и человеками, хотят ли они того, или не хотят, потому что Царь и Господь всего - один Бог. Но так как неотложное свойство царя есть иметь промышление о том, над чем он царствует, то и Бог имеет промышление о всем, сказанном нами.

Только поелику все другие твари, кроме существ разумных, то есть Ангелов и людей, не имеют разума, как неразумные, то Бог промышление о них творит просто, без того, чтоб они знали о сем, так как они не имеют разума. И об Ангелах и людях, существах разумных, Он тоже имеет всегда промышление; но так как они суть твари разумные и естественно имеют разум, то Он хочет, чтоб они знали и сами Творца и Промыслителя своего - Бога. Для того и созданы они разумными, с естественным разумом, чтоб, познавая Творца своего и Промыслителя, всегда прославляли Его и благодарили, не только за себя самих, но и за все прочие твари. Почему Бог, будучи Царем всех тварей, над одними людьми хочет царствовать по воле их, как и над Ангелами царствует по воле их.

Как только войдет царствие Божие в разумное естество, тотчас преисполняет его всякою правдою и добродетелию. Почему будем всегда молиться Богу: да приидет царствие Твое, да будет воля Твоя. Сего хощет Бог, для сего соделался Он человеком, в этом первый предмет проповеди и начало Евангелия. Это и значат слова: приближися царствие небесное, коими началось Евангелие. И если душа не восчувствует, что царствие Божие пришло в нее и воцарилось в ней, нет ей надежды спасения. Душе царствуемой надлежит знать благодать и воздействие царствующего в ней Божества, ибо где присущ царь, там должны быть явны и знамения его присутствия. Божии знамения, которые должна иметь душа, царствуемая Богом, суть: кротость, правота, истина, смиренномудрие, благостыня, правда и всякое благоговеинство, и еще - незлобие, человеколюбие, сострадание, любовь нелицемерная, долготерпение, постоянство, благодушие. А у тех, в которых не царствует Бог, должно видимо быть противное сему. По сим добродетелям и по противоположным им недобродетелям познается, в каких людях царствует и в каких не царствует Бог. Относительно сих последних Господь повелевает воинству Своему, то есть святым Ангелам, говоря: враги Моя оны, иже не восхотеша Мене, да царь бых был над ними, приведите семо, и изсецыте предо Мною (Лк.19:27).

Ибо те, которые слышали и до точности познали, как, какими делами и каких заповедей исполнением имеют получить от Христа царство небесное, и презрели то, предпочетши тому земное и тленное, временную и суетную славу, таковые всеконечно достойны быть мучимы горше, чем неверные. Они познали Христа и не хотели иметь Его Царем себе, потому что не соблюдали заповедей Его. Ибо кто не хочет делать дела, для которого Христос соделался человеком и пришел в мир, тот явно не принимает Самого Христа, хотя и кажется, что принимает. Которые же воистину уверовали в Него и приняли Его, тем дал Он область чадами Божиими быти. Как только они уверовали в Него, и Он вверился им и дал им приять от Себя божественное; так что человек, верующий в Него, делается богом, как Он - Бог соделался человеком. Когда бы и нам даровал Бог уверовать в Него во истине, и соделаться чадами Божиими и богами по благодати, во Христе Иисусе, Господе нашем, Коему слава и держава во веки! Аминь.

Слово сорок пятое

1. О сотворении мира и создании Адама.

2. О преступлении заповеди и изгнании из рая.

3. О воплощенном домостроительстве Господа, и о том, как Он воплотился ради нас.

4. Как все творение имеет быть опять обновлено?

5. Что это за светлое состояние, какое имеет опять восприять вся тварь?

6. Как это святые соединяются со Христом и Богом нашим и бывают едино с Ним?

7. Какой это вышний мир, и как он наполнится, - и когда придет конец?

8. Пока не родятся все, коим предопределено родиться до самого последнего дня, - дотоле вышний мир не наполнится.

9. На слова Евангелия: уподобися царствие небесное человеку царю, иже сотвори браки сыну своему (Мф.22:2 и далее).

10. Святые по воскресении будут знать один другого.

Бог в начале, прежде чем насадил рай и отдал его первозданным, в пять дней устроил землю и что на ней, и небо и что в нем, а в шестой создал Адама и поставил его господином и царем всего видимого творения. Рая тогда еще не было. Но этот мир бысть от Бога, как бы рай некий, хотя вещественный и чувственный. Его и отдал Бог во власть Адаму и всем потомкам его, как говорит Божественное Писание. И рече Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию, и да обладает рыбами морскими и птицами небесными, и зверми, и скотами, и всею землею, и всеми гады, пресмыкающимися по земли. И сотвори Бог человека, по образу Божию сотвори его; мужа и жену сотвори их. И благослови их Бог, глаголя: раститеся и множитеся, и наполните землю, и господствуйте ею, и обладайте рыбами морскими и птицами небесными, и всеми скотами, и всею землею. Видишь, как Бог отдал человеку в начале весь этот мир, как рай какой, почему вслед за сим и говорит: се дах вам всякую траву семенную, сеющую семя, еже есть верху земли всея, и всякое древо, еже имать в себе плод семене семеннаго, вам будет в снедь; и всем зверем земным, и всем птицам небесным, и всякому гаду, пресмыкающемуся по земли... и всяку траву зелену в снедь (Быт.1:26-30). Видишь ли, как все видимое, что есть на земле и что есть в море, все то отдал Бог во власть Адаму и потомкам его?

Ибо что сказал Он Адаму, то сказал всем нам, подобно тому, как и Апостолам сказал: а яже вам глаголю, всем глаголю (Мк.13:37), - так как ведал, что род наш имел размножиться и людей имело быть бесчисленное множество. Если теперь, после того как преступили мы заповедь и осуждены умирать, люди столь много размножились, то вообрази, сколько бы их было, если б не умирали все рожденные от сотворения мира? И какою жили бы они жизнию, будучи бессмертны и нетленны, чужды греха, печалей, забот и тяжелых нужд?! И как, преуспев в хранении заповедей и в благоустроении сердечных расположений, по времени, востекали бы они к совершеннейшей славе и, изменившись, приближались бы к Богу, и душа каждого делалась бы светлосиянною, по причине осияний, какие изливались бы на нее от Божества! И это чувственное и грубовещественное тело делалось бы будто невещественным и духовным, высшим всякого чувства, а радость и веселие, какими исполнялись бы мы тогда от взаимного друг с другом обращения, воистину были бы неизглаголанны и невместимы для помысла человеческого. Но возвратимся опять к нашему предмету.