Страница 121 из 169
Воодушевившись таковой верою, помолимся, братия, ко Господу разумов, чтобы Он ниспослал духа премудрости благочестивейшему Самодержцу нашему; да с высоты престола своего, несмотря на расстояние мест, возможет проразуметь все козни врага, все извития дракона, уже давно со всех сторон изъязвленного, но все еще ядовитого!
Помолимся Господу сил, да излиет на православное воинство наше дух крепости, во еже не смущатися ему ни от числа и отчаянной дерзости врагов, ни от перемены и суровости стихий, ни от разных нужд и лишений, ни от слабостей собственной природы человеческой!
Помолимся ко Господу милосердия, да подаст единоверным собратиям нашим, живущим в пределах вражиих, духа веры, терпения и благоразумия для перенесения новой тягостной годины испытания, их обышедшего, и да скорее изведет их из пещи скорбей и рабства, в коей они, как Израильтяне в Египте, томятся уже более четырехсот лет!
Помолимся, наконец, ко Господу и Владыке царств и народов, да брань наступающая будет бранью с врагом последней, за коей наступит мир, не по имени только, а на самом деле вечный, коего уже некому бы было нарушить.
На Тя, Господи, уповаем, да не постыдимся во век! Аминь.
3. Слово при появлении перед Одессою флотов неприятельских
В такой великий и святой день, как нынешний, и везде, тем паче во храме, не хотелось бы думать о чем-либо другом, как о возлюбленном Спасителе и Господе нашем, Который, нашего ради спасения, грядет на страсть вольную... Но, видно, так угодно было Его же святой воле, чтобы мы, и в этот день и в сем священном месте, подумали ныне и побеседовали не столько о том, что было некогда с Ним, сколько о том, что происходит теперь с нами.
Что же с нами? Не что-либо совершенно новое и неожиданное, и однако же всего менее желанное и приятное: враги наши, столько времени угрожавшие нам своим нашествием, наконец перед нами, на водах наших!..
В таких необыкновенных обстоятельствах, кои не постигали града нашего со времени его основания, легко прийти в смущение и немалодушному... И вот, как бы прямо к ободрению и утешению нашему, мы в нынешний же вечер услышим из уст Самого Спасителя нашего следующие утешительные слова: «Да не смущается сердце ваше: веруйте в Бога и в Мя веруйте... дерзайте, (яко) Аз победих мир!» (Ин. 14; 1. 16; 33). Возлюбленным ученикам Христовым, во время страданий Его, предстояли опасности и искушения гораздо большие, чем предстоят теперь нам; и, однако же, Божественный Наставник не позволяет им предаваться страху и унынию: «да не смущается сердце ваше»; и в то же время указует им на самое верное и действительное средство к благодушию: «веруйте в Бога, и в Мя веруйте!» То есть, как бы так говорил Господь: имейте только веру живую и упование твердое на Меня и Отца Моего - и никакое зло не прикоснется к вам, и буря пройдет мимо вас безвредно.
Поскольку же сей Всемогущий Спаситель есть един «вчера и днесь Тойже, и во веки» (Евр.13; 8), поскольку Он всегда и везде может, как свидетельствует святой Павел, «спасти» всех «приходящих чрез Него к Богу, всегда жив сый, во еже ходатайствовати о них» (Евр.7; 25), то мы, в духе веры и упования, не усомнимся обратить ныне утешительные слова Его ко всему граду нашему и сказать: не смущайся и ты, возлюбленный град, от лица врагов твоих, кои страшны более именем своим и нашим воображением о них, нежели действительной возможностью вредить нам! Не смущайся, а веруй твердо в Бога и во Спасителя твоего, веруй и покажи верую твою от чувств и дел твоих! Тогда страх и смущение сами собою удалятся от тебя, ибо сила Всевышнего откроется в тебе, и помощь Господня узрится на тебе. Отец всемогущий не оставит и ныне возлюбленного Сына, как не оставил Его на Голгофе: а любвеобильный Сын не оставит нас, кои веруем во имя Его и готовы теперь терпеть от врагов не ради наших выгод или приобретений, а единственно во славу Животворящего Креста Его.
В самом деле, за что воздвигают на нас брань эти гордые пришлецы? Мы не трогали и не думали трогать ни их чести, ни их собственности; мы желали токмо защитить честь веры христианской, обезопасить жизнь и собственность собратий наших по вере от безумия и гордости мусульманской. Это ли наша неправда? За сие ли восставать на нас с такою злобою? Ах, если бы у врагов наших не угасла живая вера в Спасителя и не оскудела христианская любовь к ближним; то, вместо нападения на нас, они сами, подобно нам, должны бы давно стать против притеснителей христианства на Востоке и положить конец их кровожадной свирепости. Сего самого и ожидали от них все истинные последователи веры христианской; сего именно надеялись все искренние друзья человечества; для сего-то и с нашей стороны истощено столько терпения, принесено столько жертв: не наша вина, если мы остались, наконец, одни под знаменем Креста, у подножия Гроба Господня!..
Посему-то, смотрите, и к утешению своему приметьте, как Господь видимо начинает принимать дело наше под Свое особенное, Всемогущее Покровительство! Ибо когда открываются предстоящие нам теперь искушения? Открываются вместе с началом страданий Христовых: таким образом, мы будем проходить их, так сказать, под сенью Креста Христова. Не утешение ли это для всякого, кто верует в Господа Иисуса и любит Крест Его? Самый день нынешний, в который явились против нас враги, служит уже для нас знамением во благо. Ибо, как именуется он издревле от всех православных чад Церкви? -днем чистым. И вот в сей-то самый день, как в знак и выражение чистоты и правости нашего дела, а следовательно и в побуждение нас к вере и благодушию, попущено свыше открыться нападению на нас!..
Но, братия мои, да не послужит сие для нас в пищу гордости духовной и суетной праведности фарисейской, толико противной Тому, Кто сказал о Себе, что Он «кроток еемь и смирен сердцем» (Мф. 11; 29). Если об апостолах Христовых речено: «чисти есте, но не еси» (Ин. 13; 10); если и Первоверховный из Апостолов имел нужду в омовении ног, дабы соделаться совершенно чистым, тотем паче нам невозможно сказать, что мы чисты есмы вси, и чтобы кто-либо из нас не имел уже никакой нужды в очищении себя от страстей и грехов. «Аще речем», - пишет возлюбленный ученик Христов, - «яко греха не имамы, себе прельщаем, и истины несть в нас» (1 Ин. 1; 8). Но грехи и страсти самое неблагоуспешное напутие для тех, коим угрожает нападение от врагов, ибо ими привлекается гнев Божий. Посему не будьте праздными зрителями того священного обряда, который сейчас будет совершаться перед вами: когда мы будем, по чину Святой Церкви, омывать нозе сослужителям нашим, вы омывайте в это время души и сердца ваши.
Для сего помысли, возлюбленный, о грехах твоих и о том, как прогневана ими благость Божия, как осквернено ими собственное твое существо, как гнев Божий будет за сие поражать тебя на суде всемирном, а может быть, еще и в сей жизни, - помысли, говорю, о всем этом; и если Господь подаст тебе при сем слезы умиления сердечного, то омывайся сими драгоценными слезами, как можно более. В сей купели погружалась некогда блудница, омывавшая ноги Спасителя своего слезами, - и вышла из нее чистою и спасенною. То же будет и с тобою! У кого недостанет слез, а есть блага века сего - стяжания и богатства, тот спеши омыть жизнь и душу свою водами милосердия. Поток милостыни целебен и силен к омовению самых черных пятен совести, как показывают многие примеры в слове Божием. Прекрасно также действует к очищению грехов наших отложение ненависти и прощение обид ближним нашим; ибо Сам Спаситель сказал: «аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный» согрешения ваша (Мф. 6; 14).
Есть и другие средства к очищению себя от грехов и к принятию благодати Божией, только бы мы захотели искренно расстаться с теми нечистыми и богопротивными кумирами, коим доселе поклонялись безумно.
И на что лучше употребить следующие святые дни, как не на сие великое дело спасения душ наших? Особенно когда с этим делом соединилась теперь и внешняя наша безопасность от врагов? Ибо все в деснице Божией, и все беспрекословно покорствует Его пресвятой воле. Восхочет, - и самое море возмутится против врагов наших и размечет, яко хврастие (хворост), плавучие твердыни их. Восхочет, - и громы онемеют в руках их и праздно рассыпятся над нами по воздуху. Восхочет, - и наши берега явятся неприступными, и един из защитников наших пожнет тысячи, а десять - тьмы.