Собрание Творений

Ответ. Хорошо и уместно, конечно, и на пользу обеим сторонам — и согрешающему, и про­щающему. Первому — что он просит, [обещая этим] исправиться в том, в чем согрешил, а второ­му — что он виноват в тех же вещах, ибо нет ни­кого без греха и вины, только единая вышевластвующая и несравниваемая Святая Троица во едином естестве. Ибо говорит богоносное слово Писания: "Кто похвалится, что у него чистое сердце? Или кто дерзнет рассматривать себя как чистого от гре­ха?" Прежде Спасителя дивный Иов, незыблемый столп, когда его бил диавол, а он не слабел от стра­даний, не истощался, этот человек явным образом восклицает: "Никто не чист от греха". Даже если и один день живет он на земле, он проживает жизнь, а не из ложесн выходит жить. Но с возрас­танием тела и завершением ума — начало Промыс­ла о житии. Ибо Петр желал взять ключи Царствия Небесного и церковного устроения. Под ключами нужно понимать власть прощать грехи. Вместо ключа у нас есть язык, который отворяет небеса и затворяет. И при нас это — языком себе отворять или затворять небеса: первое — когда мы делаем достойное, а второе — когда делаем недостойное того, что изречено Богом. Тот, у кого надежда при­ять власть прощать грехи, спрашивает Господа: "Сколько раз, если согрешит по отношению ко мне мой брат, отпущу ему? До семи ли раз?" Почему он не ищет четного или круглого числа, а здесь спрашивает "до семи"?

Думаю я, что он желал уз­нать тайну об убийце: удостоен ли будет прощения Крещением и покаянием тот, кто впал в семь гре­хов. Первый в мире убийца Каин осужден на столь великие мучения соответственно связанным с убийством грехами. Первый среди людей Каин со­творил зло — первый убил. Первый солгал Богу, когда Бог спрашивал о убитом. Первый доставил родителям плач и рыдыние, убив брата. Первый породил ненависть и ревность. Первый лукаво принес початки хлеба. Первый землю осквернил кровью, став посредником ее проклятия. Семь раз он был в убийственном действе — равночислен­ное мучение приносит божественный глас: безпло-дие и безхлебие земли, не принимающей при этом убийцу, стон и дрожь по всему телу... Подобает по­нимать, что мучение завершилось по этому числу. "Проклята земля от тебя" — первая мука. "Возде­лывай землю" — вторая. Он сопрягся с некоей не­изреченной необходимостью, которая заставляла его страдать на земле и трудиться. И не позволит земле даровать от своего обилия — третье муче­ние — трудиться и от усилий не иметь никакого приплода. "Стенать и дрожать на земле" — к трем мукам Божие устроение прибавляет две: беспрестанное стенание и не отпускающую дрожь, так что нельзя доставить телу ни пищи, ни питья, чтобы правая рука не устала, ибо крепость руки убила брата: здоровьем надо искупать болезнь.

Шестая мука, что он лишился дерзновения к Богу, а это страшная и тяжелая мука все выдерживать, когда Бог отвращается. В ней, рыдая, находясь в этом ис­кушении, он просит смерти, которая бы избавила от бедствия, и она лучше, чем жить отверженным от Бога. И сказал: "Если отлучишь меня от зем­ли", то есть не велишь при этом наслаждаться ее плодами, и "от лица Твоего скроюсь", раз земно­го, что служит потребностям, я лишился. "И когда Ты велишь, я не могу явиться, и пусть любой, кто меня встретит, меня убьет, лучше мне умереть, чем жить, жестоко мучимым". К нему Господь сказал: "Никак нет. Я поставил знак на тебе, чтобы тебя не убил никто из встречающихся тебе". Это седь­мая мука — не удостоиться смерти, которая обра­щает в прах всякий позор и "славу", но продол­жать жить в мучениях, будучи обличаемым знаком, что он есть начинатель злых среди людей. Ибо это самая тяжелая мука — позор среди наделенных даром разума и слова. Виновным суд Божий нала­гает запрет, когда говорит: "Воскреснут эти в жизнь вечную, а эти — в срам и похуление веч­ное". Так как убийца внес семь зол, то столькими же наказаниями был осужден. Знал Петр, что седь­мой день назван почтенным Господним днем: Гос­подь в этот день прекратил Свои дела. И не поче­му-либо другому, но именно поэтому закон почи­тает субботу, чтобы, в соответствии с названием *, отдыхать от трудов.

И число семь особо выделя­ется и почитается иудеями. И в нем все численные установления. В нем день очищения. А седь­мой год у них — в честь прощения. Шесть лет вспахивая землю и собирая урожай, учреждают на седьмой год, чтобы она отдыхала и была нетрону­той, изобилуя самосевом хлеба. Раб, поработав семь лет, получал свободу, когда седьмой год за­канчивался. Семьдесят лет пробыли иудеи плен­никами в Вавилоне. Прибавляется и святой Христоносной нашей Церкви благодать седьмых. "Семь раз днем я восхвалил Тебя", — сказал Да­вид, божественный песнопевец. Днем он называ­ет настоящий век (настоящую жизнь), восхваляя семь дней недельного круга. Исайя насчитывает семь духовных даров, и "семь очей Господних", что сказал и Соломон: "Премудрость создала себе храм и поддержала его семью столпами". Премуд­рость — это Христос, как объясняет божествен­ный Павел, а дом — это небо и Церковь. Семь столпов — это ангельские чины. А в Церкви — те, кто вместе со Стефаном и Филиппом — семь диа­конов апостольских. И опять же другой из святых сказал: "Семь раз праведник падет и встанет", — не иначе как покаянием. Седьмой от Адама Енох по преставлении не увидел смерти. Итак, его пре­ставление указует, что мы сможем из тленного и временного жития [преставиться] в бессмертное житие Церкви, сохраненные от потопа бесов, как духовно понимаемый Ной, имея Христа кормчим.

Седьмой после Ноя — Авраам; он принимает об­резание, отбрасывая плотное и тучное жизни. Седьмым после Авраама явился божественный за­конодатель Моисей: изменение жития, очищение от беззакония, возвращение благого Закона. Он даст дивный устав, чтобы на седьмой год почитать "субботу": чтобы была свободна пахотная земля, чтобы должники были прощены от долгов, а рабы освобождены из рабства. Семьдесят седьмой от Адама рождается Христос, как свидетельствует бо­жественный Лука по числу родов. И именно по­этому Священное Писание число прощения гре­хов дает по уставу семи; по седмицам продолжа­ется и настоящее житие. Седьмой день совершен у Творца. Седмица, возвращаясь всегда к себе, не­сет отпущение грехов через покаяние — для тех, кто склоняется к исправлению (выпрямлению) и трезвению, дарованному от Бога. Мы об этом ле­нимся, но вскоре мы, отринувшись от весьма гор­шего, опять прикоснемся деланию добра. Омоем одежды и сердце от скверны, убежав от нее, что­бы не задохнуться, и взойдем к древнему возвы­шенному житию. Слух приклоним к Божией воле, забудем земное. И приобретем верховный град добродетели от любви. И на скрижалях сердца на­чертаем Божий Закон, став доской в руках Бога.

(217) Вопрос. Почему Петр, который, столько раз согрешив, получил прощение, сам не простил Ананию и Сапфиру, но одновременно словом умерт­вил обоих. И этот грех не сопоставим с клятвен­ным отречением. Тем более, что речь идет об ута­ивании своего золота, а не чужого. И даже если оно было чужое, то это нельзя приравнять: немно­го утаить из своего — или отвергнуться Бога.

Ответ. Не бездумно к виновным применено верховное наказание — проразумея наставление, многим людям уврачующее страсти. Потому что тот человек Богу передал только одну часть золо­та, но уязвленный святокрадством, утаил [осталь­ное]. А когда его спросили, то отрекся. И когда начал Петр сеять евангельские семена, то увидел только проросшие плевелы. И он искусно их сра­зу остановил: чтобы они, растя вместе с пшени­цей, не задавили ее. И когда они не изменились к лучшему, о чем и вся горесть Симона, осудил их на смерть. Он уразумел Духом и ответил, что они не изменятся к лучшему. Они молились простить от стыда, но сердце их пело нестройно с устами. , Как сказал божественный песнопевец о Израиле: "И возлюбили устами своими, а языком своим со­лгали Ему: ибо сердце их не по прямому пути с Ним". И. не стали верными в Завете Его. Так и ис­кусные во врачевании обычно делают: если кто до конца одержим (удерживается) неисцелимым стра­данием, то отрезают от руки или ноги палец, преж­де чем повреждение не распространится на про­чие члены. Так и дивный Моисей, когда увидел изначально, что принадлежащее Закону находит­ся в небрежении, хотя и слаб был, приказал кам­нем побивать того, кто в субботу греховно соби­рает хворост. Так Бог повелел написать — пре­ступление осуждаемо и о великом и о малом. Как сказал Господь: "Если кто выполнит и весь Закон, но согрешит об одном, то будет повинен всему".