Страница 2 из 80
Литургия благодарственна. Она - Евхаристия. Со слов «Благодарим Господа» служба стремится к своей молитвенной вершине, к максимально интенсивному переживанию встречи с Господом. Благодарить Бога можно непрестанно, и поводов к благодарности множество. Но, собирая малые ручьи в большие реки, Церковь благодарит Бога за два главных дела - Творение и Искупление. Он все создал, в чем проявилась глубина премудрости и силы. И Он искупил падший мир, в чем проявилась Любовь, которую не с чем сравнить. Пока пастырь приносит благодарение, читая установленные молитвы, люди соединяют свой ум со словами, которые поет хор: «Достойно и праведно поклоняться Отцу и Сыну и Святому Духу». Начальный возглас литургии, в котором Царство Троицы благословляется, здесь актуализируется. Поскольку поклоняться Троице в духе и истине означает уже в известной степени приобщиться благословенному Царству Троицы.
Затем мы слышим Ангельскую песнь: «Свят, свят, свят Господь Саваоф». Эту песню слышал и передал Церкви пророк Исаия. Она есть один из вариантов тех песен, которыми воспевается Триединый Бог. Если вспомнить о Трисвятой песне перед чтением Писания, о Херувимской песне с ее «припеванием», то получится, что литургия похожа на ангельскую службу, с небес снесенную людям. То и дело люди в службе соединяются с ангельскими хорами и на земле поют Богу то, что на небе Ему поют бесплотные.
У ангелов нет телесных забот, нет тревоги о жилье и еде. У них есть любовь к Богу. Но тем-то и велик бывает человек, что, нуждаясь во многом, он отлагает от себя мысль о заботах и стремится воспевать Бога так же чисто и горячо, как ангелы!
Служба - это не только хвала и пение. Это еще и пир, трапеза, возможность насладиться «манны сокровенной». Литургия совершается ради принесения Бескровной Жертвы и причащения. И здесь стоит сказать несколько слов о священстве.
Без наличия священника литургия невозможна. Пусть в храме соберется сотня самых святых мирян, сотня людей, одушевленных верой и закаленных в подвижничестве. Без иерея они смогут читать часы и петь акафисты, смогут изучать Писание и упражняться в Иисусовой молитве. Но литургию они не отслужат. Им, сильным и горячим, нужен будет священник, пусть самый слабый и не очень горячий. Иначе таинства Тела и Крови не будет.
Но и священнику нужны люди. Без паствы священник не имеет права служить литургию. Священник без паствы - это генерал без армии, а люди без священника - это овцы, не имущие пастыря. Для полноты церковной жизни нужен союз паствы и духовенства, союз молитвы и жизни.
Что касается литургии, то священнику очень нужна усиленная молитва верующих во время самых важных моментов службы. Задумаемся над следующим.
Молитва - это не магия, а живое общение. Магизм предполагает произнесение формул и заклинаний, неизбежно приводящих к нужному результату. Молитва предполагает просьбу и смиренное предстояние. «И просим, и молим, и мили ся деем (то есть умиляемся, сокрушаемся)». Маги, произнося заклинания, спокойны. Все будет как надо. Молящийся, то есть просящий, молится в страхе. Ведь он просит, а раз просит, то может и не получить. Ведь дар зависит не только и не столько от просящего, сколько от Дающего.
Мы должны молиться Живому Богу со страхом, со смешанным чувством благодарности и ощущения собственного недостоинства. Можно сказать, что та молитва стремиться стать настоящей, которая приносится словно впервые и словно в последний раз. Именно так: в первый и последний раз! И так должна молиться вся Церковь.
Очень важно воспитать приход таким образом, чтобы все прихожане после услышанных ими слов Христа: «Сие есть Тело Мое. Сия есть Кровь Моя», - начали усердно молиться Богу о ниспослании Духа Святого на предлежащие Дары. Священнику очень нужна эта сознательная молитвенная помощь, и людям очень нужно это сознательное участие в таинстве. Люди могут просто внимать пению: «Тебе поем, Тебе благословим...» Они могут читать стихиру Святому Духу «Царю Небесный». Они могут в тайне сердца своими словами просить Владыку, чтобы Он не отвернул от нас Своего лица, чтоб не отнял благодати, чтобы «не прогневался на ны зело». Слова могут быть различными, но понимание у всех должно быть одним: это пик службы, для этого момента мы собрались в храм, «благословен грядый во имя Господне».
Когда мы выйдем из храма после службы на улицу, мир будет иным. Мир реально меняется после молитв, и человек реально меняется в результате Богообщения. Но все это совершается не безусловно. Условием максимальной действенности таинств являются любовь к Богу и понимание происходящего на службе. При правильном подходе к Евхаристии мы имеем шанс стать великими богачами. И не только богачами, но и мудрецами, и людьми, исцелившимися от многих недугов, и наследниками будущего Царства, наконец. Причем такими наследниками, которые еще здесь, в условиях странствия, способны предчувствовать и предвкушать блаженство, приготовленное для избранных.
840 Современный протестант
Современный протестант «из наших» иногда не так уж и далёк от Православия. В первые два-три года очень далёк. Всё в Православии для него — либо фольклор, либо язычество.
Но жизнь берёт своё...
Родная община, научившая верить, уже не кажется такой идеальной, как вначале. Становятся заметными недостатки братьев и сестёр; личные грехи, несмотря на уверенность в спасённости, выйдя в дверь, заходят в окна. Взамен «чистой евангельской веры» и простоты всё чаще о себе заявляют доктринальные разногласия. Человек успокаивается, то есть прощается с прежней горячностью. Становится понятным то, о чём постоянно твердит Церковь. А именно — что спасение требует трудов, что жизнь проходит между страхом и надеждой, что «Царствие Небесное силой берётся». В подсознании крепнет голос генетической памяти.
Большинство протестантов у нас ведь люди крещёные. Можно отрицать пользу крещения в детстве, можно считать себя гражданином вселенной и стопроцентным сыном грядущего Царства. Но крещение действует, благодать живёт и требует воцерковления. Некоторые из наших протестантов кажутся полумонахами или старообрядцами для своих иностранных братьев. И женщины у них на служении в платках, и под гитару молиться не любят, и молятся долго, к тому же, стоя. Думайте что хотите, но часто это — истинно крещённые в детстве люди, и вести себя они стремятся в соответствии с просвещённой совестью.
Их сердце разгоняет по венам вместе с кровью генетическую память. Это память о Православии.
«Как вы молитесь? — спросил я у одного протестантского проповедника. — У вас есть оформленный чин, или вы всякий раз руководствуетесь эмоциями?» — «Конечно, есть чин, — умно и грустно ответил собеседник. — На эмоциях и духовном подъёме долгую работу не построишь». Затем он рассказал, что начинают они с пения псалмов, потом просят о различных нуждах, проповедуют. Заканчивают молитву общим чтением «Отче наш». Я заметил, что если не брать во внимание анафору, епиклезу, то есть сердцевину Евхаристии, то по структуре очень похоже на литургию Златоуста. Он согласился. «Генетическая память?» — спросил я. — «Возможно», — прозвучал ответ.
Через какое-то время, может, через считанные годы, наши приходы пополнятся вернувшимися в Православие братьями и сёстрами, прошедшими в протестантстве школу катехизации. Это будет истинное торжество Православия, но нам нужно к этому подготовиться. Во-первых, они — люди Книги. Им нужно читать и объяснять Писание не пять минут в неделю, а гораздо больше. Большинство из них только потому и наполняют арендованные концертные залы, что в родных церквах, под куполом, на котором возвышается крест, они проповедей не слышали. Честно скажем, не очень-то и искали. Но если бы поискали, то, снова честно скажем, вернулись бы в арендованные залы. Нам нужно проповедовать, причём качественно и постоянно. Вера отцов, вера, «однажды переданная святым», в нашем случае часто похожа на сундук с сокровищами. Сокровища реальны, но мы сами не часто в сундук заглядываем.
От привычной брезгливости к протестантам следует перейти к радостному и дерзновенному благовестию. Вы чтите субботу? А знаете ли вы, что и мы субботу чтим? Не по-еврейски, бездействием, но непременной молитвой в храме. Мы помним, что это — седьмой и благословенный день. Только чтим его менее воскресенья, поскольку суббота — день благодарной памяти о творении мира и благословении, а воскресенье — благодарность Богу за искупление. Искупление требует большей любви, чем творение.
Вы чтите имя Господа, открытое Моисею при купине? А вы знаете, что мы на каждой службе со страхом его произносим? Мы благословляем Сущего, то есть Яхве, говоря по-славянски «Сый благословен Христос Бог наш». Ведь Сын во всём равен Отцу. Он тоже — Яхве, как Отец и Дух. По-гречески это имя мы пишем на иконах Спасителя. Это имя произносится в таинстве Крещения.