Страница 70 из 178
Иоанн Гиркан был у власти около двадцати лет, и ему на рубеже I и II веков сначала наследовал его сын Аристовул I (105–104 гг. до Р. Х.), которого сменил другой сын – Александр Яннай (104–78). При последнем начался упадок династии. Он был весьма успешен в своих военных походах, но его очень не любили; поскольку Александр формально не исполнял должности первосвященника, он провозгласил себя царем, хотя первые Маккавеи скромно именовали себя предводителями народа. Но при этом он претендовал на то, чтобы исполнять и первосвященнические обязанности. Однажды, во время праздника Кущей, он явился, чтобы самолично совершать служение, что вызвало протест народа. Его это не остановило, произошли волнения, и несколько тысяч человек были ранены у Храма. Началась настоящая гражданская война, причем движение, противостоящее Александру, возглавляли появившиеся тогда фарисеи. Те партии, которые упоминаются на страницах Евангелия, сложились как раз в эпоху Маккавеев.
Фарисеи возглавляли противную Александру партию и призвали себе на помощь потомка Селевкидов, Димитрия III. Но в критический момент патриотизм у фарисеев взял верх, и они отказались от помощи Димитрия III и присоединились к Александру Яннаю, что его лично спасло, так как дела его были незавидны. Тем не менее он подавил восстание и распял восемьсот зачинщиков его, приказав убить у них на глазах их жен и детей [см. 87, XIII, 14, 2].
После смерти Александра Янная его жена Александра (Саломея), которая осталась у власти, опиралась уже на фарисеев, то есть она полностью сменила курс, их сын Гиркан II был поставлен первосвященником, а Аристовул II, другой сын, был удален и просто вел частную жизнь. В 67 году, после того как Саломея умерла, Аристовул снова включился в борьбу за власть. Ему помогал некий идумеянин по имени Антипатр. Аристовул вынудил Гиркана бежать из Иерусалима.
В это время, в 60–е годы до Рождества Христова, на границах с Сирией уже появился Помпей. Пока последние представители Маккавейской династии делили между собой власть, с севера на них надвигались римские легионы. И Помпей, естественно, весьма благосклонно принял обе стороны и предпочел поддержать Гиркана [см. 86, 1 кн. VI, 2–6, c. 25–27]. Помпей в качестве судьи (вспоминается лиса, которой доверили делить сыр) является в Иерусалим, который сам охотно открывал ему двери. Аристовул укрепился в храмовой цитадели и два месяца ее продержал. После чего она была взята, Помпей вошел в храм, осмотрел его, но не разрешил там ничего трогать, причем есть свидетельство, что Помпей вошел даже во Святая Святых и был крайне удивлен тем, что он ничего там не увидел. Привыкший к обычному языческому культу, ожидая увидеть статую, он просто там не нашел ничего, и это привело его в крайнее недоумение. Примерно через десять лет другой римский военачальник, Красс, исправил «ошибку» своего предшественника и как следует ограбил Иерусалим и Храм. Аристовул был отправлен в Рим, а Гиркан остался первосвященником. Иудеи попросили Помпея не восстанавливать монархию, потому что они устали от бесконечной борьбы за власть, приводящую к кровопролитиям. Тем более что не было ни одного достойного представителя династии Давида, которая должна была законно царствовать.
Иудеи оказываются фактически под протекторатом Рима. Идумеянин Антипатр, будучи человеком весьма ловким, в 47 году назначается Цезарем прокуратором Иудеи. После его смерти ненадолго воцарился сын Аристовула Антигон. Однако сын Антипатра Ирод отправляется в Рим, и в Риме Антоний назначает Ирода тетрархом со всеми положенными при этой церемонии языческими жертвами. Ирод с небольшим отрядом высаживается на побережье и идет в сторону Иерусалима, чтобы реализовать свои царские полномочия. Он женится на Мариамне, внучке Гиркана II, за счет чего официально приобщается к правящей династии и узаконивает притязания на престол. Ирод овладел Иерусалимом в 37 году. Начинается весьма длительное его правление.
Человек этот был, по–видимому, исключительных военных и политических дарований. Если вспомнить, что происходило в Римской империи до воцарения Октавиана Августа, то остается только удивляться, каким образом Ирод смог маневрировать между всеми борющимися сторонами и при этом уцелеть. Кто там только не был замешан, включая Клеопатру. Тем не менее Ирод все‑таки остался у власти. Одно из известных его деяний то, что в 20–м году до Р. Х. он начал перестройку храма. Когда Христос сказал: «Разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его» (Ин. 2: 19), ему сказали, что храм этот строился 46 лет. Второе восстановление храма произошло за гораздо меньший срок, за 20 лет, а вот та реконструкция, которую затеял Ирод, к моменту этого диалога Христа с иудеями как раз и продолжалась где‑то 46 лет. Ирод был человеком крайне жестоким, и, понимая всю незаконность своей власти, он весьма жестоко относился даже к своим родственникам; спустя семь лет после воцарения он казнил свою жену Мариамну [см. 86, кн. 1, XXII, c. 72–74], после этого у него было еще семь жен. Ирод предал казни и многих своих сыновей [см. 86, кн. 1, XXVII, c. 89–91], так что Август в свое время шутил, говоря, что в доме Ирода гораздо безопаснее быть свиньей, нежели сыном, по той причине, что свинины иудеи не ели, а вот сыновей своих Ирод уничтожал весьма усердно.
В конце концов их осталось только трое: Архелай, Ирод Антипа и Филипп, известные нам уже по Евангелию. К характеристике Ирода можно прибавить еще вот что: иногда удивляются, почему же такое событие, как избиение младенцев в Вифлееме, никак не было зафиксировано в других источниках. До нас вообще дошло мало исторических трудов того времени. Когда Ирод уже умирал, он вполне отчетливо понимал, что никто не будет горевать о его кончине. Тогда он повелел взять достаточно большое количество заложников, юношей из самых знатных семейств, и умертвить их в тот момент, когда он умрет, чтобы среди иудеев был плач по случаю его кончины [см. 86, кн. 1, XXXIII, c. 108–109]. Для человека с таким масштабом злодеяний избиение младенцев в Вифлееме было весьма рядовым событием.
На этом заканчивается ветхозаветный период и начинается новозаветная история. В связи с Иродом исполнилось одно из древнейших пророчеств, которое прозвучало из уст патриарха Иакова: скипетр отошел от Иуды. Со времен царя иудейского Седекии не было царя в самой Иудее, кроме Александра Янная, но тут царский скипетр попадает в руки идумеянина. И в этот момент происходит величайшее событие, а именно Рождество Христово, Христос приходит в мир.
Раздел III. УЧИТЕЛЬНЫЕ КНИГИ
Книги, составляющие третий раздел Священного Писания Ветхого Завета, к изучению которого мы приступаем, называются по преимущественному содержанию учительными, а по своей форме – поэтическими.
Воскресший Христос сказал ученикам: «Вот то, о чем Я вам говорил, еще быв с вами, что надлежит исполниться всему, написанному о Мне в законе Моисеевом и в пророках и псалмах» (Лк. 24: 44). Из его слов видно, что эти книги в то время объединялись под общим названием «псалмы». Поэтическими эти книги называли святители Кирилл Иерусалимский и Григорий Богослов, а также преподобный Иоанн Дамаскин. Учительными же их одним из первых называл писатель IV века Леонтий Византийский [69, т. 4, с. 3].
По объяснению святителя Афанасия Великого, «прилично было, чтобы Св. Писание песнословило Бога не только последовательной [прозаической] речью, но и не имеющею строгой последовательности [поэтической]. Так, речью связною сказано принадлежащее к закону и пророкам и все повествовательное, со включением Нового Завета. Не имеющею же строгого порядка речью сказано заключающееся в псалмах и песнопениях. А этим и соблюдается требуемое Законом, чтобы люди любили Бога всею крепостию и силою» [5, т. 4, с. 29]. Также он называет речь учительных книг «распространенной» [там же], указывая тем самым на особую форму, свойственную еврейской поэзии, когда мысль передается посредством двух или более связанных между собой по смыслу выражений (параллелизм).
Учительными эти книги мы называем потому, что в них содержится «учение благочестия» [84, с. 16]. «Учительные книги носят по преимуществу субъективный характер, в отличие от объективного изложения истин веры и благочестия в законе и объективного же описания жизни еврейского народа в писаниях исторических» [5, т. 4, с. 3]. Их задача – объективные законы и постановления, данные Богом, сделать для человека достоянием его собственный мысли, чувства и воли; показать их согласие с человеческой природой. Они дают нам переживание и осмысление этих богооткровенных истин в повседневной жизни, а также ответ человеческого духа на голос Божий. Каждая из учительных книг делает это особым образом; остальные особенности учительных книг мы рассмотрим в разделах, посвященных каждой из них.