Страница 8 из 29
Глава девятая. О том, чтобы не уязвляться лицами и не порабощаться похотию плотскою
1. Не уязвляйся в сердце твоем красотою лица тленной плоти, ибо это — трава, тень и гной: изше трава, и цвет ея отпаде. Одна только Божественная любовь пребывает вовеки. Невидимыми красотами уязвляй свое сердце, но и возводи ум и душу свою к Создателю видимого и невидимого.
2. Как смертоносного яда бегай воззрения на чужую красоту с вожделением, бегай бесстыдного прикосновения, лобзания и осязания — да не впадешь в греховную глубину погибели и не увязнешь в сети диавола. Преткнувшись в этом, никогда не останешься без скорби и тяготы.
3. Не любодействуй в сердце твоем с тварию — да не прогневаешь Господа, сотворившего ее. Тварь и плотская сласть весьма мало приносят утешения и тотчас же дают ощущать мерзость их и тяготу души: малое приобретение и великое лишение — малое веселие и великая скорбь. Нет в этом столько утешения, сколько потом тяготы и горести.
4. Не прельщайся убранством, и станом, и прекрасным лицом, ибо все это скоро распадается и исчезает. Помни, что красота сия обращается в гной и смрад, а после обуревания похотию бывающия скорбь и тягота — и никогда не прельстишься никакою красотою плоти и греховною похотью не будешь уловлен.
5. Ведай, что грех сладок на малое время, долго же бывает горек, мало утешен, долго же скорбен, мало радостен, но долго плачевен, а при разлучении души с телом весьма тяжек и многопечален для души.
6. Если ты не испытал еще греха, не желай испытывать его делом — да не проглотишь в горести его смертную удицу. И, не испытавши его, знаешь, как он мерзостен и какая по нем бывает горькая болезнь, и, вкусивши его, нельзя уже избежать скорби и печали.
7. Не принимай со сладостию сласть временную, ибо всякая временная сласть, не пребывающая вечно, суетна: всякое плотское утешение быстро исчезает, всякое временное наслаждение явная прелесть и тягота души. Плотская похоть есть смерть души; желание же Божественное и любовь суть жизнь и присносущная радость.
8. Помни, что сласть временная и красота плотская суть гной, обращающийся в тление, — и никогда безумно не пригвоздишься к ним. Не увлекайся плотскою любовию и не полагай в ней утешения своего, ибо она хотя и прельстительна, но фальшива — ложна и лицемерна, никогда в одной мере не стоит — непостоянна и невечна.
9. Не прилепляйся к тому, что невечно, и не ищи утешения в превратном, ибо многие, безумно уязвившись красотою лица и прельстившись плотскою похотию, произвели много соблазна и многим дали претыкание, а жизнь свою окончили ужасно — сделались покорными слугами бесу и ради маловременной сладости лишились вечно блаженной жизни.
10. Будь порабощен одному Богу: уязвляй сердце свое Его добротою и Божественной любовию — и вовеки не прельстишься, но будешь выше всех прелестей, найдешь себя во всегдашнем мире и покое и заслужишь и получишь благую часть, яже не отъимется от тебе вовеки.
Глава десятая. О том, чтобы не порабощаться блудными помыслами и скверными похотями
1. Не обуревайся блудными помыслами и скверными похотями и делами — да не отпадешь от Бога. Не соревнуй делающим это — да не явишься безумнейшим безумных. Попущено это людям на малое время, чтобы они, познавши суету, избирали себе лучшее. Но возлюби всем сердцем чистоту и целомудрие — да чисто прилепишься к Чистому, показавшему в Себе образ чистоты и целомудрия, с Которым и пребудешь в неразлучной любви во веки веков, наслаждаясь Божественною славою.
2. Не раскаивайся в своем намерении и христианском (иноческом) обещании, но приноси Богу благодарение, что Он освободил тебя от уз плотской работы и привел тебя в сие честное обещание, в ограду Своих словесных овец, и дал тебе власть быть чадом Его и беспрепятственно шествовать к горнему присносущному наслаждению. Если велика честь у людей работать земному царю и иметь его благословение, то не больше ли чести сей — угождать Царю небесному и быть всегда в Его любви?!
3. О, насколько лучше и честнее жить по Богу чистою ангельскою жизнью и быть выше плотского смешения (сплетения)?! Никакого нет удивления и похвалы жить по плоти, ибо так живут не только христиане, но и язычники, и звери и скоты. А жить чисто — ангельски, во Едином Боге, — есть дело преславное, ибо так жили святые — и соединились с Богом, и соделали на земле дела славные, и просветились в мире, как солнце, и ныне почивают во веки вечные в непрестанной радости. Ничего нет великого — жить по плоти: совне смотрящим кажется прелестным — любимым, но посмотревшим глубже внутрь представляется и есть весьма мерзостна: тут тягота совести, помрачение разума, бессмысленная связь, недоумение, порабощение, а при смерти великая скорбь и отягчение для души.
4. Самое лучшее мирское житие по плоти нельзя сравнить с чистым ангельским, целомудренным житием. Будет ли доброе и согласное житие по плоти в супружестве, а тем более несогласное — бессмысленное порабощение, по рукам и ногам связание, — есть злейшее всех мучение: не родятся дети? Печаль. Родятся? Сугубое попечение. Хорошие дети вызывают опасение и заботы. Дурные дети производят сильнейшее томление души — сугубую скорбь и печаль и о здешней временной, злой жизни и о неизвестности получения тамошней. Одинокий же (иночествующий) и живущий в Боге, чисто, во всем мирен и беспечален. Ему удобнее получить спасение, ибо он ничем не связан, не порабощен плотскою страстию, всегда поучается о Боге, всегда готов и умереть: проводив день, благодарит Господа, достигнув вечера и ночи, молится. Ничто ему не препятствует, ничто не возбраняет: управляя свою жизнь мерою правою, он живет, как в раю.
5. Обрати внимание, какое утешение приносит плотская любовь и сласть: кратковременная сласть, а потом тяжесть, кратковременная похоть, а потом мерзость, кратковременная красота, а потом гной, кратковременная потеха, а потом скорбь — и так повсегда душа непрестанно смущается и волнуется. Отвергнувший же все это и прилепившийся к Господу истинною любовию ни о чем не печалится и не болезнует. Плотские, скотские похоть и любовь безумны и во всем слепы. Часто человек пленяется и связуется, но не знает, для чего связуется плотскою похотию: она ни жизни вечной не дает, ни чести и славы не приносит, а, напротив, лишает; пленяется ли безумно ради красоты, но ее создал Бог, ради ли благолепия и добрых качеств, но и сие все устроил Бог. Итак, к Богу, все сотворившему, более всего подобает прилепляться, потому что все от Него, а не от тленной твари.
6. Зачем ты прилепляешься к твари, а не к Творцу твари? Больше почитаешь тварь, нежели Создавшего ее? Кто восхваляет какое-нибудь дело больше того, кто сделал оное? Когда мы видим какое-либо художественно сделанное дело, не все ли говорим: о, как хорош и премудр художник, сделавший сие дело! Не все ли удивляемся и восхваляем художника больше, чем сделанное им дело, делу же удивляемся меньше (не зело), потому что дело не само себя сделало и никогда не может сделать? Так и в делах Божиих мы должны удивляться Богу, и прославлять Его, и к Нему всею душою прилепляться, а не к твари тленной. Если же будешь хвалить тварь, то больше восхваляй сотворившего ее, ибо тварь истлеет и в прах и пепел обратится — Господь же Един вечен, пребывающий во веки веков. Итак, ты не очень должен любить тварь, потому что тварь не сама себя сотворила. Если же и прекрасна тварь, то не сама себя так украсила; если она и благолепна, то не сама себя такою сотворила. Потому прилепляйся всем сердцем к Творцу и Создателю всей твари, от Которого и ты весь зависишь. В другом чем-либо нигде ты не найдешь вечного покоя и тихого пристанища, как только в одном Господе Боге и в Его пресвятой благодати. Ибо привязанность к твари есть смерть, а прилепление к Творцу твари есть жизнь и присносущная радость.
7. Многие были, исполняющие плотские похоти, и истлели, и теперь исполняющие их все истлеют. Не продолжится плотская любовь и похоть вечно, и временная красота не останется такою, чтобы не обратиться в тление; не пребудет богатство навсегда, пройдет и слава, ибо придет смерть и все это погубит, как сказал некто: «Мир сей и все настоящее скоро изменяется, и похоть плотская, и всякое земное наслаждение, как тень, проходит. Нет никакой плотской похоти и любви, которая не обратилась бы в тяготу; нет временной красоты, которая не изменилась бы в тление; нет плотской сласти, которая бы не претворилась в мерзость; нет нигде прочного успокоения, кроме Единого истинного Бога, как сказано пророку Илии на горе Хоривской: "Не было Господа в буре страстей, не было Его в огне и разжении блуда, не было в вихре всякого греховного сладострастия; но в дыхании тонкого света, бесстрастия и чистоты; — там Господь и благодать Его, там и покой вечный"».