Страница 15 из 34
Прежде рождения обременяем бедную мать свою; рождаясь, становимся пришельцами; живя, делаемся гостями и странниками, а умирая, отправляемся в дальний путь. Первую часть жизни проводим как бы в совершенном неведении, вторую — в трудах и печалях, последнюю — в негодовании на немощную старость. Настоящая наша жизнь для нас непостоянна, прошедшая — ничтожна, будущая — неизвестна.
Рождение наше бедно, жизнь бедственна, кончина тяжела, болезненна. Жизнь наша есть духовная борьба: диавол, враг нашего спасения, ищет нашей погибели; мир против нас вооружается; собственное тело наше восстает против духа нашего. Если нет на земле постоянного, неизменного счастья, то можно ли найти на ней неизменные радости? Если тленные, земные блага угрожают нам временным и вечным их лишением, то какая нам польза искать в них для себя наслаждения?
Продолжительная жизнь часто доставляет случай только больше грешить, терпеть больше зла и строже отвечать на Страшном суде Божием. Что же есть человек? — Невольник смерти, скитающийся странник, «пар, на малое время являющийся, а потом исчезающий» (Иак.4, 14), хрупкое стекло, непостоянный ветер, исчезающий, как тень, и неверный, как сон. Что есть жизнь наша?
— Ожидание смерти, море разных страданий и скудельный сосуд крови, которая портится от всякой боли. Путь жизни нашей есть какой-то лабиринт, в который входим из чрева матери и из которого выходим вратами смерти. Человеческое тело без духовного сокровища, которое его одушевляет, есть земля и пепел. Жизнь наша слаба, как стекло, скоропреходяща, как быстрая вода.
Около стран Содома родятся яблоки, которые по наружности весьма красивы, но обращаются в пыль при первом прикосновении к ним; так и счастье настоящей жизни увлекает человека своею наружностью, но если рассмотреть его с должным вниманием, то покажется пылью и дымом. Возлюбленная душа! Не прилепляйся своими мыслями к временным благам, а чаще размышляй о благах вечных.
Жизнь паша, как бы ни была продолжительна, не составит и одной минуты в сравнении с вечностью, нас ожидающею: не жертвуй же для сей мгновенной жизни жизнью вечною. Как ни кратка жизнь временная, но дана нам на приготовление к жизни вечной: в течение ее мы или приобретаем, или теряем права на вечное блаженство. Если хочешь ты блаженной вечности, то старайся еще в сей жизни предвкушать блага небесные: пользуйся миром, но не прилепляйся к нему; исполняй дела свои в сей жизни согласно с волею Божиею и мысли свои всегда устремляй к вечности; живи в мире, но не люби мира.
На небесах наше отечество, а здесь — гостиница; не люби же однодневной гостиницы, ибо перестанешь стремиться к Небесному Отечеству. Временная жизнь есть море, а вечная — пристань; не прельщайся же морскою кратковременною погодою, чтобы не перестать стремиться к пристани вечного спокойствия. Обманчива сия жизнь; она часто убегает, когда думают наслаждаться ею, и потому не должно доверять ей.
Нельзя здесь и на один час обещать себе безопасность, ибо и в один час жизнь наша может кончиться. Безопаснее всего в каждый час ожидать смерти и приготовляться к ней истинным покаянием. Обманчив мир сей с его благами. «Не любите мира, ни яже в мире», учит святой апостол и евангелист Иоанн: «аще кто любит мир, несть любве Отчи в нем. Яко все, еже в мире, похоть плотская и похоть очес и гордость житейская, несть от Отца, но от мира сего есть.
И мир преходит, и похоть его, а творяй волю Божию пребывает во веки» (1 Ин. 2, 15—17). Господи Иисусе Христе! отврати сердца наши от любви к миру и возбуди в нас стремление к Небесному Царствию. «Человек, яко трава дние его, яко цвет сельнии, тако отцветет» (Пс. 102, 15). II Душа верная! Ожидай смерти каждый час, ибо каждый час она стережет тебя.
Поутру вставая, думай, что это последний день земной жизни твоей; отходя ко сну вечером, думай, что эта ночь будет для тебя последнею. Что бы ты ни делал, что бы ни начинал, всегда думай, сделал ли бы ты это, если бы должно было в тот же час умереть и явиться на суд Божий? Не мечтаешь ли ты, что если не помышляешь о смерти, то она к тебе и не приближается?
Не воображаешь ли, что, помышляя о ней, ты призываешь ее к себе? Будь уверен, что думаешь ли ты о ней, или не думаешь, говоришь ли, или молчишь, но она везде следует за тобою и как бы висит над головою твоею. Жизнь не есть твоя собственность; она дана тебе только на время: ты вошел в мир с тем, чтобы из него выйти; наг вошел, наг и выйдешь. Жизнь есть странствование: хотя бы оно было и продолжительно, но рано или поздно надобно тебе возвратиться в свое отечество.
Бедняк и жилец ты в мире временный, а не вечный господин его. Каждый час размышляй о том, к чему с каждым часом ты приближаешься. Не тогда мы умираем, когда испускаем последнее дыхание, напротив, умираем ежедневно, ежечасно, даже ежеминутно, и сколько времени прибавляется к жизни, столько же у нее и убавляется. Не внезапно подвергаемся смерти, но ежеминутно к ней приближаемся.
Жизнь наша есть путь, по которому всякий день должно идти. Смерть и жизнь кажутся совершенно различными одна от другой, однако же нет ничего ближе между собою, как смерть и жизнь. Смерть всегда близка к нам: едим ли мы, пьем ли, спим ли,— беспрерывно подходим ближе к смертному часу. С радостью встречает смерть только тот, кто давно к ней приготовился.
Если будешь умирать для себя во время жизни твоей, то во время смерти можешь жить для Бога. Прежде, нежели умрешь, пусть в тебе умрут грехи и беззакония твои: пусть при жизни твоей умрет в тебе ветхий Адам, чтобы жил в тебе Адам новый — Христос; во время живота твоего пусть всегда умирает в тебе внешний человек, чтобы всегда обновлялся внутренний.
Смерть тотчас переносит нас в бессмертие, потому нам надобно тщательно и непрестанно размышлять о ней. Время пробегает, а неизмеримая вечность остается: приготовляйся к ней заблаговременно! Легче будешь презирать удовольствия мира, когда будешь помнить о том, что рано или поздно должен чрез смерть разлучиться с ними. Пусть смерть всегда пребывает в мысли твоей, ибо она всегда подстерегает тебя.
Смерть всегда носим мы в себе самих, ибо всегда носим в себе грех, а за грехом следует смерть. Вера соединяет нас со Христом; в ком пребывает Христос, тот «аще и умрет, оживеет», ибо Иисус Христос есть «живот» (Ин. И, 25): «прилепляяйся Господеви, един дух есть с Господем» (1 Кор. 6, 17). Итак, верующий не умирает вовеки, ибо Бог есть жизнь его.
Соединение Иисуса Христа с истинно верующими столь твердо, что даже и смертью не может быть расторгнуто; в самой даже тени смерти озаряет их свет благодати Божией. Тела святых людей «суть храмы Духа Святаго» (1 Кор. 6, 19). Слово Божие есть нетленное семя (1 Пет. 1, 23), которое чрез смерть не пропадает, но, быв насаждено в душах благочестивых, в свое время приносит животворный плод.
Человек не знает конца дней своих, а потому ежедневно должен уделять несколько часов на приготовление ко вступлению в вечность. ПАТЕРИК (Перевод рукописного греческого Патерика из обители святого Саввы Освященного) Предисловие о жизни и подвижничестве блаженных святых отцов Вечно Сущее у Бога Бог Слово, по великой благости премудро сотворивший мир из ничего, простер небо над всем видимым и на нем утвердил светила, чтобы освещали всю тварь и людям споспешествовали в делах их.
Сей же Единородный Сын и Слово Отчее, в последние лета, нашего ради спасения родившийся чрез Духа Святого от Марии Девы и чрез вочеловечение ставший во всем подобен нам, кроме греха, устроил для нас другое небо, невидимое, несравненно краснейшее сего видимого. Ибо сие видимое небо, будучи само чувственно, и служит преимущественно целям чувственным; а то, невидимое, как духовное,— дух возводит к Богу.
Видимое небо имеет и движущиеся, и неподвижные звезды, как говорят упражняющиеся в том, а у того — невидимого — все неподвижны, присносветлы и неизменны. Сие как свиток свиется, по Божественному определению, и находящиеся на нем звезды падут, как листья в последний день, а то — не только удержит тогда на себе свои звезды, но еще явит их светлейшими паче солнца.