Страница 47 из 55
Тяжело, конечно, но утешительно то, что чем более стоит кто в добре, тем борьба эта становится легче, страсти слабеют, а добрые расположения берут верх. Наконец, последние так усиливаются, что первые остаются почти незаметными; святые чувства и расположения так глубоко внедряются в сердце, что составляют как бы естественное его состояние, и тогда человек подвизается в добре так же свободно, как дышит.
Этот период борьбы со страстями и похотьми есть то, что у апостола названо рассветом или восходом солнца: дондеже день озарит и воссияет денница. Страсти подобны туманам. Как в природе, чем долее солнце стоит на горизонте, тем реже становится туман, и солнце, наконец, показывается во всей своей красоте, так и у нас: чем дольше чрез борьбу со страстьми держимся мы пред солнцем Христовым, тем более редеет туман страстей, наконец, и совсем он исчезает, и в душе воссиявает Христос Господь, солнце полное и чистое.
С этого времени начинается блаженное состояние чистоты, в котором созерцают Бога: блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф.5:8). Бог светится в чистом сердце, как солнце в чистой воде или в чистом зеркале. А так как это сердце разумно, то оно созерцает светящегося в нем Бога, и так как Бог есть блаженство, то оно и блаженствует в Нем.
"Сподобившийся такого состояния, - говорит святой Иоанн Лествичник, - еще в плоти во всех словах, делах и помышлениях своих имеет всегда правителем обитающего в нем Бога, ибо не ктому уже сам он живет, но живет в нем Христос". СВЯТОЙ ИОАНН БОГОСЛОВ - УЧИТЕЛЬ ВЕРЫ И ЛЮБВИ Святой апостол и евангелист Иоанн Богослов почитается по преимуществу образцом и проповедником любви.
Любовью дышит его Евангелие, уроками о любви исполнены его послания, и разительным примером той же любви служит вся жизнь его. Он истолковал все тайны любви - и истинное начало ее, и движение ее в делах, и ее конец - высоту, до которой возводит она человека. С этой стороны особенно и известен святой Иоанн, и кто ни стал бы рассуждать о любви, тотчас вспоминает о нем, как образце любви, и обращается к нему, как к учителю любви.
Но, посмотрите, какое употребление сделали из этого нынешние умники. Есть у них особый род суемудрия, называемый индифферентизмом, по которому они думают и говорят: "Верь как хочешь - это все равно; только люби людей, как братьев, благодетельствуй им и действуй на них благотворно. Вон, - говорят, - и евангелист Иоанн только и пишет, что о любви.
В любви у него свет и всякое совершенство. А кто не любит, тот, по его словам, ходит во тьме, пребывает в смерти, есть человекоубийца. Известно также, что когда евангелист устарел и не мог уже ходить сам, то его на руках вносили в церковь, и он твердил только: "Братие, будем любить друг друга!" Вот как он ценил любовь. Так, - говорят, - надобно и нам: люби - и только, а веруй как себе хочешь".
Противопоставим же лжеучению этих краснобаев истинное учение святого Иоанна Богослова и оградим таким образом смысл свой от колебания в началах христианского здравомыслия суемудрием индифферентизма. Этим умникам хочется самим все устраивать, без Бога - и свое внешнее благосостояние, и свою нравственность. Оттого они всячески ухищряются сплесть такую систему учения, чтобы в ней о Боге и помину не было, - и бьют на любовь.
"Вы себя-то, - говорят, они, - взаимно любите, а о Боге что думать!" Но с этой-то стороны особенно и поражает их святой евангелист. Действительно, он непрестанно говорит о взаимной любви друг к другу, но поставляет эту любовь в такой связи с Богом, с любовью к Нему и богопознанием, что отделить их друг от друга нет никакой возможности. Смотрите, откуда производит он любовь.
Бог, говорит он, возлюби нас и посла Сына Своего очищение о гресех наших, и затем прибавляет: аще сице возлюбил есть нас Бог, и мы должны есмы друг друга любить (1Ин.4:10-11). Стало быть, по учению его, наша взаимная любовь должна созидаться под действием веры в Господа, пришедшего спасти нас, и, следовательно, не все равно, что веруй как хочешь.
Потом говорит: возлюбим друг друга, яко любы от Бога есть... Аще друг друга любим, Бог в нас пребывает... Бог любы есть, и пребываяй в любви в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает (1Ин.4:7-16). Видите ли, у него нет слова о любви без слова о Боге и Спасителе! Любовь идет от Бога и ведет к Богу, так что, если кто говорит, что он любит брата, а Бога и Спасителя не знает и не любит, тот лжет и истины нет в нем (ср. 1Ин.2:4).
Поэтому все учение святого евангелиста о любви можно сократить так: чтобы возлюбить брата, надо Бога возлюбить, но чтобы возлюбить Бога, конечно, надо познать Его и в Себе Самом, и, особенно, в Его спасительных действиях на нас; познать, стало быть, и веровать. В чем же вся воля Божия? В вере и любви. Вот вам, говорит он, заповедь: да веруете в Сына Божия Иисуса Христа, и любите друг друга! (1Ин.3:23).
Значит, не одна любовь заповедуется, но и вера в Господа, и притом так, что вера есть источник любви; так что если собрать воедино только те места, где святой евангелист Иоанн говорит об одной любви, то и тогда учением его никак нельзя утверждать лжи суемудрия, что люби, дескать, только, а веруй как хочешь. Но у святого Иоанна, кроме учения о любви, есть еще учение о вере, независимо от закона любви, - и смотрите, как он решительно отвергает тех, которые говорят: "Веруй как хочешь".
С первых же стихов своего послания о чем идет у него проповедь? О том, говорит он, что мы видели, что слышали и что руки наши осязали - о Словеси животнем, о том, что живот явися, тот живот, Иже бе у Отца и явися нам; все это поведаем вам, да общение имате с нами; а наше общение, прибавляет он, со Отцем и Сыном Его Иисусом Христом (1Ин.1:1-3).
Значит, у святого Иоанна Богослова, как и у всех апостолов, главная проповедь - об общении с Богом чрез Господа Иисуса Христа, из которого потом вытекает и взаимное общение верующих. Как же после этого останавливаться на последнем, не имея первого? Далее святой Иоанн задает себе вопрос: кто же есть лживый? Никто, отвечает он, разве точию отметаяйся, яко Иисус несть Христос, и сей есть антихристов, отметаяйся Отца и Сына. Всяк, отметаяйся Сына, ни Отца имать...
Иже аще исповесть, яко Иисус есть Сын Божий, Бог в нем пребывает, и той в Бозе (1Ин.2:22-23; 4:15) Стало быть, все дело в исповедании Господа Иисуса Христа Сыном Божиим и Богом, - как же после этого говорить "веруй как хочешь"? А вот и еще предостережение. Возлюбленнии, говорит святой евангелист, не всякому духу веруйте, но искушайте духи, аще от Бога суть; яко мнози лжепророцы изыдоша в мир.
О сем познавайте Духа Божия и духа лестча: всяк дух, иже исповедует Иисуса Христа во плоти пришедша, от Бога есть. И всяк дух, иже не исповедует Иисуса Христа, во плоти пришедша, от Бога несть, и сей есть антихристов (1Ин.4:1-3). Но кто говорит "веруй как хочешь", тот не исповедует Иисуса Христа, потому что если б исповедовал, то не говорил бы так; стало быть, и он от Бога несть. От кого же? Отвечайте сами...
Наконец, святой евангелист всю сущность христианства изображает так: живот вечный дал есть нам Бог, и сей живот в Сыне Его есть. Имеяй Сына Божия имать живот; а не имеяй Сына Божия живота не имать (1Ин.5:11-12). Следовательно, кто не верует в Сына Божия, тот не имеет живота вечного. После этого как же все равно, что веруй как хочешь? Нет, - вемы, яко Сын Божий прииде и дал нам свет и разум, да познаем Бога истиннаго во истиннем Сыне Его Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и живот вечный (1Ин.5:20).
Этих извлечений, кажется, достаточно, дабы показать индифферентистам, что они напрасно думают найти опору своей лжи в учении святого Иоанна Богослова. Верно, они говорят так потому, что никогда не читали святых и боговдохновенных его писаний, а ссылаются на него по слуху о его любвеобильности. Но пусть они теперь выставляют и другое, кроме сего, в защиту своего лжеучения, - нам, верующим, достаточно одного слова возлюбленного ученика Христова, чтобы отвергнуть его, и не колеблясь веровать исключительно тому, что передано от Господа чрез святых Его апостолов и содержится Церковию. ЧТО ТЕПЕРЬ НАМ ДЕЛАТЬ?